Зарегистрируйтесь и войдите на сайт:
Литературный клуб «Я · Писатель» создан для писателей и поэтов, готовых поделиться своим творчеством с товарищами и людьми, интересующимися искусством. На сайте вы сможете не только узнать мнения читателей о своих произведениях, но и участвовать в конкурсах, обсуждении других работ, делиться опытом с коллегами, читать интересные произведения и просто общаться. :)

Дети странного наследия

Рассказ в жанрах: Драма, Триллер, ужасы
Добавить в избранное

«Дети! Дети! Дети!

Вы лучшее на свете!»


Содержание:

1. «Писатель»

2. «Детство»

3. «С новым годом!»

4. «Жако»


«Писатель»


«Научиться «писать», можно только в том случае, если вы много читаете!»


– Чем занимаешься?

– Стучать надо, перед тем, как входить, – я ответил, не отрываясь от тетради.

– Я стучала, но ты не ответил. Зашла пожелать спокойной ночи.

– Подожди мам. Подойди, пожалуйста. – Она закрыла дверь и подошла, встав так, что ее тень накрыла тетрадь.

– Что пишешь?

–Хочу написать книгу, но у меня ничего не получается.

– Зачем?

– Как зачем?! Сама подумай: Толстой, Пушкин, Гоголь, Чехов – они давно умерли, а имена их по сей день знают, – сказал я, подняв голову и посмотрев на нее. – Я тоже хочу, чтобы мое имя все знали и помнили. Может я стану великим писателем!

– Хорошо. Я подумаю, как тебе помочь, а сейчас ложись спать. – Мама выключила ночник и вышла из комнаты.

Заснуть уже не смог. Включил ночник и достал тетрадку. На лицевой стороне, нарисован «Человек-паук». Он мой самый любимый персонаж, когда-то, я даже мечтал быть таким как он. Открыл тетрадку на первой странице. Она вся исписана и перечеркнута. Вырвал листок, уткнулся в чистый лист и стал думать, о чем написать. Ничего придумать не смог.

Через неделю мне исполнилось десять лет, как раз на летних каникулах. Мы с мамой уехали на три недели на море. Сняли домик на берегу, из которого видно весь берег пляжа.

День рождения отмечали вечером на берегу. Прямо напротив дома разожгли костер. Около костра поставили раскладной стол, на который поставили: торт, термос с зеленым чаям и всякие сладости. Мама произнесла речь о том, как она меня любит. После чего, я загадал желание: «Я хочу написать роман, который взорвет весь мир». Поели торт, а уже потом начали жарить сосиски на костре. Дожарив сосиски, мама сказала:

– Пока руки не испачкали, хочу сделать тебе подарок.

Она передала мне что-то обвернутое в подарочную упаковку с бантиком красного цвета. Развернув подарок, я не знал, что мне делать: радоваться или расстраиваться. Мне приятно, что это книга, но неловко, что я не знаю какая. На обложке я прочитал «Аристотель “Поэтика”».

– Ты еще хочешь стать великим писателем? – спросила мама, улыбаясь. – Аристотель – древнегреческий философ и ученый, ученик Платона – древнегреческого философа, а тот в сою очередь учился у Сократа – который тоже был древнегреческим философом. В библиотеке, ты сможешь найти много информации о них. Книга об искусстве поэзии. Надеюсь, что она тебе поможет.

– Спасибо – сказал я, обнимая маму за тонкую талию.

Мы еще немного посидели и пошли спать. Перед сном, мама мне сказала:

– Если ты действительно решил стать писателем, то должен запомнить некоторые вещи. Для того чтобы что-нибудь написать, нужно что-нибудь прочитать. Если хочешь хорошо писать, то должен много читать. Есть мнение, что для того, чтобы стать хорошим писателем, нужно много читать и много писать, только я с этим не согласна. Мы много пишем в школе, и что, все стали великими писателями? Нет! Поэтому, для того, чтобы стать действительно хорошим писателем, нужно много читать разной литературы. Ты должен смотреть, как пишут другие, чтобы найти свой стиль. Все, что ты прочитаешь, безусловно, будет на тебя влиять, и это влияние окажет положительное действие, но главное не упустить момент, когда влияние начнет переходить в подражание, а перейти эту границу можно легко и незаметно для себя, так бывает, к сожалению, со многими писателями. Читать, читать и еще раз читать! Так как многим писателям, особенно современным, явно не хватает начитанности. Чтение развивает мысли. Вот по этому, раньше литература была двигателем мысли, так как писали умные, начитанные, образованные люди, а сейчас литература перестала быть таковой, потому что, писать стали не мыслящие люди. Тебе нужно писать о том, что знаешь, так как незнание темы, выставит тебя глупым писателем перед читателями. Ты еще тетрадку с собой носишь?

– Да.

– Записываешь, что-нибудь в нее?

– Нет. Я не знаю, что написать.

– Тогда запомни самое главное в писательстве. Важно развить собственное мышление. Никто не будет ценить писателя, который пишет чужими мыслями. В этом тебе поможет постоянное ношение блокнота или тетрадки. Когда ты прочитаешь, услышишь, увидишь, что тебе понравится: цитата, идея, образ. Нужно это выразить своими словами и записать. Постепенно ты доведешь это до автоматизма, и уже понравившуюся тебе мысль, твое сознание выразит твоими словами, и запомнит. Таким образом, чужая мысль станет твоей. Отпадет необходимость вспоминать дословно цитату. Ты будешь казаться действительно умным, а не знатоком цитат, мысль которых даже не понимаешь – глупым.

