Зарегистрируйтесь и войдите на сайт:
Литературный клуб «Я - Писатель» - это сайт, созданный как для начинающих писателей и поэтов, так и для опытных любителей, готовых поделиться своим творчеством со всем миром. Публикуйте произведения, участвуйте в обсуждении работ, делитесь опытом, читайте интересные произведения!

ГИА. Север Крайний - I. Пурга. Керосиновая лампа.

Добавить в избранное

Зима ещё не сдала, окончательно, своих позиций и выходить в "поле" было рано. Занимаясь ремонтом техники и обустройством быта нашего дома, мы регулярно выходили на охоту. За “дичью”. Основным объектом охоты здесь являлись полярные куропатки. Здесь их было великое множество. Они ещё не разбились на пары. Их стаи, сидящие на кустах ивняка и невысоких карликовых берёзах, растущих вдоль ручейков и небольших речек, хорошо были видны с нашего холма.

Птицы были не пуганы. Даже после выстрела не спешили улетаь. Поэтому добыть их опытному охотнику не составляло труда. Они не очень крупные. Весом около полукилограмма. Самцы несколько крупнее самок. На зиму из северных районов полярные куропатки мигрируют на юг. В марте возвращаются. Питаются они, в основном, растительным кормом. Зимой это почки, молодые ветки ив, берез, других кустарников. Летом едят траву, листья, ягоды, семена растений. Не брезгуют и насекомыми. Зимой оперение самок ослепительно белое, за исключением нескольких черных хвостовых перьев. Серые ножки покрыты густыми перьями. А у самцов, в брачную пору, голова и шея становятся красно-коричневыми. На белом фоне это выглядит очень красиво.

Специалисты орнитологи различают два вида полярных куропаток. Один вид они называют белыми полярными. Другой - тундровыми. Последние несколько мельче белых. И у их самцов в брачную пору голова и грудь не меняет окраску. Просто над глазами появляются красные дуги. В не брачную пору отличить друг от друга эти виды могут только специалисты. Но летом куропатки приобретают защитную окраску. Желто-бурую. Или пеструю. Это помогает им выжить.

В обычное время полярные куропатки молчаливые птицы. Но вот в брачный период они становятся такими болтливыми ....

- Кок, - громко вопит самец и пикирует с высоты. - Кокрыаррр! Кокрыаррр! - не успокаивается он. И уже приземлившись, спрашивает, - Кебэ? Кебэ? Кебэ?.

И так тараторят круглые сутки. То один самец, то другой.

Добывать куропаток мы ходили по очереди. Но если для большинства наших парней это было развлечением, то своей очереди я ждал со страхом. И опыта охоты у меня не было. И убивать такую красоту не хотелось. Но меня никто и не спрашивал. Сказали однажды, что теперь моя очередь идти на охоту, и всё. Не отказывался же есть "дичь", когда другие её приносили. Я был в таком стрессе, что взяв ружьё, забыл захватить дополнительные патроны. Вышел из дома. Посмотрел с нашего холма на замерзшие русла многочисленных речушек и ручьёв внизу. Заметив белые гроздья куропаток, сидевших в прибрежных тальниках, покатил к ближайшим из них. Не доехав сотню метров, оставил лыжные палки в снегу, снял с плеча ружьё и медленно стал подходить к стае. Сказать, что я волновался, значит ничего не сказать. У меня дрожали руки. Я подходил к стае всё ближе и ближе. Оставалось пятьдесят метров, сорок ... А куропатки и не думали улетать. Я приложил ружьё к плечу. Выстрел. Парочка птиц сорвалось с места. А остальные так и остались сидеть. Я решил подойти ещё ближе. Меня уже бил нервный озноб. Осталось тридцать метров, двадцать ... Куропатки по-прежнему сидели на месте. Впрочем некоторые из них забегали по ветках. Взад, вперёд. Взад, вперёд. Ага, тоже нервничают. Я опять вскинул ружьё. Мне казалось , что я хорошо целился. Выстрел. Никто из птиц не упал. Даже те куропатки, которые нервно бегали по веткам, остановились и теперь смотрели в мою сторону. Нервное напряжение, державшее меня, внезапно прошло. Я вспомнил, что у меня нет больше патронов. Повесил ружье на плечо и уже спокойно пошел к птицам. Несколько из них взлетели в воздух. Когда оставалось метров шесть - семь, оставшиеся стали спрыгивать на снег и быстро- быстро убегать, смешно семеня мохнатыми ножками.

