Зарегистрируйтесь и войдите на сайт:
Литературный клуб «Я - Писатель» - это сайт, созданный как для начинающих писателей и поэтов, так и для опытных любителей, готовых поделиться своим творчеством со всем миром. Публикуйте произведения, участвуйте в обсуждении работ, делитесь опытом, читайте интересные произведения!

Машенька и пчелы

Повесть в жанре Разное
Добавить в избранное

Машенька и пчелы.


Шестилетнюю Машеньку родители на все лето привозили в деревню к бабушке и дедушке. Их домик стоял на окраине деревни, и сразу же за их огородом начиналась тайга. Маша хорошо знала всех детей в деревне. Вместе с ними бегала по всей деревне и ее окрестностям. Тайга манила и звала к себе Машу. Подолгу она смотрела на синеющие на сопках ели и мечтала побывать там. Иногда она просила дедушку взять ее с собой в тайгу, но дедушка не брал Машу, говорил что ее там закусают комары и оводы.

- А еще там водятся огромные медведи и большие серые волки, а с ними шутки плохи – сердился дедушка,

У дедушки с бабушкой было большое хозяйство: в саду, среди кустов смородины и деревьев расположились улья, где жили пчелы. Пчелы давали вкусный и полезный мед. Корова Ласточка, ее теленок Гаврюша, корова давала замечательное жирное молоко, которого хватало и теленку, и хозяйке. Свинья Чуня с пятью поросятами. Маше нравились поросята, но Чуня не подпускала ее к ним, и угрожающе хрюкала. А еще с десяток кур бродили по загону, возле них важно расхаживал большой белый петух с ярко красным гребнем. Вся эта живность находилась под охраной большого черного лохматого пса по кличке Лоботряс. Маша любила пса и часто, обняв его за шею, шептала ему на ухо свои секреты. Она рассказывала ему про мальчишку Диму, который жил с ней по соседству. Он не нравился Кате, потому что слишком часто ее обижал. То дернет за волосы, то запустит в нее камнем, то обзывает Машкой-промокашкой. Поэтому Маша старалась с ним не играть. Зато Димка любил приходить к ним домой. Маше особенно не нравилось, когда он называл ее бабушку своей бабушкой. Маша, ревнуя бабушку, сердито выговаривала ему, что это не его бабушка, а ее. Но Димка, шмыгая носом, и босой пяткой ковыряя землю, резонно заявлял, что раз у него нет своей бабушки, пусть баба Уля будет и его бабушкой. Димка обожал, есть сотовый мед, и как только увидит что соседи надевают шляпы пасечников, был тут как тут. Бабушка не гнала его, а весело приветствовала: - Что, трутень, медка захотел?

Машу тянуло к ульям, которые стояли в саду. Ей нравилось наблюдать, как деловито жужжа, из летка вылетают пчелы, затем возвращались назад в улей, тяжело груженые нектаром и пыльцой. Близко к ним она не подходила, так как знала, что пчела может ужалить. Один раз, еще в прошлом году, ее ужалила в щеку пчела, Маше было очень больно, она с криком подбежала к бабушке. Бабушка вытащила из щеки жало пчелки и замазала укус глиной. Боль прошла, но потом всю неделю она ходила с опухшей щекой. Бабушка объяснила ей, что пчелы летают по строго выверенному ими маршруту, а она стояла как раз над их трассой, вот ее пчела и укусила. Теперь Маша, издалека понаблюдав за пчелами, и поняв по какому маршруту они летают, подходила к ульям поближе, только с другой стороны. Легкий, деловитый гул стоял над ульями, пахло медом и воском. Особенно она любила смотреть, когда дедушка с бабушкой отбирали у пчел мед. В саду тогда ставилась большая, на четыре рамки, медогонка. Бабушка и дедушка надевали на головы специальные шляпы с широкими полями, с которых свисала прозрачная ткань. Дедушка тщательно натирал руки до локтей травой мелиссой, открывал крышку улья, и вытаскивал рамку.

Теперь Катя не удивлялась, увидев, что дедушка и бабушка, сорвав пучок мелиссы, натирали им себя, а в первый раз это ее поразило, и она спросила, зачем они это делают.

Дедушка дал ей понюхать мелиссу и спросил ее: - Нравится запах?

От мелиссы пахло лимоном и мятой, Катя вдохнула его и сказала, что пахнет приятно.

Для тебя приятно, а для пчел мелисса не хуже французских духов, они от ее запаха приходят в восторг и не жалят.

-А ты боишься, когда они жалят? – поинтересовалась она.

- Бояться не боюсь, хотя согласись, что это довольно неприятно. Мне просто пчел жалко! Ведь ужалив, она сама погибает. При укусе, пчела, выделяет яд, запах которого, приводит других пчел, в состояние агрессии, и они дружно начинают атаковать врага. А ведь я для них враг, вторгшийся на их территорию. Поэтому, натершись мелиссой, я тем самым спасаю самого себя от их жала, а пчел от смерти. Понятно? – объяснил ей дедушка.

Маша издалека наблюдала, как дедушка снимал крышку улья и вытаскивал первую рамку. На ней копошилось множество пчел. Он стряхивал их с рамки назад в улей большим гусиным пером. Пчелы возмущенно гудели, поднимались вверх, облепляли руки и шляпу дедушки. Но дедушка их нисколько не боялся, стряхнув пчел, он передавал рамку бабушке. На большом подносе, специальным кривым ножом пасечника, бабушка срезала запечатанные воском соты и ставила рамку в медогонку.


Если в рамке было мало запечатанного меда и много пчелиных деток, она отдавала рамку дедушке назад. Наполнив бачок медогонки рамками, бабушка начинала крутить ручку, расположенную сбоку бачка. Раздавался шум работающей медогонки, и шелест стекающего с рамок меда. Собрав в тарелку срезанные верхушки соток с медом, она давала тарелку Кате и приговаривала: - Кушай, внученька, медок, крепкой будешь, как дубок.

Откуда-то сразу появлялся Димка, он восторженно смотрел на тарелку с медом. Бабушка, завидев Димку, говорила Маше: - Угости медком этого трутня, видишь, он на запах меда прилетел.

- Кто такой трутень? – как-то спросила Маша у бабушки.

- Как бы это тебе объяснить, чтобы ты поняла. Вот смотри, в каждом улье живет семья пчел. В семье живет до десяти тысяч пчел, все это особи женского пола. В семье самой главной считается матка. Пчелки кормят, поят ее, ухаживают за ней, строят соты для того, чтобы она могла отложить туда яйца, из которых потом разовьются пчелки, но в улье еще живут и трутни, их в семье мало, около тысячи. Трутни живут в свое полное удовольствие, их также поят и кормят пчелы. Сами трутни ничего не умеют делать, они не в состоянии раздобыть себе пищу, не сторожат улей, не ухаживают за детками. Не приносят в улей нектар и пыльцу. Всем необходимым для жизни трутней, обеспечивают рабочие пчелы. Но так весело им живется только летом. На зиму пчелы изгоняют трутней из улья, чтобы не кормить дармоедов зимой, и они погибают, от голода и холода – терпеливо объясняла бабушка.


- А почему Димка – трутень? – поинтересовалась Маша.

- Да уж больно он медок любит, а вот работать не хочет - пошутила бабушка.

Усевшись на низеньких скамеечках, в тени, подальше от ульев, Маша с Димкой, брали руками соты с медом и отправляли их в рот. Маша взяла кусочек сота с медом, и только хотела отправить его в рот, как услышала тревожное гудение и тоненький голосок: - Не ешь меня Маша! Помоги мне!

Маша чуть не выронила из руки кусочек, она пригляделась внимательней, и увидела, что в слипшемся кусочке сота, маленькую, очевидно только, что народившуюся пчелку. Маша была доброй девочкой, она тотчас взяла маленькую веточку, расковыряла в соте дырочку, и помогла пчелке выбраться наружу. Пчелка, вся перемазанная медом, еле ползла по палочке.

- Тебя отнести поближе к улью?- спросила она у пчелки.

- Ж ж ж ж желательно, поближе – прожужжала она.

Димка толкнул ее в бок локтем, и прошипел: - Не отпускай ее, она волшебница, пусть сначала исполнит три желания.

- Ты, что, сдурел? Какая она волшебница! Пчелка только сейчас, на твоих глазах, родилась – сердито ответила Маша.

- А тогда почему она разговаривает? – ухмыльнулся противный Димка.

- Не спорьте дети, я не простая пчелка. Я будущая королева улья, а пока маленькая принцесса. Меня выкормили особым маточным молочком – тоненьким голоском прожужжала пчелка.

- Ну, вот видишь! – радостно закричал Димка. Он нетерпеливо заерзал на скамье, придумывая какое бы желание загадать. Вначале ему захотелось, много-много шоколадных конфет, потом он захотел себе большой велосипед.

Пока Димка раздумывал, Катя мечтательно произнесла: - Хотелось бы мне ненадолго стать пчелкой, жить в улье, летать над цветками, пить росу и нектар. Но ведь это невозможно?

- Обижаешь, Маша! Это в моей власти – обиженно прожужжала пчелка.

- И, я! Я тоже хочу быть пчелкой, и жить в улье – закричал Димка.

- Пусть будет так! Ты, Дима, будешь трутнем! А ты Маша, станешь пчелкой – прожужжала будущая королева, и быстро замахала крыльями.

Тарелка с медом вдруг показалась Маше необычайно тяжелой, она поставила ее на землю, и вдруг почувствовала, что стала быстро уменьшаться в размерах, и вот она уже ползает по своему розовому платьицу, а рядом с ней грозно жужжит тяжелый, толстый трутень.

Димка, это ты, что ли? Смешной, какой! Большой, шумный, грозный и толстый! - засмеялась она, разглядывая Димку.


А Димка нравился себе все больше и больше, он взлетел над ними, покружился, и вновь сел рядом с ними на платье, его большие фасетчатые глаза смотрели на них с восторгом, в порыве чувств, он прожужжал: - Маша! Наверху так здорово! Все кажется таким огромным: трава, деревья, цветы! А бабушку твою, я даже испугался, такая большая, и смотрит в нашу сторону. Наверное, думает, что мы куда-то убежали играть!