В ответ, я еще раз поблагодарил маму и пожелал спокойной ночи.

Опершись спиной на спинку кровати, я достал книгу и открыл на первой странице.

Заголовок, был напечатан большими буквами «О ПОЭЗИИ». Я начал читать.

Несколько дней читал книгу с утра до ночи, пока не засыпал с нею в руках. Я читал ее везде: дома, на пляже, в машине, по пути в магазин или в другое место. В общем, я с ней не расставался. Книга небольшая, и прочитать ее можно за день. Я перечитывал по нескольку раз главы, и подчеркивал интересное. Дочитав, решил, что уже что-то познал, сейчас сяду и буду творить. Разочаровался и разозлился, так как ничего не получалось. Постоянно открывал книгу и перечитывал подчеркнутые предложения. От злости, начал обвинять всех, кого только мог. Родителей – потому что, они небыли писателями, бабушек с дедушками до седьмого колена – они тоже небыли писателями, и мне не передалось умение писать по наследству. Проклинал то, что мне десять лет, а я так хочу вырасти, чтобы прочитать, как можно больше литературы.

Стоя утром возле окна, любуясь морем, я увидел старика. Он подошел вплотную к тому месту, где песок начинал уходить подводу, потом старик ушел из моего вида, потом снова вернулся к тому же месту, таща за собой раскладную лежанку для загара. Мне стало видно только спинку лежанки.

Я за ним наблюдал три дня. Каждое утро он делал все тоже, что и в первый день. Старик сидел весь день под солнцем, а как только солнце начинало опускаться за море, даря всем наблюдающим красивый вид красно-оранжевого заката, отражающимся на чистом и прозрачном, как кубики льда, которые мама бросает в стакан, заливает напитком и выпивает, море.

Любопытство меня отправило в нокаут. Наутро следующего дня, я уже ждал его. Как только старик исчез за лежанкой, я вышел из дома, и прямиком направился к месту его обитания. Песок не горячий и не холодный, он влажный, забивается в сандалии, от чего становится неприятно.

Тихонько, чтобы не напугать, подошел к нему. Сразу сильно удивился – в руках у него тетрадь, на которой обложка, такая же, как у меня с «Человеком-пауком».

– Я давно тебя жду! – сказал старик, не открывая глаза. – Ты сколько уже за мной следишь?

– Я не слежу! – ответил ему, немного испугавшись от неожиданности. – Я наблюдаю.

– Почему?

– Мне интересно, чем вы здесь занимаетесь. А вы, почему меня ждете?

– Любопытство, еще ни кого не останавливало.

– Это верно.

– Я здесь собираю секретные сведения – тайную информацию. Информация стоит много денег. Те, кто за нее платят, не хотят, чтобы о ней узнал кто-нибудь еще. Если бы ты застал меня, когда я записываю сведения в тетрадь, мне пришлось бы тебя убить, как ненужного свидетеля. Я бы вырыл в песке большую яму, закопал тебя заживо, потом поставил лежанку сверху и лег.

Я смотрю на него испуганными глазами, и не знаю что ответить. Вид у старика очень суровый, у меня даже мурашки по коже забегали.

– Это и будет ответ на твой вопрос, – продолжил старик. – Теперь ответь мне. Любопытство стоит того, чтобы за него умереть?

Я не знаю, что делать. Пот стекал с меня, как водопад. Хочется побежать домой, но ноги меня не слушаются. Хочется позвать маму, но голос не поддается, и кое-как, я выплюнул слово:

– Нет.

Ожидая, что меня сейчас зароют в песок, я испугано смотрю в глаза старику.

– Забей! – сказав это слово, он рассмеялся и добавил: – Так просто, мысли пришли, записать не успел, а сказать же нужно.

Он продолжил:

– Я писатель, здесь пишу книгу. На этом берегу, когда расслабляешься, вдохновение приходят.

– Я тоже пытаюсь писать.

Старик уже не казался таким суровым, и я решил воспользоваться случаем.

– Вы меня научите писать книги?

– Нет! – выдержав паузу, он добавил: – Никто, никогда и нигде, тебя не научит писать книги. Ты научишься писать только в том случае, если будешь что-то писать и читать! Я расскажу тебе все, чему научился сам. Приходи завтра утром с тетрадкой, будешь записывать.

Со следующего утра, до самого нашего отъезда с мамой – это почти две недели, старик рассказывал мне о том, что познал в писательстве. Попутно что-то записывал, общаясь со мной, никогда мне не говорил, а мне было любопытно. Но о любопытстве я уже познал! Старика слушал с рассвета до заката, а потом мы вместе разводили костер, и познания мои продолжались. Иногда его речь была спокойной, иногда эмоциональной, а иногда он кричал, объясняя мне свои мысли.

– Запомни первое, и будь готов к этому. Толпа будет тебя ненавидеть, так как толпа ненавидит одиноких, а творческие люди, кажутся одинокими, но это мнение не верное. Толпа думает, что творчество делает людей одинокими, окруженными только своими мыслями, но на самом деле – искусство не порождает одиночество, а наоборот, одиночество порождает искусство. Никогда не бойся думать, говорить, тем более записывать свои мысли, какими бы бредовыми или страшными они не казались окружающим и тебе. Запомни еще, что в литературе есть только одна ошибка – это правильное написание слова.

– Например?