Домой я возвращался без добычи. Под насмешливыми взглядами Генки и Лёвика. Больше за "дичью" меня не посылали. И я испытывал смешанное чувство досады, вины и даже стыда. Не хотелось быть нахлебником. И я решил доказать, что тоже могу быть полезным. Однажды, взяв ружьё и положив в карман ещё с десяток патронов и ничего никому не сказав, я отправился за куропатками. День был пасмурным. И на фоне серого неба куропатки не были заметны. Видны были только темные кусты, где, я предполагал, и жировали птицы. Но около ближайших кустов куропаток не оказалось. Вдоль русла небольшой речки я пошел к следующим кустам. И там птиц не было. Пошел дальше. Проклятые птицы словно растворились. Небо, между тем, становилось всё темнее. А я всё переходил от одних кустов к другим. И вдруг понял, что заблудился.

Пошел снег. Сначала слабый. А потом всё гуще и гуще. Скоро снежная пелена закрыла от меня и холм с нашим домом. Теперь группки кустов казались похожими друг на друга. Снег быстро заносил лыжню. Я потерял всякую ориентацию. А снег становился всё гуще. Поднялся ветер. Скоро я перестал видеть даже кусты. Иногда на них натыкался, обходил и продолжал идти вперед. Вот тогда я испугался по-настоящему. Одет я был в лёгкую куртку. Совсем не рассчитанную на пургу. Сам конечно виноват. Но я не был знаком со всеми нюансами северной погоды. Теперь понимал - останавливаться нельзя. Замёрзнешь. А если идти, то куда? Север ведь бескрайний ... Почему-то в памяти всплыли слова песни: "Зайдешь поневоле туда, откуда возврата уж нету". И тут вспомнил, что когда спускался с холма от дома, ветер - тогда совсем слабый - дул мне в лицо. И я решил повернуться спиной к ветру и идти в этом направлении. Двигаться по рыхлому снегу было тяжело. В конце концов, я так устал, что даже хотел избавиться от ружья. Оставить его висеть на кустах. И вдруг ...

У меня было несколько случаев в жизни, когда я считал, что мне невероятно повезло. Это был один из них. Я неожиданно почувствовал, что лыжи начали соскальзывать назад и мое продвижение вперед замедлилось. Сначала я отнес это за счет усталости. Потом сообразил, что, наверное, я поднимаюсь в гору. Остановился, чтобы осмотреться. На секунду показалось, что впереди мелькнул огонек. Из последних сил я налег на палки и вскоре действительно увидел впереди сначала огонек, а затем и силуэт нашего дома.

Оказалось, что в сгустившихся сумерках, наши парни зажгли нашедшуюся в загашниках дома керосиновую лампу. Совершенно не подозревая , что она послужит мне маяком. Они даже не успели заметить, что меня не было дома. Ну а я не стал рассказывать о своём приключении им на потеху. Но в перечень счастливых случаев это происшествие занёс. Как и несколько других, что произошли со мной некоторое время спустя.

Между тем с каждым днем становилось все теплее. Все реже можно было увидеть стаи куропаток, сидящих на кустах. Теперь они начали разбиваться на пары и улетать на облюбованные гнездовые участки. Добывать их тоже становилось сложнее. Солнце все больше обнажало участки почвы на южных склонах невысоких холмов.