- Моя принцесса! Давай, мы с Димкой будем тебя называть принцессой Розой? Ты готова лететь в свое королевство? - уважительно спросила Маша у пчелки, ощупывая ее своими передними лапками.

- Прежде чем лететь в мое королевство, послушайте, что я вам скажу. В каждом улье есть сторожевые пчелы. Димку-трутня пчелы в улей пропустят. А вот тебя Маша, стража не впустит в улей, так как, для них, ты чужая – предостерегла их принцесса.

- А что же мне делать? Я так хотела понаблюдать за жизнь пчел внутри улья - пригорюнилась Маша.

- Подумаешь, проблема! Ты ведь принцесса, прикажешь страже, и она нас пропустит – пренебрежительно сказал Димка.

- Да, я принцесса, но не королева. Я только что, родилась, и пока не имею никакого права приказывать - печально прожужжала пчелка.

- Обидно! Димку впустят, а меня нет. Это же несправедливо!- возмутилась Маша.

- Все правильно, и все справедливо. Таковы законы пчелиной семьи. И те, кто нарушает их, могут поплатиться за это жизнью. Но это вовсе не означает, что пчелы жестокие. Любой, чужой пчеле, всегда найдется место в семье, если она прилетит с нектаром, и попросит приютить ее. Тебе Маша, прежде чем лететь в улей, необходимо наполнить зобик нектаром или медом – объяснила принцесса.

- Значит, мне нужно попить нектар, и собрать пыльцу – обрадовалась Маша.

- А где мы будем искать пыльцу, и нектар? – деловито спросил Димка.

- Дима, ты трутень, а у трутня недоразвит хоботок, следовательно, ты не можешь добывать нектар – нравоучительно произнесла принцесса.

- И, что? Меня не пустят в улей? Да я всех сторожей, одной левой, раскидаю. Или буду жалить их, своим жалом – хвастался Димка.

- У трутней нет жалоносного аппарата, они безобидные, как овечки! Я их иногда ловила и играла с ними, Они только и умеют, как, грозно жужжать – засмеялась Маша.

- Не ври! – разозлился Димка.

- Я и не вру, спроси у принцессы Розы. А вот тебя я сейчас ужалю, раз ты мне не веришь – подскочила к Димке Маша.

- Стоп! Остановись Маша! Пчелы очень храбрые, они умеют защищать свою семью и себя, но не забывай, что пчела, ужалив, погибает – предупредила Машу королева.

- Почему пчела погибает, когда кого-нибудь ужалит? Так нечестно! Ведь она защищает себя? – пожалела Маша пчел.

- Так уж устроен жалоносный аппарат у пчел. Когда жало вонзается, в тело, например, человека, пчела не может вытащить его, поэтому, жало отрывается от брюшка, и она погибает. Когда же она защищает свое гнездо, от пчел-воровок, тогда пчела не погибает, потому, что ее жало легко выходит, из тела врага.

- Я думал, только люди воруют, а, оказывается, есть еще и пчелы-воровки. Что они воруют? Мед? – заинтересованно спросил Димка.

- Да мед. Бывает, что семья ослаблена, сторожевые пчелы, не справляются со своими обязанностями, и тогда, вместо того, чтобы лететь на цветущие поля, начинается расхищение меда. Семья оставшаяся на зиму без меда, может погибнуть, если ей не поможет внимательный, и заботливый пасечник – объяснила королева пчелка, и, показав на оставленную детьми тарелку с медом, сказала: - Вот, смотрите, что сейчас делается в тарелке с медом, которую вы оставили!

На оставленной без присмотра тарелке, деловито сновало множество пчел. Они с наслаждением, пили мед, всасывая в свои хоботки. Одни пчелки, насытившись, и наполнив зобик медом, улетали, на их место прилетали другие. Тарелка опустошалась на глазах.

- Ты, Маша, лети к тарелке, и наполни свой зобик медом. Когда прилетим к улью, и сядем на прилетную доску, ты должна будешь опустить голову к низу, а животик приподнять вверх, и издать вот такой звук. Принцесса зажужжала тоненько и жалобно. Эта поза и издаваемый тобой звук означает, что ты «впрашиваешься» в семью. Иначе тебя не впустят в улей, а прогонят - посоветовала пчелка Маше.

- А они меня не покусают? Мне что-то страшно стало! – призналась она.

- Я же говорил, что ты трусиха! – радостно констатировал Димка.

Затем он спросил у пчелки – А меня без нектара, впустят в улей?

Семьи в период медосбора, принимают чужих трутней, но ты должен будешь, так же как и Маша «впрашиваться» в улей.

- А ты? Как они примут тебя? Ведь семья тебя еще не видела, потому, что ты родилась вне улья, на наших глазах – взволнованно спросила у пчелки Маша.

- Семья воспримет меня хорошо, они меня определят по моему особенному запаху. Но возможно у меня возникнут проблемы внутри улья, и мне необходимо будет сразу же решить эту проблему – спокойно сказала пчелка.

- А в чем проблема? Может быть, мы сумеем тебе помочь? – прогудел Димка.

- Понимаете, дети, в период хорошего медосбора, старая матка закладывает в соты много яиц, из которых потом рождаются новые пчелы. Семья увеличивается, ей становится тесно в улье, и тогда начинается период роения. Чтобы вам было более понятно, роение, это когда одна семья, делится на две семьи. Вторая семья должна покинуть свой улей, и начать самостоятельную жизнь, в другом месте. С новой семьей обязательно должна лететь матка- королева семьи. Но и первая семья не должна остаться без своей королевы, поэтому пчелы в период роения закладывают маточники, в которых развиваются юные принцессы. Пчела, которая разовьется раньше, вылезет из маточника первой, должна уничтожить конкуренток. Она прогрызает оставшиеся маточники, с еще не родившимися принцессами, и жалит их. Так, еще не родившись, принцесса погибает. Но, бывает, что две принцессы рождаются одновременно, то тогда, при встрече, они начинают между собой схватку не на жизнь, а на смерть, потому, что королева в семье, должна быть одна. Я родилась вне гнезда, поэтому не знаю, что сейчас там делается. Первым делом, я должна проверить в улье маточники. Кроме меня, там развивалось еще две принцессы – рассказала свою проблему пчелка

- Если я правильно тебя поняла, то твоя задача заключается в том, что тебе необходимо, уничтожить двух принцесс? Но ведь это жестоко! А нельзя вам, трем принцессам, мирно сосуществовать? – поинтересовалась Катя.

- Нет. Такой закон пчелиной семьи – принцесса должна быть одна. В схватке, всегда побеждает самая сильная и ловкая – твердо сказала пчелка.

- Но ведь ты можешь погибнуть! Вдруг те принцессы, окажутся сильнее тебя? - задумчиво предположил Димка.

- Все может быть. Лети за медом, Маша, мы зря теряем время – прожужжала пчелка.

- Тогда мы будем твоей «группой поддержки» – решительно прогудел Димка.

Маша с уважением посмотрела на него, и решительно взлетела. Ею овладело опьяняющее чувство восторга от полета. Даже, легкие, невесомые крылышки, у нее на спине, трепетали от восторга. Ей вспомнился фильм, про самолет, где командир корабля отдавал экипажу команды: - «убрать закрылки, поднять шасси». Она отдала себе команду: - « убрать шасси», и прижала к туловищу все свои лапки, затем скомандовала «убрать закрылки», сложила свои крылышки, и полетела камнем вниз. Она быстро выдвинула крылышки, и выровняла свое тело. Ей стало смешно, и весело. Она раздумывала над тем, где же находятся у нее «закрылки», но так и не решила. Как все-таки здорово уметь летать! Сделав круг над Димкой и принцессой, она решительно подлетела к тарелке и села на ее краешек. Немного понаблюдав за пьющими мед пчелами, она опустила свой хоботок в мед, и втянула его в себя. Когда зобик, наполнился медом, Маша полетела к ждущим ее, Димке и принцессе Розе. Те, не дожидаясь, пока она спустится, присоединились к ней в полете, и вскоре, все вместе опустились на прилетную доску. Сторожа тут же подскочили к ним. Димка и Маша отпустили вниз головы, и подняли вверх животики. Затем зажужжали, так, как научила их пчелка. Сторожа ощупали их своими усиками-антеннами, и разрешили пройти в улей. В молодой пчелке, они узнали свою будущую королеву, радостно загудели ей, и потерлись об нее спинками. Сторожа освободили им леток, и они очутились в темноте улья, Дети с удивлением поняли, что они прекрасно видят, несмотря на темноту. Здесь повсюду слышался ровный, пчелиный гул. Восхитительно пахло медом, и кисловатым запахом перги. Рамок в улье было двенадцать, и все они были заняты копошащимися на них пчелами. Кате и Димкой некогда было все внимательно осматривать, они старались не отстать от проворной Розы. Но тут, Маше преградили дорогу три пчелы, и требовательно загудели. Она хотела их обойти, но не тут-то было. К трем пчелам, присоединилось, еще с десяток, воинственно настроенных пчел. Маша затравленно оглянулась, и в отчаянии, крикнула вслед спешащей на битву принцессе: - Роза! Помоги, мне! На меня нападают твои, поданные!

- Эти пчелы, приемщицы нектара, отдай им его, и они, оставят тебя в покое – донеслось до нее издалека.

Маша покорно подставила пчеле свой хоботок, та, отсосала у нее из зобика, мед, и пчелы потеряли к Маше всякий интерес. Она, уже налегке, пробираясь по спинам деловито жужжащих пчел, проворно побежала в ту сторону, где скрылась королева. Маша на бегу, успевала заметить, что все пчелы были заняты какими-то своими делами. Она не заметила, ни одной праздной, и бесцельно шатающейся пчелы. Нелетные пчелы были заняты нелегким трудом. Пчелы-няньки, кормили, маточным молочком, и согревали личинок, ложась на ячейку с личинкой. Приемщицы принимали от летных пчел нектар. Перга, считается пчелиным хлебом. Летные пчелы, собирают пыльцу, в специальные корзиночки, которые расположенные у них на задних ножках. Приемщицы пыльцы, проворно вытаскивали ее из корзиночек, и укладывали в соты, плотно утрамбовывая пыльцу, в ячейки. Пыльца, скрепленная особым ферментом, выделяемой пчелами, становится пергой. Строители строили новые соты, полировщики полировали освободившиеся ячейки, от вышедших из них пчелок. Мусорщики следили за чистотой в улье, выбрасывая, из улья мелкие частицы воска, и перги. Команда пчел, усиленно работая крылышками, вентилировала жилище. Они создавали в улье определенный температурный режим, необходимый, для созревания меда, и личинок пчел.