– Карова или корова. Понятно, что правильно корова, а не карова. Это и есть единственное правило, которое относится к литературе. Правильное построение предложения, абзаца, сюжета и ударение во всем этом – это не ошибки. Сюжет – это только твоя фантазия и больше ничего. Если тому, как ты хочешь выразить мысль, мешают правила, то забей на них и на всех, кто будет говорить, что так писать нельзя. Если предложение переполнено глаголами, то значит так и должно быть. Если в предложении нет существительных, и возможно оно не согласованно из-за этого, то значит существительному там не место. Если в искусстве есть ограничения и правила, то это уже не искусство, а ерунда. Правила в искусстве придумали глупые люди, те, кто не смогли дальше развить и возвысить его. Ты записал?

– Да.

– Тебя никто не будет понимать. Все будут говорить, что ты безграмотный, что это бред, так писать нельзя, ты сумасшедший, но они все, всё равно будут тобой восхищаться.

– Почему?

– Потому что ты гений!

– А как они узнают, что я гений?

– Запомни, все боятся думать и говорить о том, о чем будешь писать ты, но они все хотят это услышать от кого-нибудь другого, а именно, от тебя. Одна из задач писателя – попасть в место, в которое хотят все попасть, но боятся, а узнать, что же в нем происходит, хочется. Любопытство – главный закон притяжения. Еще одна задача писателя – найти то, чего или кого все боятся, и овладеть этим. Вот поэтому, гениальность таких писателей – пугает.

Он продолжил:

– Не живи, как бессмертный, помни, что ты можешь умереть в любую секунду. Деньги, машины, женщины и другие радости этой жизни, не оставят след о тебе. Твои мысли, твои действия, твое творчество – это может оставить след, сделать тебя бессмертным! Ты можешь долго пробивать себе путь на вершину искусства, но не останавливайся, так как, чем сложнее достичь успеха, тем прочнее его авторитет.

– Я записал.

– Ты хочешь прожить всю жизнь, так и не сказав ни слова?!

Многое из того, что старик говорил, я понять не мог, но кивал как понимающий, чтобы не казаться глупым.

Завтра утром мы с мамой уезжаем, и сегодня последний вечер в его компании.

Горит костер. С одной стороны сижу я, а с другой сидит старик. Как всегда смотрю ему в глаза, когда он рассказывает или объясняет что-нибудь интересное, а интересное он рассказывал всегда.

– Тебе будут говорить, что в сюжете есть вопросы, на которые ты обязан ответить. Это для того, чтобы картина сюжетной линии была закончена основательно, и чтобы ее смог понять самый глупый. Такие вопросы как: Кто? Когда? Где? Что? Как? Почему? Зачем? И другие. Пример: Кто? – мальчик. Когда? – вчера. Где? – на тротуаре. Что? – упал. Как? – поскользнувшись. Почему? – потому что, кто-то бросил банановую кожуру. Зачем? – чтобы кто-нибудь поскользнулся. Так вот забей на это. Зачем тебе нужны глупые поклонники? Твоими поклонниками станут интеллектуалы, а остальные будут слишком глупы. Где нет ответа – всегда есть вопрос. Когда все знаешь – жить становится не интересно. Ты понял?

– Да, – ответил уверенным голосом. Хотя на самом деле, ничего не понял, но записал.

– Люди будут говорить, что ты написал полную глупость только потому, что сами не могут написать не то, чтобы лучше, а даже, не могут написать, так как ты.

– Тогда почему они так будут говорить?

– От зависти, но они в этом не признаются даже себе!

Смотря прямо мне в глаза, старик произнес:

– Всегда думай о настоящем, иногда думай о будущем, но никогда не думай о прошлом. Ты понял?!

– Да!

– Запомни раз и навсегда. У тебя есть время подумать о настоящем, но у настоящего, нет времени думать о тебе. Ты запомнил?!

– Да!

– А теперь беги домой, – грубо произнес он.

Я пошел домой, даже ничего не сказав в ответ.

– Стой! – крикнул старик и подошел ко мне.

– Вот возьми, – он протянул мне руку, в которой была тетрадь с Человеком-пауком.

– А как же вы? – я ему задал вопрос, еле сдерживая слезы, понимая, что больше мы не увидимся.

– Забей! – с улыбкой произнес старик и добавил: – Ты понял?

– Да!

Мы пожали друг другу руки, и я пошел домой.

Утром я выглянул в окно, но старика не было на берегу.

Когда мы собирали вещи, мама увидела тетрадь.

– Ну что, много написал уже?

– Это не моя тетрадь, – расстроено ответил я. – Она старика, который мне рассказывал о писательстве. И это не просто тетрадь! Это черновик книги, которая взорвет весь мир, как он мне сказал. Книга будет называться «Откровение…», в ней будет открыта вся правда о бытие и обо всем мире. Он доверил мне дописать ее, и я его не подведу.

– Какого старика? – удивленно спросила мама.

– Я же тебе о нем рассказывал!

– Нет! – сказала мама. – После того, как я тебе подарила эту книгу, ты с ней не расставался. Постоянно читал на пляже с утра до вечера, а потом костер разводил. Постоянно, что-то записывал в тетрадку. Ты всюду был наедине с книгой и тетрадкой. Да когда ты вообще успел с ним познакомиться?!

Помолчав минуту, я посмотрел в окно, но так и не увидел старика возле моря. Я посмотрел маме в глаза и с улыбкой произнес:

– Всегда думай о настоящем, иногда думай о будущем, но никогда не думай о прошлом.