Однажды я услышал свистящий звук крыльев пролетающей мимо большой птицы. Она описала полукруг и приземлилась на уже свободную от снега проталину на холме.

- Глухарь, - заметил, стоявший рядом Ушан. - Полетел за ягодами.

Ягоды - клюква, брусника - только что вытаяли из под снега на проталинах. Я вспомнил, что глухарь всегда держится определённого места. Значит будет прилетать сюда ещё не раз. А раз так, значит можно будет попробовать его там добыть. Это помогло бы мне реабилитировать себя в глазах товарищей по отряду. Проталина находилась не очень далеко от нашего дома. Туда не трудно было добраться на лыжах. И я стал регулярно выходить на охоту на глухаря. Обычно утром, когда снег под лучами поднимавшегося с каждым днем всё выше солнца, ещё не становился рыхлым. Глухарями этих птиц называют потому, что во время тока, когда они поют определенные коленца своей брачной песни, они ничего не слышат. Могут не услышать даже звук выстрела. Но это глухота длится только 4 - 5 секунд. За это время охотник может перебежкой приблизиться к токующей птице и замереть, ожидая следующего коленца. В остальное время она, обладая острым зрением и слухом, очень осторожна. Поэтому, подъехав на лыжах к проталине, я снимал с плеча ружьё, взводил курки и очень осторожно приближался к месту, где по моим расчётам мог находиться глухарь. Но раз за разом птица с громким шумом взлетала неожиданно. Каждый раз пугая меня. Иногда всё-таки я успевал сделать выстрел в летящую почему-то прямо на меня птицу. Стрелял и вдогонку ей. Никаких последствий ... Глухарь всегда улетал.

Только позднее я узнал, что желаемого результата и не могло быть. Ведь я использовал патроны с дробью No5 или No6, предназначенные для охоты на мелкую птицу. Уток. Куропаток. Глухари же гораздо крупнее. Размер самцов достигает 110 сантиметров. А размах крыльев 140. Вес его 4-6.5 килограммов. Самки на треть меньше. И весят 2 - 3 килограмма. Для охоты на глухарей используют крупную дробь - No1 или No0. Но даже и с такой дробью охота может быть эффективной только если стрелять в бок глухаря. В противном случае дробинки просто скользят по твердому оперению птицы, не принося ей никакого вреда.

Я охотился за самкой. Об этом говорила её окраска. Пестрая смесь ржаво-красного, черно-бурого и белого цветов. Самец окрашен гораздо ярче. Там целая палитра цветов. И белые, и черные, и пепельно-серые, и черные с зеленым металлическим отливом. Настоящий красавец! Особенно во время тока. Несмотря на постигавшую меня раз за разом неудачу, я продолжал свои попытки. Правда надежды на успех с каждым разом становилось все меньше. Вскоре появилась ещё одна проталина. Потом и другие. И теперь глухарь, во время охоты на него, мог перелетать с одного места на другое. Это усложняло дело. Наконец, я понял бессмысленность своей затеи. И стал ходить к местам его жировки уже без ружья. Просто, чтобы ещё раз полюбоваться этой мощной, красивой птицей.

А признаков наступающей весны становилось все больше. Стали четче прорисовываться очертания небольших озер и речушек, впадающих в Лену. Вода от таяющего на холмах снега стекала вниз и покрывала их поверхность. Но лед на них был ещё крепким. Слишком глубоко промерзла вода в водоемах за долгую, суровую зиму. Однажды, уже после обеда, я услышал крики пролетающих мимо гусей. Я и раньше их здесь слышал, но на этот раз небольшая стая птиц летела совсем низко. А потом, развернувшись, села на озерцо, более похожее на большую лужу. Озерцо находилось совсем недалеко от нашего дома. Сразу за неширокой речушкой с берегами, поросшими ивняком. В отличие от некоторых других речек, на ней ещё не было признаков скорого её вскрытия. Снег, правда, слегка потемнел, но вода ещё не выступила на её поверхности. И я решил в последний раз попытать счастья и отправиться поохотиться на гусей.