Маша бегала по сотам, в поисках принцессы Розы и Димки, но, в такой массе пчел, никак не могла их найти. Маша, было, приуныла, но потом вспомнила, что бабушка ей рассказывала, что для будущих маток, пчелы закладывают маточники, внизу рамки, так как там, для их развития создаются наиболее благоприятные условия, и спустилась вниз. Она внимательно разглядывала соты, выискивая, заложенные в них, маточники. Она знала, что маточники, делаются большими, по сравнению с ячейками, для личинок рабочей пчелы. И вот она увидела маточники, прилепившиеся сбоку, Маша пробралась к ним, и внимательно осмотрела их. Маточники были вскрыты, значит, принцессы уже вылезла из своей ячейки.

- Вероятно, две принцессы выбрались из них одновременно. Тогда выходит, что между ними уже произошла схватка, и победила одна из них. Значит, принцессе Розе предстоит схватка, с победительницей. Может быть уже сейчас, Роза разыскала свою соперницу, и борется с ней – подумала Маша.

И вдруг в ее голову пришла жуткая мысль, от которой она замерла: - А, вдруг случится так, что Роза погибнет в схватке? Что тогда будет с ними? Неужели им с Димкой, придется на всю жизнь остаться пчелами?

Отогнав эти мысли от себя подальше, тоненьким голосом, она закричала: - Димка! Где вы, там? Отзовитесь!

И ужасно обрадовалась, когда услышала басовитое гудение трутня Димки: - Катя, ползи сюда, мы здесь, на второй рамке! Принцесса ищет соперницу.

Катя ползла по спинам нянек, приемщиц, уборщиков, кормилец, и вентилировщиц, торопясь попасть на вторую рамку, раньше, чем найдется соперница принцессы. Навстречу ей быстро двигалась пчела, похожая на принцессу Розу. У нее было стройное, продолговатое, брюшко, которое выдавалось за кончики крыльев. Тело, длинной в два раза больше, чем у рабочей пчелы, ее сопровождала свита из десятка пчел. Маше стало страшно. Ее принцесса Роза, размерами была намного меньше, чем ее соперница. Это была старая королева, мать Розы, но Маша этого не знала, она-то думала, что это принцесса, соперница Розы. Она приуныла, Роза не сможет справиться с такой большой соперницей, что же делать? Пока Маша размышляла, королева со своей свитой подошла к ней.

- Кто ты, такая? Нянька, кормилица, или лётная пчела? – требуя от нее ответа, спросила королева.

- Я выпрашивалась в ваш улей. Меня назначили лётной пчелой, ваше величество! – робко ответила Маша.

- Тогда почему слоняешься без дела? Я не потерплю в своей семье лентяек. Быстро лети за взятком! – приказала она.

И повернувшись к своей свите, сказала: - Взять эту пчелку, под особый контроль. Проследить, сколько сегодня, она принесет нектара и перги! Если не выполнит план, гнать ее отсюда в шею, и никогда больше не впускать!

Она величественно удалилась, свита за ней.

Маша вначале оторопела, затем робко возразила ей вслед: - Ваше величество, я еще маленькая. А у нас маленькие дети, не работают. Они гуляют и играют.

- Нахалка! Да знаешь ли ты, что у нас в семье, народившиеся пчелы, включаются в работы с трехдневного возраста. Малыши чистят ячейки, обогревают расплод, вентилируют гнездо, затем становятся кормилицами взрослых личинок. В 12-ти дневном возрасте они начинают строить соты, принимают нектар, от сборщиц, и превращают его в мед, утрамбовывают пыльцу в ячейках, чистят гнездо, несут сторожевую службу. И только уже потом, начиная с трехнедельного возраста, становятся лётными пчелами, сборщицами нектара и пыльцы. Какая же ты маленькая, если тебя уже назначили лётной пчелой? – сердито прожужжала Маше, пчела из свиты королевы, между тем, как королева, и остальная свита, величественно удалилась.

- Я только, что сдала приемщицам мед, очень устала, и хочу немного отдохнуть! – в сердцах воскликнула Маша, и решительно обошла пчелу, собираясь отправиться на поиски Димки и Розы.

- Сейчас охрану позову! Или лучше я тебя сама ужалю – угрожающе прожужжала пчела.

- Ладно, не сердись, уже лечу за нектаром! – испугалась угрозы Маша, и поинтересовалась: - А ты, что шпионить за мной будешь?

- Обязательно! И буду записывать все твои ходки за нектаром. Таково распоряжение королевы-матки – строго прожужжала пчела.

- Так это была сама королева? Ну, тогда, ладно! А когда я буду отдыхать? – спросила Маша у сопровождающей ее пчелы, проворно пробираясь к летку.

- Пчелы никогда не отдыхают. Вся их жизнь в трудах и заботах о семье. Но раз ты считаешь себя еще маленькой, значит, принесешь нектар, пять минут на отдых, и опять в полет! – строго сказала пчела.

Маше ничего не оставалось делать, как только покинуть улей. Она увидела свою бабушку, которая возилась под навесом у медогонки. Катя полетела к ней, и уселась на ее рукав. По рукаву она перелетела на плечо, собираясь шепнуть ей на ушко, что они с Димкой превратились в пчел, и, что ей нужно немного меда, чтобы отнести его в улей, но бабушка, увидев пчелу у себя на плече, поймала ее, осторожно зажала у себя между пальцами, и ласково пожурила ее: - Меня с цветком перепутала, глупенькая пчелка?

- Бабушка! – радостно, прокричала она.

Но бабушка, кроме жужжания, ничего не услышала, она посадила пчелку на цветок ромашки, росший неподалеку, и сказала: - Нектар собирай, труженица!

Катя не знала, как ей собирать нектар. Она, с цветка ромашки, с отчаянием, граничащей с паникой, наблюдала, как бабушка накрыла медогонку тканью, затем, взяла поднос с сотовыми обрезками, плавающими в меде, и понесла его, в летнюю кухню. Тогда Катя решительно взлетела, и села на краешек подноса, собираясь наполнить зобик медом. Поднос раскачивался в руках бабушки, и Катя, потеряв равновесие, погрузилась в мед.

Липкий, вязкий мед, сковал ее ножки, и она поняла, что тонет в меду. Чем больше она барахталась, тем глубже погружалась в него.

- Бабушка! Спаси меня! – отчаянно, закричала она.

Баба Уля услышала отчаянное жужжание, взглянула на поднос, и увидела тонущую пчелку.

- Эк, тебя угораздило? Крепко же ты влипла, растяпа! Надо же, медка захотела? Работать надо милая! – пожурила бабушка пчелку.

Затем, она подняла с земли прутик, и подоткнула его под Машу, подняла ее кверху. Маша перевела дух, и, пошатываясь от усталости, поползла по прутику, ворча себе под нос: - Работать надо, работать! А когда же отдыхать?

Бабушка положила прутик с пчелкой, на скамейку, и ушла. Маша попробовала шевельнуть крылышками, но они прилипли к спине.

- Как же мне очиститься от меда? Ведь я вся такая липкая и сладкая. Мои крылышки прилипли, лететь я не смогу. Без меда мне в улье появляться нельзя, там меня ждет приставленная ко мне надзирательница. Но мне необходимо попасть в улей, и разыскать принцессу Розу. Ведь если, я ее не найду, то навсегда останусь пчелой, да и Димка тоже – размышляла Катя.

Тут снова появилась бабушка, в руках у нее было блюдце. Она поставила его на скамейку, и, взяв прутик, на котором сидела Катя, положила его в блюдце, в котором было немного воды.

- Давай, купайся, иначе ты погибнешь, мед высохнет, и скует тебя как куколку – ласково сказала она и подтолкнула пчелку в воду, та, потеряв равновесие, шлепнулась с прутика, в воду. Вода была теплой, и приятной. Маша несколько раз прошлась по блюдечку от одного края к другому, и почувствовала себя намного лучше. Помогая себе всеми лапками, она кое-как отмыла туловище и крылышки, от меда. Но взлететь она все равно не могла, потому, что крылышки намокли, и не слушались ее.

Тогда бабушка, взяв ее за туловище, куда-то понесла.

Маша барахталась в бабушкиной руке, но жало в ход не пускала. Во-первых, потому, что бабушка зажала ей брюшко, а во-вторых, потому, что она вовремя вспомнила, что если ужалит она, то умрет, а в-третьих, потому, что это была ее бабушка, а ее она любила. Пес ,Лоботряс подбежал к бабушке, и начал подпрыгивать, пытаясь достать до её руки, думая, что бабушка хочет его угостить чем-нибудь вкусненьким. Катя испугалась, что Лоботряс выхватит ее, их рук бабушки, и слопает, отчаянно закричала:- Отстань Лоботряс, это я, Катя.

У собак очень развит нюх и слух. Поэтому, его чуткие уши, услышали слабенький голосок Кати. Он, подняв кверху свой нос, и почуял ее запах, идущий из рук бабушки, сразу же понял, что в руках у бабушки – Катя. Он, конечно, недоумевал, почему это вдруг Катя стала пчелкой, но люди существа загадочные и непонятные, к тому же себе на уме. Но пес, любил их такими, какими они есть, и готов был защищать их всегда и везде. Он гавкнул Кате, что понял ее, и, забежав вперед бабушки, уткнулся ей в колени. Бабушка от неожиданности, чуть не упала. Она остановилась, сердито, отругала пса, чтобы тот, не путался у нее под ногами. Но Лоботряс, требовательно глядя ей в глаза, громко загавкал. Бабушка, конечно же, не поняла его. Катя удивилась, все, что прогавкал пес, ей было понятно, словно она, была собакой. Пес не унимался, и пытался растолковать что-то бабушке на своем собачьем языке. Бабушка рассердилась, она положила пчелку на столик, который ярко освещало солнце, и сказала ей: - Вот здесь подсохнешь немного, и лети на все четыре стороны.