«Детство»


«Запугивание – лучший способ подчинить человека»


Меня зовут Павлик, маму Наталья. Она родила меня в день своего рождения 29 февраля, когда ей исполнилось 33 года. Мама верила в магию чисел и любила приговаривать:

– Ты рожден нести добро.

Мама с папой долго не могли завести детей. Обошли врачей и сдали анализы. Врачи сказали в заключение:

– Проблем нет. У вас должны быть дети.

Врачи говорили не отчаиваться и не расстраиваться, а продолжать попытки завести ребенка.

Папа умер в тот момент, когда зачал меня.

Когда, наконец, родился я, мама проговорила:

– Ты рожден нести добро.

Свято веря в то, что я должен нести добро и мир всему миру. Она боится, что Дьявол, тот самый змей-искуситель, хочет меня переубедить нести добро и мир всему миру. Хочет переманить к себе и направить на неверный путь – нести зло и войну всему миру. Мама убеждена в том, что Дьявол, тот самый змей, уже подкрадывается ко мне, начинает искушать, что у Дьявола большие виды на меня.

С того дня, как мама поверила во все это, она стала запугивать меня геенной огненной, Адскими псами и вечными муками.

– Никогда не разговаривай с незнакомыми людьми. Сам Дьявол через них, с тобой разговаривает, – повторяла она мне эти правила. – Никогда не бери у незнакомцев сладости, иначе Дьявол попадет в тебя.

– Хорошо, – пугливым голосом отвечал я.

– Не обманывай. Псы Ада разорвут тебя.

– Хорошо.

– Не воруй. Псы Ада загрызут тебя.

– Хорошо.

Мне исполнилось шесть лет. Я свято верю в то, что Дьявол подстерегает меня повсюду, и что единственное спасение – это молитва Господу нашему:


Отче наш, сущий на небесах!

Да святится имя Твое;

Да придет Царствие Твое;

Да будет воля Твоя и на земле, как на небе;

Хлеб наш насущный дай нам на сей день;

и прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим;

и не введи нас в искушение, но избавь нас от лукавого.


– А если она не поможет, – говорила мама, – то произнеси вот эту:


Да воскреснет Бог,

и расточатся врази Его,

и да бежат от лица Его ненавидящие Его.

Яко исчезает дым, да исчезнут,

яко тает воск от лица огня,

тако да погибнут беси от лица любящих Бога и знаменующихся крестным

знамением,

и в веселии глаголющих:

радуйся, Пречестный и Животворящий Кресте Господень,

прогоняяй бесы силою на тебе пропятаго Господа нашего Иисуса Христа,

во ад сшедшаго и поправшего силу диаволю,

и даровавшаго нам тебе Крест Свой Честный на прогнание всякаго супостата.

О, Пречестный и Животворящий Кресте Господень!

Помогай ми со Святою Госпожею Девою Богородицею и со всеми

святыми во веки.

Аминь.


Она сильнее, только чем, я так и не понял.

Перед сном, мама всегда мне желает Рая небесного и защиты от искушения, приговаривая:

– И сказал Иисус «по вере вашей да будет вам». – После чего, целует меня в лоб и закрывает дверь.

Я украл у нее конфету из набора в коробке. Мама прятала конфеты в вещевом шкафу, под одеждой. Узнав о краже, она спросила рассерженным голосом:

– Какой рукой ты украл конфету?

– Я не помню.

– Вспоминай!

– Правой.

– Я говорила тебе, не воруй?

– Да.

– А говорила, что за это будет?

– Да. Псы Ада загрызут меня.

Мама вышла из квартиры и пришла только вечером, принесла какую-то книгу в руках.

– Тебе пора спать, – проговорила все тем же, рассерженным голосом.

– Ты почитаешь на ночь сказку?

– Да, но у тебя теперь будет новая сказка. – Мама села на край кровати и раскрыла книгу.

– Данте Алигьери, – начала она, – «Божественная Комедия», «Ад», «Песнь первая».

Мама читала, по песни перед сном. Потом проговаривала:

– Здесь наказания за те грехи, которые ты совершил, или можешь совершить. Подумай над тем, как себя вести в дальнейшем. Ты веришь в то, что я тебе говорю?

– Да, – отвечал я испуганным голосом. Слыша, как мои зубы бьются друг о друга.

– И сказал Иисус «по вере вашей да будет вам», - произносила мама и уходила спать, закрывая за собой дверь. Я не мог долго после этой сказки уснуть от мысли, что ко мне может подкрасться Дьявол. Пока сплю, он сделает со мной то, о чем мне читала мама.

Мама готовит в кухне. Позвала меня и посадила на табурет лицом к плите.

– Смотри внимательно, – ее голос был устрашающим.

Мама взяла сковороду, налила масло в нее и поставила разогревать. Я с интересом наблюдал за всем происходящим. Разогрев сковороду, она повернула кран синего цвета, опустила руку под воду, поднесла руку к раскаленной сковороде и сбрызнула капли воды на масло. Шипение, масло брызгами разлетается по всей плите в клубе пара. Мама берет меня за запястье правой руки, потом окунает ладонь в кипящее масло и начинает громко говорить:

– Горячо?! Я спрашиваю – тебе горячо?!

– Да мама! Мне горячо! – У меня потекли слезы.

– Больно?! Я спрашиваю – тебе больно?!