Взяв ружьё с патронами, одел лыжи и скатился вниз. Подошел к речке. Гуси, заметив меня, переместились к дальнему берегу озерца, но не взлетели. Я выбрал для перехода речки наиболее густо заросший берег. Старался использовать кустарниковые заросли, чтобы подобраться к гусям незаметно. Сильно оттолкнувшись палками, съехал с берега на речную поверхностью. И тут произошло нечто, что я ещё долго с ужасом вспоминал. И что ещё долго видел в ночных кошмарах. Нет, лёд подо мной не проломился. Он, действительно, был очень толстым. Случилось более ужасное. Под тяжестью моего тела лёд резко прогнулся. Поверх него хлынула вода и лыжи заскользили вглубь реки. Она оказалась глубокой. По крайней мере, я не почувствовал, что мои лыжи достали дно. Они просто гирями повисли на моих ногах. Если есть у людей ангел-хранитель, то, наверное, в экстремальных ситуациях он руководит их действиями. И подсказывает, что нужно делать.

Подбираясь к птицам, я снял петлю лыжной палки с правой руки, чтобы, при необходимости, быстрее схватить ружьё. Левая рука оставалась в петле. Теперь, скользя на лыжах в глубь ледяной воды, я смог отбросить палку и ухватиться за кусты ивняка. Все решалось в доли секунды. У меня просто не было бы времени сделать это, будь моя рука в петле лыжной палки. Ледяная вода словно ошпарила меня. Течение, неожиданно оказавшееся довольно сильным, потащило меня вниз, подальше от берега. Меня охватил ужас. Не знаю откуда у меня взялись силы, но я сумел удержаться от дальнейшего сползания вглубь. Я барахтался в ледяной воде, стараясь освободиться от сковывающих мои движения лыж и освободить вторую руку от лыжной палки. Тело коченело с пугающей быстротой. Наконец мне удалось сбросить петлю палки и с левой руки. Теперь я уже мог удерживать свое тело на плаву держась за кусты двумя руками. Медленно начал подтягивать тело на берег. Отчаяние придавало силы. Лыжи всё ещё оставались накрепко пристегнуты к ногам. По воде пошла шуга. Снег с других участков речки плыл по открытой воде. Не отпуская одну руку, другой я захватывал более удаленные от берега кусты продолжая подтягиваться к берегу. Потом переместил и другую руку. Медленно, но этот маневр работал. Через какое-то время я преуспел в этом настолько, что уже смог сесть на берег. Затем мне удалось вытащить из воды одну ногу. Я снял лыжу и положил ее рядом. Со второй ногой я уже справился быстрее. Поднялся. Вышел на берег. Испуг ещё не прошел. Я сумел быстро одеть лыжи и ринулся домой. Всё это время ружьё странным образом оставалось у меня за плечами.

Домой я добрался почти без приключений. Не считая того, что один раз я всё- таки попал в ловушку из рыхлого снега. И провалился по пояс. Но это уже были мелочи.

В доме, увидев меня в мокрой одежде, ко мне проявили лишь легкое любопытство. Только Ушан поспешил вскипятить горячий чай и принес сухую одежду.

Это был последний раз, когда я ходил на охоту с ружьём. Если можно было назвать охотой мои неуклюжие попытки подстрелить хоть что- нибудь. Я так никого и не убил. Не взял греха на себя. Может потому, говорит моя жена, мой ангел-хранитель и пожалел меня. Дважды спас дурака. Но, как оказалось, серьёзные испытания в этой поездке были не последними.

Рейтинг: нет
(голосов: 0)
Опубликовано 02.08.2021 в 08:41
Прочитано 79 раз(а)

Нам вас не хватает :(

Зарегистрируйтесь и вы сможете общаться и оставлять комментарии на сайте!