Лоботряс, передними лапами оперся о край стола, и внимательно наблюдал за Катей

Бабушка, глядя на пса, и не понимая его живого интереса к маленькой пчелке, с усмешкой сказала ему: - Любопытной Варваре, нос оторвали. Пчелка маленькая, но ужалит тебя в твой любопытный носик, так, что мало не покажется.

Однако очень удивилась, глядя на то, как пчелка подползла к носу пса, но пес, даже не отскочил, а с живейшим интересом в глазах, смотрел на нее. Катя начала рассказывать псу о том, что приключилось с ней и Димкой. Лоботряс, подняв одно ухо, внимательно слушал ее.

Баба Уля недоумевала: - пес обычно недолюбливал пчел, и держался от них на почтительном расстоянии. Сейчас же, ни с того, ни с сего, воспылал любовью к маленькой пчелке, которая, едва не утонула в меду.

- Надо же! Создается такое впечатление, что пчелка рассказывает ему что-то, а пес понимает, и внимательно слушает. Чудеса, да и только! – подумала она. Затем прошла на кухню, но, заинтригованная необычным поведением собаки и пчелы, время от времени, поглядывала в окошко. Она поставила на плиту варить чугунок с картошкой. Пес между тем пробрался на кухню, и усердно замолотил по полу хвостом, опасаясь, что его выгонят из кухни, раньше, чем ему нужно. Когда же бабушка на миг отвернулась от пса, тот подскочил к столу, поднялся на задние лапы, и, схватив с подноса кусочек сотового меда, шмыгнул во двор. Бабушка едва не потеряла дар речи от изумления, когда, выскочив за псом из кухни, чтобы его отругать, увидела, что пес, легко запрыгнул на столик стоявший, на улице, и осторожно, вывалил из своей пасти, сворованный им на кухне мед. Пчелка благодарно прожужжала, и впилась в мед своим хоботком. Напившись меда, и наполнив им зобик, она взмахнула крыльями и полетела в сторону ульев, пес побежал за пчелкой, но перед ульями нерешительно остановился, затем прилег в отдалении на траву. Он знал, что пчел, лучше не трогать. Бабушка, забыв про все свои дела, все с большим интересом поглядывала на собаку. Но, увидев, что та, легла в траву, неподалеку от ульев, спохватилась о том, что давно не видела Машу. Она прошла в палисадник, и увидела сиротливо стоящую тарелку, в которой деловито возились пчелы, вылизывая последние капли меда. На скамеечке, валялось розовое платьице, и сандалии ее внучки, рядом, в беспорядке валялась Димкина одежда, шорты, рубашка и туфли, но детей нигде видно не было.

- Вот безобразники! Убежали голышом, обгорят еще на солнце! Ну, погодите, вернетесь, вот уж я вам задам! – сердито подумала она.

Нагнувшись, она подняла одежду детей, отобрала у пчел тарелку, и взглянула в сторону ульев. Лоботряс, все так же затаившись, лежал неподалеку от них. Она позвала, его, но пес лишь оглянулся на ее зов, и не сдвинулся с места. Недоуменно пожав плечами, и покачав головой, она прошла на кухню, и занялась делами, размышляя о том, куда могли убежать дети.

А Маша влетела в улей, охрана ощупала ее своими усиками, и пропустила. Она вздохнула с облегчением, когда не увидела приставленную к ней надзирательницу. Сдав мед пчелам приемщицам, она громко зажужжала: - Димка! Ты где!

- Машка! Кричу, кричу тебе! Куда ты пропала! Быстрей двигайся на десятую рамку, мы с Розой здесь - весело прогудел Димка.

Она крикнула им, чтобы они ее подождали, и проворно побежала к ним, по чьим-то спинам, считая рамки, и злясь на Димку: - Вот трутень, ленивый! Куда я пропала, куда пропала. Да, знал бы ты, что со мной произошло! Хорошо ему, трутню ленивому! Его пчелы и напоят и накормят, а меня вон работать заставляют, а сытая ты, или голодная, никому до этого, нет дела. Наконец она увидела их, Димка радостно замахал ей крылышками, и Машина злость исчезла. Она погладила своей лапкой сначала принцессу Розу, затем Димку и спросила их, нашли ли они принцессу номер два.

- Пока еще нет, но маточники уже вскрыты, значит, принцессы родились, и уже выяснили между собой, кто из них сильнее. Теперь нам нужно обязательно найти ее. Мы с принцессой Розой, ждали тебя – возбужденно прогудел Димка.

Катя рассказала им, о встрече с королевой, как та, приставила к ней пчелу-надзирательницу, и что ей пришлось пережить после того, как она покинула улей. Затем она пожаловалась Розе, что ее выгонят из семьи, если она не будет летать за нектаром.

- Теперь тебя никто не обидит! Я сделаю тебя своей фавориткой, ты будешь состоять при мне. Станешь моей свитой! – сказала принцесса Роза, и потерлась своими усиками об нее.

- И меня никто-никто, не будет тревожить? А что я должна буду делать? И что за слово такое, «фаворитка»?– поинтересовалась Катя.

- Фаворитка, это значит, любимица! Ты должна будешь повсюду сопровождать меня, кормить, поить, чистить меня. Все это входит в обязанность свиты. Но ты моя подруга, и к тому же фаворитка, поэтому я освобождаю тебя от этих обязанностей. Просто сопровождай меня повсюду, хорошо? – попросила она Машу.

- Я тоже буду твоим фаворитом? – ревниво спросил Димка, у принцессы.

- В свите королевы, нет трутней, только пчелы. Но ты будешь моим кавалером. Согласен? - спросила его принцесса.

- Еще бы! Конечно, согласен! А когда мы поженимся, я буду принцем? – забросал ее вопросами Димка.

- Нет, Дима! В пчелиной семье, не бывает принцев. Здесь самая главная- это королева-матка. Пчелы не смогут без меня существовать, а я без них - просто ответила принцесса Роза.

- А тогда семье пчелиной для чего нужны трутни? Ведь по своей сути они дармоеды, ни нектар, ни пыльцу они не собирают. Вот меня, например, уже два раза кормили и поили пчелы – поинтересовался Димка.

- Трутни нужны семье в брачный период. Обычно он совпадает с периодом роения семьи. Но после брачного периода, трутень погибает. А когда отпадает в трутнях надобность, пчелы просто изгоняют их из улья, и они погибают, от голода и холода – просто и доходчиво объяснила ему Роза.

- Ничего себе перспектива! Нет, тогда я не хочу быть твоим кавалером, я лучше буду твоим адъютантом – запротестовал Димка.

- А, что такое адъютант? – поинтересовалась принцесса.

- Ну, это что-то вроде секретаря. Он главный, после шефа. Значит, после тебя я буду в твоей свите первым – попытался объяснить Димка.

- Ладно, пусть, я буду первой принцессой, у которой есть адъютант. А сейчас не отставайте от меня. Адъютант, включай свое обоняние, оно у трутней развито сильнее, чем у пчел, или у меня, и ищи по запаху принцессу номер два – приказала Роза.

- А как его включать это обоняние, и чем пахнет от принцессы? – спросил Димка принцессу на бегу.

- У тебя на голове есть маленькая антенна, на ней до 30 тысяч чувствительных сенсилл, которые определяют запахи. А запах принцессы, ты сразу же поймешь, как только почувствуешь его – на ходу объясняла принцесса.

- А у тебя сколько, этих самых сенсилл? – спросил Димка, обрадованный тем, что трутни, не такие уж и беспомощные.

- У меня около 3 тысяч. У рабочей пчелы от 3 до 5 тысяч обонятельных сенсилл. Так, что без твоей помощи, отыскать в такой массе пчел, принцессу номер два, будет непросто. Действуй, адъютант!- попросила его принцесса.

Димка, гордый, от возложенной на него миссии, приподнял свою антенну, и принюхался. Все пчелы пахли одинаково, медом и воском, он немного продвинулся влево, и сразу же уловил, новый запах, он пах так же медом и воском, но было в нем еще, что-то волнующее, и манящее. Димка, сразу же понял, чей это запах, и, не раздумывая, крикнул принцессе и Кате, «за мной», побежал, опустив свою голову вниз. Сейчас он напоминал Кате, собаку, взявшую след. Она фыркнула от смеха, и быстрее заработала лапками, чтобы не отстать от Димки и принцессы. Внезапно Димка остановился, и тихо загудел, наклонившись к принцессе: - Она уже близко, почти в двух шагах. Что будем делать?

- Спасибо, адъютант! Я уже чувствую ее запах. Я прошу вас ни во что не вмешиваться. Это моя битва, и одна из нас должна погибнуть – решительно сказала принцесса, и двинулась, было вперед.

- Погоди, принцесса! Я очень этого не хочу, но вдруг случится так, что ты погибнешь, тогда, мы с Димкой не сможем превратиться опять в детей, что же, нам тогда делать? – осторожно спросила ее Маша.

- Извини, меня Маша, я совсем забыла об этом. Как только начнется роение, вам нужно будет станцевать в улье «танец пчел», затем вылететь из улья, и сказать: По велению принцессы, по-моему, желанию, хочу стать человеком! – сказала принцесса, и ринулась к сопернице.

Вторая принцесса, по запаху определила, что рядом с ней находится враг, яростно кинулась в драку. Они крепко сцепились между собой, и каждая пыталась ужалить соперницу. Они были так похожи друг на друга, что Маша, никак не могла их различить. Она в страхе закрыла лапками глаза, зато Димка, который различал их по запаху, азартно наблюдал за битвой, и гудел; - Давай, Роза, давай! Вонзи в нее свое жало!