– Больно мама! Мне больно!

Я теряю сознание. Где-то далеко, слышу отрывок из Библии.

– «Если же правый глаз твой соблазняет тебя, вырви его и брось от себя, ибо лучше для тебя, чтобы погиб один из членов твоих, а не все тело твое было ввержено в геенну. И если правая твоя рука соблазняет тебя, отсеки ее и брось от себя, ибо лучше для тебя, чтобы погиб один из членов твоих, а не все тело твое было ввержено в геенну»

– Ты думаешь! В Аду будет лучше?!

– Нет! Я так не думаю!

– У самого Дьявола, такая сковорода! Ты хочешь к нему?!

– Нет, я не хочу к Дьяволу!

После этих слов, мама отпустила мою руку и обернула ее полотенцем.

– Если будешь плохо себя вести, не будешь слушаться меня, то Дьявол тебя окунет в такую сковороду целиком.

Когда прошел тридцать четвертый вечер, мама перестала читать сказку. Снова все стало, так же как и было до того, как я украл конфету. Я вел себя хорошо и послушно.

Когда мне исполнилось семь лет, мама сказала:

– Число семь – это число совершенства, число идеала. Бог, довел весь мир до совершенства за семь дней.

Я так и жил, не греша ни в чем, пока однажды, не нашел коробку конфет, в том же месте, в том же шкафу, под той же одеждой. В коробке не хватало несколько конфет. Не поборов свое искушение, я съел конфету и запомнил, сколько осталось штук. Когда мама пришла, я сделал вывод, что она ничего не заметила. Иначе, давно бы уже угрожала мне геенной огненной. На следующий день, снова открыл коробку конфет, пересчитал. Конфет было на две меньше. Понял, что мама не заметила недостающей конфеты, и съел еще одну. Мама снова ничего не заметила, и я отправился спать, но уснуть уже не мог.

Получается, что я украл конфеты. Вспоминаю мамины слова: «Не воруй. Псы Ада загрызут тебя». Мне становится страшно, меня начинает всего трясти от страха. Слушаю в ночи скрежет своих зубов. Закрываю глаза, потом открываю, боясь, что Дьявол окажется в комнате. И так много раз. Я знаю, что он за мной придет.

И он пришел. Точно такой, как его описывала мама: животное, красного цвета, с копытами, длинным хвостом на кончике которого, извивается огонь. В глазах горит пламя, на голове рога и вилы в правой лапе. Странно, что с вилами в лапе, он напоминает Бога морей – Посейдона. За спиной была дверь, а над дверью надпись «Оставь надежду, всяк сюда входящий!» Левой свободной рукой, Дьявол хватает меня за ногу, и тащит в дверь. В испуге, я кричу: «Да воскреснет Бог…», но это не помогает. Дьявол, все равно затаскивает меня за дверь. За дверью, слышу рычание тех самых псов Ада.

Дверь захлопывается.


За все свои грехи и злодеяния.

Я в лапы к Люциферу, сразу угодил.

Сжав меня, он проговорил:


«Я трону, лишь твое сознание.

Дьявол всегда, был около тебя.

Тебя! Оберегал он от себя.


Подумай, кто?! Твой настоящий искуситель.

Кто?! Плод запретный, спрятал от тебя.

И от кого, познал ты о грехах?!»


Над озером, замерзшим поднял,

И в мое тело, зубы острые,

Трех своих голов, вонзил…


«С новым годом!»


«А Вы, верите в Деда Мороза?!»


В нашем доме на стене висит большая фотография в рамке в виде надгробной плиты. На фотографии изображен большой особняк белого цвета в бликах дневного солнца, по бокам растут деревья, макушки склонились над крышей, словно схватили здание, чтобы никогда не отпускать. В здании несколько окон. На особняке написана дата «…2013г.». Перед крыльцом газон с зеленой травой, а на ступеньках стоят улыбающиеся люди. Они заманивают тебя. Вверху фотографии надпись «Resident Evil », внизу «VICTORIA». По всей видимости, это групповая семейная фотография. В комнате помимо меня находится папа, бабушка и двое неизвестных. Я подхожу, снимаю фотографию, трясу со всей силы и вешаю обратно.

Тьма заполнила комнату. Тишина. Включаются красные аварийные огни. Их свет пробивается через тьму, и блекло освещает комнату. Единственное, что изменилось в комнате, это появившаяся у стены под фотографией кровать без постели и матраца, голый металлический каркас с металлической натянутой сеткой. На кровати лежат свернутые в один рулон старые одеяла и настенные ковры. Мы подходим и пытаемся развернуть рулон с краев, чтобы посмотреть, что в него завернуто. С одной стороны мы обнаруживаем ноги человека, а с другой голову. Мы освобождаем лицо старой женщины – она мертвая. Бабушка пятится назад и падает. У нее испуганное лицо, она вертит головой и произносит:

– Это невозможно! Это моя бабушка! Как она могла оказаться здесь, ведь ее похоронили десятки лет назад?

Я подхожу к фотографии, и вижу, как день сменяет тьма, на всех окнах появились решетки, крыльцо залито кровью, люди исчезли, вспышка молнии освещает всю фотографию, а дата поменялась с «…2013г.» на «…1013г.». Мы все ложимся спать на пол, и нас начинает трясти, словно электрический заряд проходит по всему телу. Всех охватывает страх. Все мычат и скулят от боли, но сказать никто ничего не может.