Битва шла с переменным успехом, так, как по силе, и весовой категории, они были равны между собой. Обе уже устали, но ни одна не сдавала своих позиций. Пчелы, находившиеся рядом, ни на миг, не прекращали свою работу. Такое равнодушие удивило Димку. Он, увидев, что вторая принцесса, подмяла под себя принцессу Розу, недолго думая, подскочил к ним, и потянул за крыло ее соперницу. Та, от боли, на мгновение, ослабила свою хватку, и это решило исход схватки, в пользу принцессы Розы.

Пчелы-мусорщики потянули из улья, обмякшее тело принцессы номер два. Роза, приводя себя в порядок с помощью Кати, сердито выговаривала Димке, что он поступил нечестно, вмешавшись в схватку.

Димка же чувствовал себя героем, и весело прогудел в ответ; - Не сердись, Роза, я же твой адъютант, а они всегда встают на защиту своих генералов. Ну не мог, я поступить иначе, пойми, я очень хотел, чтобы королевой стала ты.

Катя тоже радовалась, она своими лапками трепетно поглаживала принцессу, и шепнула Димке, что он молодец.

- Это дело нужно как-то отметить, медовухи, что ли попить? А то, что-то меня здесь давно не кормили – радостно прогудел Димка, и, обратившись к рядом стоящей пчелке, приказал ей: - А ну-ка, кормилица, живо накорми меня!

Маша вспомнила о бабушке и дедушке, и поняла что они, очень беспокоятся о ней, и разыскивают ее по всей деревне. Да и родители Димки тоже беспокоятся о нем. Она посмотрела на Димку, который с наслаждением пил мед, и кажется, вовсе забыл, что он все-таки человек, до того ему понравилась праздная жизнь трутня.

Катя с усмешкой подумала о том, что будет делать он, когда, пчелы выгонят его из улья осенью. Небось, сразу же захочет стать человеком?

- Моя принцесса! Бабушка и дедушка очень беспокоятся сейчас обо мне. Ты не могла бы сделать, так, чтобы они успокоились, и перестали, и искать меня? Я их знаю, они поставят на ноги всю деревню, будут искать и на речке и в тайге. Они старенькие, не нужно их волновать - попросила Маша, принцессу Розу.

Димка, наконец, оставил в покое пчел-кормилиц, которые безропотно кормили его медом. Толстый увалень Димка, с живейшим интересом, прислушивался к их разговору, затем он бесцеремонно влез в разговор, твердо убежденный в том, что принцесса все может, безапелляционно заявил: - Конечно, может! Тем более что она должна нам исполнить еще два наших желания.

- Что конкретно вы желаете? Успокоить родных, или хотите снова стать детьми? – поинтересовалась принцесса Роза.

- Не, я пока домой не хочу! Мне здесь нравится! – решительно заявил Димка.

- А ты, Маша, снова желаешь стать девочкой, или хочешь успокоить родных? – спросила принцесса у Маши.

- Мой первый вылет, оказался таким неудачным. Знаешь, я хочу еще немного побыть пчелкой. По-настоящему полетать, покататься на цветках, попить нектар. Пока, я желаю, успокоить бабушку и дедушку, ты сможешь, внушить им мысль, будто я уехала с родителями в город. Это возможно? – выразила свое желание Маша.

- Для этого, нам нужно вылететь из улья, и увидеть твою бабушку. Вперед, двигаемся к летку! – приказала принцесса своей свите.

Они беспрепятственно вылетели из улья, и взяли направление на Машин дом. Последние лучи солнца отражались в окнах застекленной веранды. Дедушки видно не было, скорей всего отправился на розыски пропавшей внучки. Бабушка стояла на дороге, рядом с ней Димкина мама, они поочередно громко кричали: - Катя! Дима!

Лоботряс стоял рядом с ней, и гавкал, пытаясь им что-то объяснить. Увидев, летающих над бабушкой пчел, он радостно завилял хвостом.

Бабушка заметила летающих над ней пчел, и вдруг недоуменно спросила саму себя: - И чего это я вдруг внучку стала разыскивать? Ведь Маша уехала сегодня в город с отцом. Ну, надо же! Совсем память дырявой стала!

- А Димка где тогда? – спросила у бабушки Димкина мама.

Димка подсказал принцессе: - Скажи ей, что я с Машиным отцом в город поехал, в гости к ним.

Бабушка посмотрела на Димкину мать, и, удивляясь самой себе, растерянно сказала: - А ведь, Димка с ними поехал, проказник этакий! Уж так просился в гости, сил не было отбиться. Да ты не волнуйся! Погостят дня два в городе, поедят мороженного, да и вернутся.

- А что ж вы мне голову морочили? Я бегала по всей деревне, как идиотка, у всех спрашивала, не видели ли они Димку с Машей. А тут, нате вам, пожалуйста, отправила детей в город, и забыла. Или вы так шутить изволите? Глупо! Сколько времени зря потеряла. Вернется, Димка, я ему всыплю, как следует. Уехал, видите ли, даже разрешения не спросил! – рассерженно выговаривала Димкина мать, бабушке.

Бабушка растеряно посмотрела на соседку, и виноватым голосом, сказала: - Извиняй соседушка! Совсем у меня с головой плохо стало, память, словно отшибло.

Сокрушенно покачивая головой, она пошла к своему дому, а пчелы полетели в свой улей. Лоботряс вновь побежал за пчелами, и бабушка подумала, что сегодня не только у нее с головой плохо, но и у Лоботряса. Да пожалуй, что и у этих пчел тоже не все в порядке. Нормальные то пчелы, в это позднее время уже не летают, а смирно сидят в улье. А эти надо же! Кружат надо мной, как над цветком.

Тут к ним подошел дедушка, который отправлялся на розыски детей. Он сокрушенно вздохнул, и сказал, что детей, не нашел.

Бабушка виновато посмотрела на него, и объяснила, что пока он возился с ульями, приезжал их зять Володя, и забрал в город Машу и Димку, дня на два, или три. А она мол, совсем забыла об этом.

- Странно все это, он что, даже поздороваться со мной не захотел? Чем это я ему так досадил? – обиженно произнес дедушка - А ты-то, что кошелка старая? Я тут ноги оббиваю, хожу, разыскиваю детей, а она, видите ли, в город их отправила и забыла! Это, какую же дырявую голову иметь надо, чтобы про внучку забыть? – бросил он ей упрек.

- Ты вот, что женушка! Завтра утром, пока Маша в городе, съезди в райцентр, к доктору. Голову-то лечить надо! – раздраженно бубнил он, пока они шли к дому.

Бабушка Уля не перечила мужу, покорно кивала головой, чувствуя себя кругом виноватой. Тревожные мысли бродили в голове, и не давали покоя; - В какой же одежде поехали в город дети? Неужели голяком? И без обуви? Что-то странное творится вокруг. Неужели ей действительно нужно ей показаться врачам? Ведь она совершенно не помнит, ни, в какой одежде уехали дети, ни в какое время. И уехали ли они?

А Маша на лету сердито выговаривала Димке: - Что не мог придумать что-нибудь другое? Вон как твоя мамка рассердилась на мою бабушку из-за тебя!

Димка обиженно гудел: - Что я еще мог сказать? Мамка у меня вспыльчивая, но быстро отходит. Небось, она уже извиняется перед твоей бабушкой, за то, что вспылила.

- Меня утешает лишь, то, что тебе, когда ты вернешься домой, то ремня, схлопочешь – позлорадствовала Маша.

Димка сердито засопел, но промолчал. Они приземлились на прилетную доску, и Маша обратила внимания на то, что много пчел, не вошло в улей. Они образовывали клубки, и висели на его стенках. Внутри улья тоже произошли изменения. Днем Маша не видела, ни одной бездеятельной пчелы, сейчас же, во всех свободных углах собрались группами пчелы, равнодушно, и неподвижно висели гроздьями, не участвуя ни в каких работах. Пчелы, находящиеся на сотах, занимались своими делами, не обращая на бездельников, никакого внимания.

Маше странно было на все это смотреть. Бабушка ей говорила, что человеку нужно учиться у пчел работать, что для пчел нет разницы между днем и ночью, они все время проводят в трудах и заботах. Пчелы не вылетают из улья, только если идет дождь, но и тогда они не сидят без дела, а включаются в работы по улью.

- А пчела, сколько лет живет? – полюбопытствовала Маша.

- Рабочие пчелы живут недолго, 35-40 дней всего, это чуть больше месяца, при этом пчела никогда не отдыхает. Трутни, живут немного подольше, 2 месяца. Матки-королевы, могут прожить до пяти лет, но если она заболевает, или снижает работоспособность, то пчелы уничтожают ее, и заменяют, на новую матку - терпеливо объясняла бабушка, Маше.

Глядя на пчел висящих, гроздьями. Маша удивилась и забеспокоилась: - Они, что заболели?

- Наверное, у них у всех грипп – высказал предположение Димка.

- Нет! Эти пчелы роевые. Скоро они покинут эту семью, и начнут строить новую, а для этого им нужно поберечь силы. Завтра пчелы на общем совете, решат, кто из нас, я, или королева покинет гнездо с этим роем, а кто останется в этой семье - объяснила принцесса.

- Что, это значит, «роевые пчелы», и зачем им нужно покидать семью? И почему ты и королева не можете между собой, сами решить этот вопрос?– спросил любопытный Димка.

-Летом, при хорошем расплоде, и плохом взятке меда, пчел становится слишком много, улей становится тесным для семьи. Тогда семья начинает делиться на две, вот это и называется роевое состояние, а пчелы решившие покинуть семью, автоматически исключаются ото всех работ. С роем улетают и молодые, и старые пчелы. Берут с собой и трутней. На новом месте, пчелы роя, должны будут выполнить огромный объем работ. Отстроить заново гнездо на новом месте, собрать достаточные, медовые запасы, на долгую зиму, воспитать расплод, чтобы нарастить большое количество пчел для зимовки. Каждая пчела роя, может выполнять любую работу, без исключения. Поэтому с роем летит сильная и здоровая королева, и пчелы сами решат, кто из нас, улетит, я или старая королева. Таков закон пчелиной семьи - объяснила принцесса Роза, внимательно слушающим детям.