Тишина. Тьма рассеялась. Нас окружает дневная обстановка в комнате. Кровать с рулоном исчезла, фотография вернулась в прежний вид, и дата поменялась на «…2013г.». Все сидят молча, и в тишине раздается звук разбивающейся посуды из кухни. Я открываю дверь, и заглядываю в кухню. В ней бьет посуду мой дядя, а потом встает на стул, надевает петлю на шею, и вешается. Дверь захлопывается. Комната вновь погружается во тьму, сквозь которую пробиваются красные мигающие аварийные огни. Нас всех начинает снова трясти, словно в приступе эпилепсии. Передо мной появляется маленькая девочка, и говорит: «Если ваш котенок нашкодил, нужно его наказать!» Она бьет мне пощечину, и добавляет: «Если же котенка обидеть, то месть его будет жестока». Я открываю рот, и пищу как мышь, так громко, что сам начинаю глохнуть, и просыпаюсь.

Проснувшись, я сразу же осмотрел комнату, но она отличалась всем от комнаты из сна, что непременно меня успокоило. Я открыл шторы, и посмотрел в окно. Канун нового года. На улице много людей, как взрослых, так и детей. Солнце не согревает, но ослепляет, именно таким оно бывает только в морозную, снежную зиму. Отражение лучей от белого, кристального снега освещает всю улицу.

Я прохожу в соседнюю комнату, и бужу младшую сестру. Нам нужно успеть одеться к моменту, когда мама и папа приедут за нами, чтобы отправиться в магазин за подарками.

– Я вела себя хорошо в этом году? – спросила она.

– Хорошо. Почему спрашиваешь?

– Если ты ведешь себя плохо, то Дед Мороз не подарит подарок.

– Он каждый год дарит. Не думаю, что в этом году, ты вела себя хуже, чем в предыдущих годах.

– Вот бы на него посмотреть! Он же добрый?

– Злой, не подарил бы ничего. Можно дождаться двенадцати ночи, подкрасться и посмотреть на него.

– Ты каждый раз так говоришь, но всегда засыпаешь.

– В этот раз не засну, обещаю.

– А где мы спрячемся?

– За елкой. Он сначала под елку подарки кладет, а потом в шкатулки стоящие над камином. Как только подарки окажутся в шкатулке, мы выйдем, поздороваемся и скажем спасибо.

Так с сестрой мы и решили поблагодарить Деда Мороза. Я хотел ему сказать спасибо за костюм Человека-паука, подаренный мне несколько лет назад. Я ходил в нем каждый день в садик. Мне нравилось представлять себя Человеком-пауком, ведь у меня была веревка с петлей на конце. Я забрасывал петлю на шею другим детям, и тянул ко мне, представляя, что это моя паутина. Дети начинали плакать и кашлять, а мне доставляло удовольствие ощущать себя сильнее других. Через некоторое время нянечка отобрала у меня «паутину», сказав, что я делаю больно другим детям, а этого делать нельзя. После этого я перестал играть в Человека-паука, ведь именно притягивать «паутиной» мне нравилось больше всего.

Родители повезли нас в торговый дом, чтобы подобрать подарки родственникам. У входа стоят грязные дети с протянутыми руками.

– Кто они? И почему они грязные? – сказал я.

– Это дети беспризорники, что означает – у них нет семей, – сказала мама.

– Но, ты же говорила, что у каждого ребенка есть семья? – сказал я.

– Понимаешь, милый. Каждому ребенку нужна семья, но не каждой семье нужен ребенок. Поэтому, не у всех детей есть родители, – сказала мама.

– Почему? – сказал я.

– Потому что, раньше автомобиль был роскошью, а сейчас стал необходимостью, но ребенок наоборот, раньше был необходимостью, а сейчас стал роскошью, – сказал папа.

– Я не понял его слов, но переспрашивать не стал.

– Дед Мороз нам подарит подарки? – спросила сестра.

– Если вы вели себя хорошо, – сказала, улыбаясь, мама.

Объездив гостей, поздравляя с наступающим новым годом, домой мы вернулись уже вечером. Мы зажгли на елке гирлянды и звезду. Поужинали в новогодней, праздничной обстановке, и около десяти часов, нас отправили спать.

Я разбудил сестру в одиннадцать часов ночи. Мы потихоньку спустились в низ, где стояла елка. Родителей в комнате нет. Мы спрятались за елкой, и начали ждать.

– А если он не придет? – шепотом спросила сестра.

– Придет, и ты его сегодня увидишь. Я обещаю.

В комнате тихо, приглушенное освещение, в камине потрескивают дрова, и от этого нас клонит ко сну. Я дал обещание, что сестра увидит Деда Мороза, и я должен его сдержать, хотя она уже уснула. Я придвинулся к ней и облокотил ее голову себе на плечо. Мои глаза стали закрываться и я задремал.

Меня разбудили шорохи в соседней комнате. Я протер глаза, и начал всматриваться в дверной проем, попутно толкая потихоньку сестру.

– Что случилось? – спросила она.

– Кажется, он пришел.

Мы вместе начали смотреть в дверной проем, и наше ожидание оправдалось. Дед Мороз зашел в комнату, и направился к елке. Я подумал, что он нас заметит, но елка оказалась настолько пушистой, что разглядеть что-то сквозь нее сложно. Да, и зачем ему всматриваться в елку, ведь не за ней же он пришел. Дед Мороз положил упакованные подарки под елку, и направился к камину. Он находился спиной к нам, и раскладывал подарки в шкатулки, поэтому мы вышли из-за елки, и подошли к его спине незамеченными. Как только подарок погрузился в последнюю шкатулку, Дед Мороз повернулся к нам. Из-за шапки и бороды, разглядеть на лице можно лишь глаза. Они смотрят на нас. Я подтолкнул сестру вперед, довольный от того, что она никогда этого не забудет и будет вспоминать мой подарок всегда. Есть ли лучше подарок на новый год, чем встреча с Дедом Морозом?

– Спасибо, Дед Мороз! – сказала сестра, и потянула его за бороду.

Борода сползла на подбородок, и мы увидели лицо папы. Его глаза расширились еще больше, он молчит, видимо не зная, как отреагировать и как отреагируем мы. Я посмотрел на сестру, но на ее лице нет разочарования, ведь она подумала, что Дед Мороз, это папа, поэтому она смотрела на него, и радость выразилась во всех чертах ее лица.

Я понял, что нас обманули, что Деда Мороза, наверное, вовсе не существует, а если и существует, то видимо мы вели себя плохо весь год, раз он к нам не пришел и не поздравил. Мне обидно за сестру, ведь она еще пока ничего не понимает, а родители пользуются этим, и обманывают ее. Если лгут собственные родители, то, что говорить о других людях. Всё лож! Все лгут! Дети, выросшие на лжи! С колыбели! С момента рождения! С первой каплей грудного молока! Лож в колыбельных песнях, в материнских словах: «Я тебя люблю!» Меня переполняет злость, я сжимаю кулаки и стискиваю зубы с такой силой, что тишину пронзает хруст костяшек и скрип зубов. Я кричу: «С новым годом, папа!» и толкаю отца в пылающий камин.


«Жако»


«Если у тебя есть дитя,

То оно убьет тебя!»


Первые занятия второго класса после летних каникул начались со слов «Дети, вы должны написать сочинение на тему «Как я провел лето». Мне действительно интересно узнать, как же вы провели лето?

Прежде чем приступить к написанию сочинения, я сделаю отступление к событиям, которые немного объяснят, почему это лето, я провел именно так, как написал.

«Я родился, формально в полноценной семье. Мама сутками работала, домой приходила только переодеться, по этому времени на мое воспитание у нее не было. Папа наоборот, был всегда дома, физически, но духовно его не было, так как он постоянно напивался и спал. Воспитанием моим занялся Жако. Жако – это говорящий, волнистый, желто-зеленый, с длинными перьями, среднего размера попугай. Жако подарили родителям на свадьбу, и сколько ему точно лет, мне не известно. Он большую часть времени проводит в клетке, хотя дверка всегда открыта, но он выходит только, чтобы расправить крылья. Поднимется на верхушку клетки, походит кругами, потянется и обратно в клетку, потому что его ждет зеркало, поставленное возле клетки, в котором он любуется своим отражением, поднимая для красоты хохолок. Так что, воспоминания из детства, это постоянно пьяный папа, который просыпался, шел в магазин за выпивкой, говорил бранные слова «…на этот ё… свет!» Мама приходила домой один раз в день постоянно покрытая ссадинами, ушибами, синяками и свежими порезами, которые покрывали все ее тело. Я бы предположил, что ей достается от папы, но они редко виделись, почти не разговаривали, а, следовательно, не ругались и не дрались. Жако учил меня разговаривать.

В таком порядке проходило все детство пока, мама не пришла домой с животиком. Жизнь поменялась к лучшему. Папа бросил пить, устроился на работу. Мама наоборот пришла с работы домой. Жако научил меня разговаривать. Русская мечта – дом и счастливая семья, сбылась.

Я отправился учиться в первый класс, и в это время родилась сестренка. В школе родителей похвалили, за то, что они мне дали хорошее воспитание. Мама с недоумением смотрела на папу, и не понимала, когда он успевал мной заниматься, а папа смотрел на маму, и думал то же самое. О заслугах Жако, никто не догадывался.

Русская мечта рухнула быстрей, чем была придумана. Я понял, что все хотят счастья, но счастье не хочет никого. В мае я узнал, что у меня есть бабушка, а вернее была бабушка. Она умерла по счастливой случайности, сказала мама, и нам достался по наследству домик в деревни. На лето мы переехали в него жить. В июне сестренка начала ползать по всему дому, и потихоньку ходить. Мама вышла сразу на работу, домой начала приходить снова раз в день, принося детское питание. Папа три дня посидел с сестренкой, но не смог вынести ночного плача, и снова начал пить. Провел еще три дня с ней, и вовсе забухал, и осталось только его физическое присутствие, а духовное, как всегда, было не с нами, но он по-прежнему произносил бранные слова «…на этот ё… свет!»