Маша уже не одно лето наблюдала за выходом роя, из ульев. Это было захватывающее зрелище. Пчелы, до этого сидевшие вялыми и равнодушными ко всему на свете, вдруг начинают массовый вылет из летка. Вначале они хаотично и стремительно, устремляются вверх, Несколько тысяч пчел начинают неистовую пляску, высоко над ульем. Создается впечатление, что рой, этой последней пляской, прощается с семьей. Деловитый гул, слышен далеко вокруг, а в покинутом ими улье, идет своя обычная жизнь. Летные пчелы вылетают за взятком, и прилетают с нектаром и пыльцой, не обращая внимания на беснующийся вверху рой. Постепенно неистовая пляска, сменяет ритм, пчелы начинают летать более медленно, и группами садятся на ближайшее дерево или куст. Когда все пчелы сядут на дерево, они начинают группироваться в большой клубок. Рои – перваки, иногда бывают очень большими, и могут достигать размеров, с волейбольный мяч, весом 4-5 килограммов. Тут уж, хозяин пасеки, не зевай! Это значит, что у пчел, сейчас начнется последнее заседание. Сейчас они решат, куда им лететь, и прощай родимая семья! По живому клубку из пчел, бегают в танце пчелы-разведчика. Своим танцем они сообщают всему рою, где нашли подходящее для них жилище, какое оно, и на каком расстоянии находятся оно от улья, и в каком направлении находится. Затем другая группа пчел-разведчиц, пляшет свой танец. Пчелы выбирают наиболее благоприятный вариант для них, срываются с ветки и улетают. Для пчеловода потеря роя, большая утрата, поэтому внимательный и заботливый пчеловод не допустит, чтобы рой улетел. Как только пчеловод увидел, что пчелы сплелись в клубок, то подносит к ветке специальное приспособление, роесниматель, которое, по своему устройству напоминает большой сачок, для ловли бабочек. Резким движением отделяет клубок пчел от дерева. Пчелы ссыпаются в сачок, затем из сачка пересыпают в роевню. Выждав минут тридцать, пока пчелы успокоятся, их пересаживают в приготовленный заранее улей. Маша видела не раз, как дедушка снимал рои с деревьев.

Сейчас Маша раздумывала о том, стоит ли ей говорить принцессе Розе о том, что как только рой привьется, его снимет дедушка, не дав им никуда улететь. А то, что дедушка рой не упустит, она знала точно. В душе она была рада тому, что принцесса Роза никуда далеко не улетит, а с другой стороны, она обязана сообщить ей о том, что рою, не дадут улететь. Его поймают и поселят в пустующий улей, который уже стоит здесь же, на пасеке.

- А когда рой вылетит? – осторожно спросила она.

- Завтра погода испортится, будет сильная гроза, пчелы в дождливую погоду не летают за взятком, но вот послезавтра погода будет хорошая.

- Утром, лишь только пригреет солнышко, я вылечу из улья для брачного полета. Когда я вернусь, в улей, тогда пчелы решат, какая из маток останется в улье, а какая улетит с роем. Тогда же и решится вопрос о том, когда рой покинет семью – объяснила принцесса Роза.

- Здорово! Значит у тебя скоро, свадьба? А мы приглашены на нее? – возбужденно прогудел Димка.

- А в брачном полете, свита принцессы, сопровождает ее? – заинтересовалась Маша.

- Нет, брачный полет- это таинство, и сопровождение мне не нужно. Вас я завтра отпускаю на целый день, играйте, отдыхайте, пейте нектар, лакомьтесь пыльцой. А сейчас присоединяйтесь, к роевым пчелам, и поспите немного – ласково прожужжала принцесса Роза.

- Ура! Свободу попугаям! – радостно загудел Димка, и, обратившись к Маше, добавил:- Ну и оторвемся же мы с тобой завтра, Машка!

- А почему ты сказала, «если я вернусь»? Ты, что можешь не вернуться? Как это понимать? – задумчиво спросила Маша.

- Обычно на брачный вылет королева-матка улетает далеко от улья, и ее подстерегает множество опасностей – объяснила принцесса Роза.

- А тебе обязательно нужно лететь, на этот, как его, а брачный вылет? Здесь в улье тепло, светло, и мухи не кусают. Я бы на твоем месте, никуда не улетал – посоветовал Димка принцессе.

- Да, Дима, лететь нужно обязательно. Вы не волнуйтесь за меня, у меня все будет хорошо, я это знаю – сказала принцесса Роза.

- А почему ты решила, что завтра будет сильная гроза? – поинтересовалась Маша.

- Пчелы чувствуют приближение непогоды. Вы очень устали, отдохните немного – предложила им принцесса.

- А ты, принцесса, не хочешь немного отдохнуть с нами? – спросила Маша у нее.

- Не забывайте, что пчелы не спят. У меня еще много дел – сказала принцесса, и проворно побежала по спинкам своих поданных.

Маша с Димкой, повиснув на клубке роевых пчел, еще долго между собой, обсуждали события этого дня, и под тихий пчелиный гул, незаметно уснули.

Димка, проснувшись, почувствовал страшный голод. Он отполз от сонных роевых пчел, на рамки, где кипела жизнь, и было много меда, и тронул за лапку кормилицу, требуя себе порцию меда. Пока Димка насыщался медом, проснулась Маша, и очень рассердилась, не увидев Димку рядом. Она сразу поняла, что этот увалень лакомится сейчас медом, а на какой из рамок неизвестно.

-Попробуй, отыщи его среди такой массы пчел на рамках! Придется ждать, когда он вернется. А время-то идет! – подумала Маша, и нетерпеливо начала ходить из угла в угол.

Потом она вспомнила, что принцесса говорила ей о том, что сегодня будет сильная гроза, значит, они с Димкой никуда не полетят, и перестала ждать его.

В улье было темно, сквозь леток, пробивался слабый свет. Видно было, что день вне улья, теплый и солнечный. Она подумала, что принцесса ошиблась с прогнозом погоды, и уже вылетела сама на свой брачный вылет. Кате тоже захотелось поскорей вылететь из улья, и порезвиться на воздухе, тогда она не выдержала, и закричала: - Димка! Ты где! Ну, сколько можно тебя ждать?

Потревоженные ее криком пчелы угрожающе загудели, Маша на всякий случай отодвинулась от них подальше, к счастью тут показался сытый и довольный трутень Димка. Маша сердито на него посмотрела, но Димка этого даже не заметил. Он весело прогудел: - За мной, Маша!

Редкие пчелы вылетали из улья, немного покружившись в воздухе, влетали обратно в улей, и включились в работы по дому. Стража беспрепятственно выпустила их, и дети вылетели из летка. Яркое, солнечное утро уже было в самом разгаре.

- Какая может быть гроза в такое солнечное утро – подумала Маша.

Теплый ветерок не мешал им насладиться полетом. Легкие крылышки, совершали сложные перемещения, относительно ее тела, благодаря чему, Маша могло перемещаться, вперед, назад, в стороны. Маша зависла над ульем, и огляделась. Ее бабушка и дедушка работали на огороде, окучивая картошку. Лоботряс находился рядом с ними, прячась от солнца, в тени картофельных кустов, развалившись между грядками. Маша с Димкой покружились над их головами, и услышали, как дедушка озабоченно глядя на небо, говорит бабушке: - Посмотри, как парит, наверняка гроза разразится. К тому же у меня кости ломят, а это верный признак непогоды.

Посмеявшись над словами дедушки, тем более что на небе, ярко светило солнышко, они, взяли курс на цветущую поляну. Лоботряс, увидев пчел, радостно приветствовал их лаем, и стремглав помчался за ними вслед.

А Димка, озорно засмеявшись, крикнул вслед дедушке, что прогноз погоды как всегда ошибочен, вон как ласково светит солнышко.

- Вот уже два дня пес ведет себя как-то странно! Полюбил пчел, наблюдает за ними. И вот сейчас смотри, увидел двух пчел, и побежал за ними. Что бы это значило? – задумчиво глядя псу вслед, поделилась своими наблюдениями бабушка.

- Вечно ты что-нибудь выдумаешь! Надоело ему торчать здесь, вот и побежал. Давай лучше, окучивай картофель! – пробурчал дед, вытирая рукой вспотевший лоб.

Бабушка не стала спорить с дедом, но сердцем, чувствовала, что здесь что-то не так. Руки ее, снова взялись за тяпку, и начали прилежно рыхлить и окучивать картофель, а мысли о чудачествах собаки не покидали ее.

Дети весело летали, над цветущими травами, гоняясь, друг за дружкой. Лоботряс не отставал от них, весело гавкая, носился вокруг. Димка, грозно жужжа, пикировал на пса, когда неожиданный сильный порыв воздуха, перевернул его, и шмякнул о траву. Он успел уцепиться за листик, поэтому не сильно ушибся. Маша в это время сидела, раскачиваясь на лепестках ромашки. Порыв ветра, тоже чуть не сорвал ее с лепестков. Они взглянули на небо и поразились. Огромная, темно-синяя туча, надвигалась с запада. Первые, крупные капли дождя, закапали по траве. Когда Маша была девочкой, она не задумывалась над тем, каково приходится в непогоду пчелам, стрекозам, муравьям и бабочкам. Сейчас капли дождя для них, были такими крупными, что Маша боялась их. Одна такая капля, могла бы убить их. Сидя, прижавшись, друг к другу, под листком, они, дрожа от страха, советовались, как им быть дальше.

Лоботряс, слыша далекие раскаты грома, нервно поскуливал. Смелый пес, не боящийся никого, до ужаса боялся грома. Интуиция ему подсказывала бежать отсюда, пока не поздно, но его верное сердце, не могло оставить детей здесь одних. Обычно он всегда только исполнял приказы хозяев, и никогда им не приказывал. Теперь же он взял инициативу в свои лапы, и приказал прячущимся под листком, детям: - А ну-ка живо забирайтесь ко мне на спину, пора сваливать отсюда!

Испуганные дети, без пререканий вылезли, и вцепились в его шерсть, но капли дождя стали сильней. Тогда не долго думая, они глубоко зарылись в его шерсть, и пес сломя голову, помчался к дому, чтобы спрятаться от дождя в теплой будке.