Воспитанием сестренки занялся я и Жако. Жако уже одного ребенка воспитал, а я брал примеры из личного опыта. Помимо воспитания сестренки, мне пришлось взять все заботы по дому. Я таскал воду в дом и в баню из речки, протекающей за нашим огородом, достаточно выйти за забор и набрать воду, что, конечно же, облегчало труд, по натаскиванию воды. Еще мне приходилось колоть дрова, топить баню и дом. Жако в это время занимал сестренку, ей нравилось ползать за ним, и пытаться поймать за хвост. Я и Жако разговаривали с сестренкой, играли, а перед сном, Жако садился на подушку возле нее, а я читал им, пока она не заснет. Любимой книжкой была «Приключения дяди Степы», толстая книга страниц в семьсот. Я закрывал книгу, и уходил спать, но за ночь, мне приходилось несколько раз возвращаться, так как сестренка просыпалась и начинала плакать, и мне приходилось вновь читать сказки, петь песенки, чтобы убаюкать ее. Говорят, что человек привыкает ко всему, но это лож, никто, никогда не привыкнет к детскому плачу! Человек может смириться, но не тот, который просыпается по несколько раз ночью, идет успокаивать ребенка, а сам в итоге не спит совсем, и так продолжается день за днем, каждый день, как «день сурка». В дальнейшем, чтобы сестренка не плакала или плакала меньше, я стал спать на ее кровати, все равно приходится к ней возвращаться.

Так проходило лето. Папа пил и спал. Мама работала, приходила снова в ссадинах, синяках и порезах по всему телу, но с каждым разом она начала приходить пьянее и пьянее, пока и вовсе не стала падать на пороге. Когда ты растешь в окружение пьяных людей в семье, у тебя вырабатывается неприязнь к алкоголю, и ненависть к пьяным людям, чем дольше и больше они пьют, тем сильнее ты их ненавидишь. Доходит до того, что если ты находишься возле немного выпившего человека, ты его ненавидишь всем сердцем, и готов убить.

До конца лета ничего не менялось.

В один из вечеров, сестренка долго не могла уснуть, и мы с Жако уже не знали, как быть с ее капризами, я весь вечер носил ее на руках, и она уснула. Я положил ее в постель, и сам начал готовиться ко сну. Я устал. Но не успел лечь, как в дом вошел пьяный папа. Он зашел в кухню, начал кричать и браниться. От крика проснулась сестренка, и заплакала. Я попытался ее успокоить, но не получалось, она плакала, плакала и плакала. Я дал ей «дядю Степу», посадил рядом Жако, а сам пошел к папе. Он сидел за столом и смотрел в журнал. Папа достал водку и начал пить из горла, браниться, а потом и вовсе заплакал. Сначала он плакал тихо, но с каждой пролитой слезой, и залитой каплей водки, он начинал рыдать сильнее и сильнее. Я попросил его успокоиться, потому что сестренка не может уснуть, но он ударил меня ногой в живот, и вышел из дома. Я упал и ощутил слезы на лице, но не от боли, а от обиды, злости и ненависти. Я подошел к журналу, и прочитал на обложке «БойВой». Открыл на середине, и увидел маму. На ней немного красной и белой одежды, она пристегнута и истекает кровью, а мужчина держит в руках серп и молот и делает взмах, чтобы ударить. Надпись под мамой «Везде и всюду, пионер готов к блуду!» Я закрыл журнал и вошел в комнату, сестренка сидела на полу на книге и улыбалась. Оглядев комнату, я не увидел Жако, но посмотрев еще раз на сестренку, я увидел, что из-под книги виднеется крыло и хвост Жако. Я столкнул сестренку с книги, она заплакала. Я поднял «дядю Степу», и увидел лежащего Жако. Он смотрел на меня и тяжело дышал. Сестренка плакала. Я взял аккуратно Жако, и пошел на улицу показать папе, чтобы он помог ему. Когда я вышел на задний двор, папа сидел на дровах, плакал и пил. Я протянул Жако, и попросил помочь. Он взял его, швырнул в кусты, толкнул меня, и упал вместе со мной. Я вскочил и подбежал к Жако. Он смотрел на меня, и все еще тяжело дышал. Слезы бежали по лицу. Я взял топор, подошел к лежащему отцу, замахнулся и опустил лезвие топора на шею. Кровь хлынула струями, и залила мне ноги и руки. Я оставил топор воткнутым в отца, поднял Жако, и вернулся в дом. В кухне стояла мама, и рассматривала «БойВой», сестренка плакала. Я протянул Жако маме, со словами, он умирает. Мама увидела меня окровавленного, бросила журнал, упала на колени, выбила из рук Жако, схватила за плечи и начала трясти, спрашивая, что случилось. Я посмотрел на Жако, лежащего в углу кухни, и новая волна слез окатила меня. Я толкнул маму, взял со стола нож, воткнул ей в шею и сказал: «Спасибо мама, за то, что родила меня на этот еб..ный свет!» Сестренка плакала. По моим рукам потекла теплая кровь. Мама схватилась за шею и упала, хрипя что-то на полу. Я поднял Жако, вошел в комнату и опустил его на кровать. Сестренка лежала на полу и плакала, плакала, плакала. Я взял подушку, подошел к ней, накрыл лицо и прижал. Плач становился тише и тише, пока вовсе не прекратился. Я вернулся к кровати и поднял Жако. Его глаза открыты и смотрят на меня, но он уже не дышит. Я лег на кровать, обнял Жако, закрыл глаза и уснул».

Прежде чем задавать вопрос кому-нибудь, сначала задайте себе, действительно ли вы хотите услышать ответ?

Говорят, что человек должен сделать определенные вещи, такие как: построить дом, вырастить детей и посадить деревья. Написав сочинение на тему «Как я провел лето», я понял, что человек должен сделать всего две вещи – родиться и умереть, а лучше родиться мертвым.

Рейтинг: 8
(голосов: 1)
Опубликовано 22.05.2013 в 23:09
Прочитано 380 раз(а)

Нам вас не хватает :(

Зарегистрируйтесь и вы сможете общаться и оставлять комментарии на сайте!