Они успели укрыться в собачьей будке до ливня. Поняв, что опасность позади, дети выползли из шерсти пса, Димка сразу же потребовал: - Маша, я есть хочу! Сейчас же накорми меня нектаром!

- Не наглей, Димка! Я тоже голодная, ведь я не успела попить нектара – возмутилась Маша.

- Хотите косточку? Вон у меня она в углу припрятана – решил поделиться своим Н.З, пес

Димка с Машей засмеялись, и отказались от угощения. Димка мечтательно вздохнул: - А в улье сейчас так хорошо, тепло, много меда, и пчел-кормилиц.

Дружок вздохнул с облегчением, и принялся грызть кость. Так ему легче было переносить эти ужасные раскаты грома.

А гроза разбушевалась не на шутку. С неба лили потоки воды. Вода не успевала впитываться в землю, и стремительным потоком, проносилась мимо собачьей будки. Но все когда-нибудь кончается, кончилась и эта ужасная гроза. На небе вначале, робко, сквозь просветы туч показались тоненькие лучики солнца. Маша и Димка обрадовались им как никогда в жизни. Лоботряс тоже. Он высунул голову из будки, и принюхался к идущим от земли, запахам. Дети увидели сияющую на небе, огромную, в полнеба радугу. Как огромный, разноцветный мост, она висела над землей. Детям стало легко и радостно, они весело зажужжали, и взлетели вверх. Но с неба еще срывались редкие, тяжелые капли, и дети снова опустились на спину пса. А пес учуял еще один запах. Он втянул носом, поглубже чудесный запах, идущий от кухни, где бабушка тушила в чугунке картошку с мясом, и облизнулся, а Маша с Димкой тоже, почувствовали ужасный голод.

Вскоре солнце уже светило вовсю, словно и не было этой грозы, от которой разрывалось на части небо от грома и молнии. Пес вылез из будки, потянулся всем телом, разминая затекшие ноги, и радостно завилял хвостом, увидев вышедшую из кухни бабушку с полной тарелкой приготовленной для него еды. Бабушка поставила перед псом тарелку, хотела погладить его по голове, но, увидев двух пчелок сидящих у него на спине, отдернула руку. Пчела и трутень спокойно сидели на спине пса, не испугались ее, не взлетели, и кажется, были вполне довольны жизнью, пес тоже. Пчелы во все свои глаза, смотрели на нее, и тихо жужжали, словно что-то говорили ей.

- Чудеса, да и только! – пробормотала бабушка, и ушла.

- Лоботряс, меня не пустят в улей, если я не принесу нектар. Отвези меня в поле, я буду собирать нектар – попросила пса Маша.

Димка взлетел, и радостно загудел: - А меня пустят, пустят! Я полетел! Ужасно кушать хочется.

- Ну и лети к кормилицам, обжора! – обиженно прожужжала Маша.

- Ладно, Машка, не обижайся, я полечу с тобой, только ты накормишь меня в первую очередь, ладно? – покаянно сказал Димка, и опустился на спину пса.

- Погодите детки, вы забыли обо мне, а я ведь тоже хочу поесть – обиженно пролаял пес, красноречиво поглядывая на поставленную перед ним миску с едой

Маше с Димкой стало стыдно, и Маша воскликнула: - Прости нас, Лоботряс, мы как эгоисты, думаем только о себе. Конечно, мы подождем, пока ты покушаешь.

Пес дочиста вылизал миску, и вскоре весело помахивая хвостом, он помчался на поле. После грозы, поле было не узнать. Трава, вся примята, и прибита дождем к земле. Цветы поникли, и набухли влагой. Маша приуныла, до нектара ей, наверное, сейчас не добраться, но Димка надоедливо жужжал над ухом, что он умирает от голода, и пора бы уже Маше накормить его. Делать нечего, чтобы не слышать его, она взлетела на куст и зарылась в цветок. Она удивилась тому, что внутри цветка пыльца совсем не влажная, и начала набивать ее в корзиночки, расположенные у нее на лапках, размышляя над тем, почему так. Потом вспомнила, что не раз видела, как некоторые цветки на ночь закрывают свои лепестки, а утром, открывают. Вероятно, когда идет дождь, цветы, тоже, закрывают свои лепестки, чтобы пыльца не намокла.

Тут цветок резко наклонился. Не понимая в чем дело, Маша попятилась задом, и выползла из цветка, узнать, в чем тут, дело. Оказывается этот несносный обжора - трутень Димка, в нетерпении уселся на тот же цветок. Наскоро набрав нектар в хоботок, она впрыснула его Димке в рот. Но Димке этого было мало, он летал за Машей, и кричал: - Еще! Еще! Давай быстрей! Чего ты там возишься?

Пес лежал в траве, и дремал. Накормив ненасытного Димку, Маша поела сама, и набрала нектара в зобик. Они уже присели на спину собаки, когда, рядом с ними, появились белые бабочки. Они порхали над цветками, нежно касаясь губами цветка, Затем, сложив свои крылышки вместе, замирали над ним. Их крылышки отливали нежным перламутром. Сейчас они казались Маше, такими большими, и в тоже время нежными и хрупкими. Маша вспомнила, как они с Димкой, ловили таких же бабочек за крылышки, а потом, немного поиграв с ними, отпускали. На руках, появлялся белый налет, а на крылышках бабочек, оставались следы от их пальцев.

Неожиданно мимо них что-то стремительно пронеслось, и зависло над порхающими бабочками.

- Ух, ты! Смотри, это же, стрекоза. Какая она огромная!- понизив голос, прогудел Димка.

Маша разглядывала прозрачные, невесомые крылья стрекозы, и вдруг поймала на себе, хищный взгляд ее больших круглых глаз. Маша поежилась, она, поплотнее прижалась к спине собаки, Димка тоже притих. Дети увидели, как стрекоза стремительно кинулась на бабочку, сжала ее в своих объятиях, и улетела.

- Стрекоза съест бабочку, да? – грустно спросила Маша.

- Такова жизнь!- мрачно прогудел Димка.

Лоботряс не спеша, трусил в деревню, его лапы расползались на скользкой дороге, но он держался молодцом. Появились большие, рыжие комары. Они назойливо пищали, и пытались впиться собаке в нос, тот, недовольно фыркал, и лапой, счищал их со своего носа. Маша с Димкой, знали какие комары приставучие, и как больно кусают, своим хоботком иголкой. Они, пробравшись сквозь щели форточки, в дом, не дают уснуть, противно пища над ухом. Но иногда, Маше нравилось смотреть, на то, как комар, впившись в тело, на глазах раздувается от выпитой крови. Как, напившись, отрывается от кожи, и с трудом, взлетает.

Два кровососа впились в ухо собаки, и с наслаждением сосали его кровь. Сначала комары, размерами были немного меньше пчелок, но вот, их животы раздулись от крови, и они стали огромными. Маша с Димкой с отвращением наблюдали за их пиршеством, наконец, Димка не выдержал. Крепко цепляясь лапками, за собачью шерсть, он грозно зажужжал, и двинулся к ним. Комары нехотя взлетели, и тут же опустились в траву.

Дика, радостный оттого, что он спугнул этих огромных кровососов с уха пса, гордо сказал Маше; - Видела, как я их напугал? Комар-Комаревич испугался меня.

- И вовсе это не Комар-комаревич, а Комариха Комаревна – рассмеялась Маша.

- Почему это Комаревна? – задорно спросил Димка.

Маша объяснила ему, что кусают только особи женского пола, а мужчины-комары ведут себя смирно, и никого не кусают.

- Чем же они тогда питаются? Или их также как и трутней кормят кормилицы комарихи? – полюбопытствовал Димка.

- И не мечтай! Это только пчелы кормят своих бездельников трутней, а комар мужчина, питается сам, добывая себе, также как и пчелы, нектар, да пыльцу. И живет этот мужчина очень недолго, всего три дня. Что комаром стать захотел? – весело зажужжала Маша.

- На фига, мне это нужно? Еще прихлопнет кто-нибудь невзначай, или птица на лету слопает. Или лягушка пучеглазая схватит. Мы же с тобой видели, как лягушки охотятся на комаров. Помнишь как мы, кормили лягушку комарами? Прихлопнем комара рукой, на травинку положим, и водим этой травинкой, у лягушки перед глазами. Она из своего огромного рта, вытягивает острый и длинный язык, моментально хватает комара, и засовывает его в пасть – вспомнил Димка.

Маша засмеялась. Она вспомнила, как однажды, вечером, дожидаясь парного молочка, они с Димкой сидели вместе на лавочке, стоящей возле калитки, и вдруг увидели, притаившегося в траве маленького лягушонка. Они с интересом наблюдали, как он, сидя неподвижно на одном месте, ловко ловил комаров, да мошек, и решили внести свою лепту в его кормление. Лягушонок ловил сам, но и не отказывался полакомиться и их подачками. Они кормили его комарами до тех пор, пока бабушка не позвала их пить молоко. Им было очень интересно наблюдать, как из его большого рта, как сжатая пружина, вылетает язык, и мгновенно втягивается с добычей в рот.

- Да, Маша, хорошо, что мы родились людьми, а не какой-нибудь букашкой. Человек самый умный и сильный на Земле, да? – задумчиво прогудел Димка.

Лоботряс на ходу, прислушивался к их разговору, и, выждав паузу, радостным лаем, похвастался: - Собакой тоже хорошо быть, она тоже умная и сильная. И вообще, собака, лучший друг человека!

Они без приключений добрались до дома, и вскоре уже влетели в улей. Маша сдала пчелам-приемщицам нектар, и они побежали разыскивать принцессу Розу.

Димка, включив свое обоняние, быстро отыскал среди нескольких тысяч пчел принцессу Розу. Она обрадовалась, когда их увидела, но и отругала детей, когда услышала их рассказ, про то, как они чуть не попали под ужасный ливень.

- Почему вы меня не послушали? Ведь я предупреждала вас, что будет сильная гроза. Пчелы никогда не ошибаются в прогнозе погоды. Все хорошо, что хорошо кончается. Завтра будет хорошая погода, а сейчас отдыхайте. Завтра я вылетаю из гнезда, на брачный вылет, меня не ищите – приказала им принцесса Роза.

Ночью, в улье, Маша долго, шепталась с Димкой. Она уговаривала его, полететь с ней, на сопки, чтобы сверху, хоть немного, посмотреть на тайгу.

Утром, проснувшись, Маша не увидела рядом с собой Димку. Она сразу же поняла, что он как обычно, побежал к кормилицам, за медом. Она нетерпеливо его поджидала, и не догадалась тоже поесть. Ей было стыдно попрошайничать, она надеялась, что по пути напьется нектара с цветов. Наконец появился довольный и сытый Димка, и они вылетели из улья. Дети покружили над бабушкой и дедушкой, которые, работали в огороде. Лоботряс, увидев пчел, насторожился. Они громко зажужжали, приглашая его с собой на прогулку. Пес гавкнул им в ответ, что согласен, и стремглав побежал за ними. Теперь уже и дедушка не сомневался в том, что пес каким-то чудесным образом, подружился с пчелами. Он стоял, разинув от удивления рот, и наблюдал, как на небольшой высоте летят пчелы, а Лоботряс бежит за ними вслед.

Бабушка, проводив пчел и пса, весело блестя глазами, в которых искрился смех, сказала, ошарашенному деду: - Теперь-то ты мне веришь?

Сейчас они стремительно летели, вдоль таежной дороги, которую проторили, вездеходы лесников, и трактора сельчан. Пес Лоботряс, с трудом поспевал за ними, ведь пчелы развивают скорость полета, до пятидесяти километров в час. Собаки тоже могут развивать такую скорость, но только быстро устают. Димка смеялся над отстающим от них Лоботрясом. Сам он был, полон жизни и энергии, а Маша начала отставать, и уже вяло шевелили крылышками. Она не понимала, почему так устала, но инстинкт пчелы, подсказывал ей, что необходимо поесть. Ведь она ничего не ела, после того, как чуть не утонула в меде.

Пчела в полете, теряет очень много энергии, поэтому, если она летает за взятком далеко, то часть собранного нектара, пчела потребляет на восполнение энергии. Пчелы к тому же избегают лететь над лесными массивами, так как на такой высоте, всегда есть опасность воздушных течений, и внезапных порывов ветра. Если дует сильный ветер, то пчелы летают на небольшой высоте, от полуметра, до метра.

Димка стремительно мчался вперед, не замечая, что Маши рядом уже, нет, а она слабо крикнув: - Дима, подожди! – в изнеможении села на листик ближайшего дерева. Она вяло огляделась вокруг, и удивилась, тому, что все листочки дерева тряслись мелкой дрожью. Маше приходилось прилагать большие усилия, чтобы удержаться на трясущемся листе. Она посмотрела на рядом стоящее дерево, листья дерева немного колыхались от ветра, но не трепетали. Собрав последние силы, она перебралась на другое дерево, и по белому стволу, поняла, что это дерево, береза.

- А дрожащее дерево, как оно называется? – подумала она, и вдруг вспомнила, что иногда, бабушка ругая ее за проказы, говорила: - Что дрожишь, как осиновый лист? Умела, нашкодить, умей и ответ держать!

- Значит, дерево, на котором дрожат листочки, это и есть осина! А где же, этот жирный трутень? - обеспокоено подумала она о Димке. Она взглянула вниз, и увидела уставшего, но упорно бегущего за ними, верного пса, тогда она сверху, крикнула ему: - Лоботряс, миленький, постой!

Он услышал ее слабый голосок, и, взглянув на дерево, радостно загавкал, приглашая ее спуститься к нему. Его звонкий лай, поднял с дерева, на котором она сидела стайку птиц. Маша замерла от страха, птицы показались ей огромными и сильными, она мгновенно слетела с дерева, и спикировала прямо на спину собаки. Она часто видела, воле дома, как быстрые, и нахальные, воробьи, ловили мух и комаров. А ведь она сейчас для них, не человек, а маленькая пчелка, которая размерами, чуть больше мухи. На спине у верного друга, Маша чувствовала себя защищенной от всех напастей, и запоздало подумала: - Интересно, а те птицы, что сидели на дереве, едят пчел или нет?

Она вспомнила, как один раз, еще в начале лета, она с Димкой, просто от нечего делать, накрыли пластиковой бутылкой, пчелу сидящую на цветке. Пчела влетела в бутылку, а Димка закрутил бутылку пробкой. Вначале они, смеясь, наблюдали за тем, как пчела безуспешно искала выход, ползая внутри бутылки. В корзинках на ее ножках была видна желтая пыльца. Они встряхивали бутылку, пчела сердито жужжала, и взлетала, а им было весело. Бабушка, увидев какую забаву, придумала себе внучка, отобрала у нее бутылку, выпустила пчелу на волю, и, покачав головой, сердито сказала: - Пчела самая великая труженица в мире, ей и так приходится несладко, у нее, и без вас полно врагов.

Маша опустила вниз голову, а Димка поинтересовался: - Какие у пчел могут быть враги? Она же за себя может постоять, ужалит так, что мало не покажется!

- В дневные часы на пчел нападают птицы, ящерицы, стрекозы, шершни, а в вечерние часы - жабы, мухоловки. И даже ночью на улей может напасть мышь полевка и уховертка.

Самый же главный враг, который нападает на них и днем и ночью – это бурозубка – объяснила бабушка.

- А кто такая бурозубка? – подняв на бабушку глаза, спросила Маша.

- Бурозубки, по внешнему облику напоминают мышей, отличаясь от них тем, что носовая часть у них вытянута в хоботок. Они питаются пчелами, пауками, многоножками, земноводными. Бурозубки очень прожорливы, за сутки съедают пищи в полтора-два раза больше массы своего тела. Часто, особенно зимой, они проникают в улей, и уничтожают пчел, загрязняют и разрушают соты. Понятно вам? Надеюсь на то, что вы поймете, какая непростая жизнь у пчел, и не будете больше вредить им – объяснила бабушка, и внимательно посмотрела на них с Димкой.

Маша с Димой согласно кивнули головами, и больше никогда не ловили, и не мучили пчел.

- А кто такая, уховертка? Она что, всем уши откручивает? – робко подала голос Маша.

- Уховертки, это насекомое, из отряда кожистокрылых, Окраска желто-коричневая. Тело удлиненное, заканчивающее, длинными, клещевидными придатками – это их орган защиты и нападения. Чтобы вам было более понятно, они немного похожи на медведок, но уступает ей в размерах. И оболочка у нее не жесткая, а мягкая. Маленькие уховертки, вскрывают печатку на сотах, поедают мед и пергу. Загрязняют и повреждают соты. Крупные уховертки нападают на пчел и расплод, и поедают их - терпеливо объясняла им бабушка.

Теперь же Маша вспомнила то, что ей рассказывала бабушка про врагов пчел. За себя она больше не боялась, Лоботряс не даст ее в обиду никому, а вот Димка, где он? Вдруг его склевала какая-нибудь птица, или ящерица? Маша пригорюнилась, ей мерещились всякие ужасы, которые могли бы произойти с ним. Чем может защитить себя, этот жирный, ленивый, трутень? Ведь у него даже нет жала. Ей ужасно хотелось, есть, но она боялась, что если они с Лоботрясом сейчас уйдут, Димка и вовсе, останется один на один со всеми врагами. Маша не могла улететь, улететь без Димки, и очень, волновалась за него. Со спины Лоботряса она перебралась на его нос, и поделилась с ним своими страхами.


- Что будем делать, а? – спросила она Лоботряса.

- Будем искать! Но вначале тебе необходимо поесть – пролаял он.

Немного углубившись в лес, он набрел на полянку, где желтым цветом, пышно цвел дикий донник, и клевер, спросил ее: - Пчелы пьют нектар с этих цветков?

- Не знаю, но запах чудный, я попробую. А Димку мы не упустим? – обеспокоено спросила пса Маша.

- Обижаешь Маша! Я хоть и не чистопородный пес, и назвали вы меня дурацким именем, но и у меня чуткий нос, и острый слух! Ты, давай, пей нектар, и не отвлекай меня разговорами – обиженно прогавкал пес.

- Не обижайся на кличку, Лоботряс! Ты когда был маленьким, был таким толстым и ленивым, и так смешно тряс головой, поэтому тебя так и назвали – успокоила Меша обиженного пса, и перелетела на цветок.

Она, забыв обо всем на свете, порхала с цветка на цветок, и пила, пила этот чудесный напиток. Силы возвращались к ней, она чувствовала, как с каждым глотком, энергия наполняет все ее тело.

Трутни летают быстрее пчел, поэтому Димка не сразу понял, что летит один, и Маши нет рядом.

- Машка! Здорово то как! Я хочу всегда быть трутнем! – прогудел Димка, забыв, что пчелы на зиму выгоняют трутней из улья.

Когда же Маша не ответила ему, он круто развернулся, но не увидел ее. Сначала ему показалось, что она решила поиграть с ним в прятки, а так как ему было лень ее искать, прогудел: - Выходи, я сдаюсь! Кончай прятаться!

Она не ответила, и не вылетела из-под какого-нибудь листочка или травы. Вначале Димка не очень то беспокоился, он знал, что летает гораздо быстрее нее, и, зависнув, на одном месте, как вертолет, ждал, когда Маша появится из-за поворота. Он даже приготовил едкое словечко, которое скажет ей, но время шло, а она не появлялась. Тогда он заволновался, и запаниковал. Ему стало вдруг страшно и одиноко, среди огромных деревьев, к тому же он почувствовал признаки надвигающегося голода.

-Здесь ведь, нет кормилиц, которые безропотно подавали бы, мне мед. Я ведь могу умереть от голода – вдруг с ужасом подумал Димка, и отчаянно загудел:- Маша-а-а-а-а-а!

В последнюю минуту он увидел, что на него стремительно кто-то летит, инстинкт трутня, подсказал ему, что это опасность, он резко вильнул в сторону, и спрятался в листве дерева. Стрелой промелькнуло мимо, чье-то желто-черное брюшко. Осторожно выглядывая, из-под листа, он хотел, посмотрел, кто это его чуть не слопал, и вдруг понял, что это был шершень.


Димка перевел дух, и чуть не попал на обед, огромному, зеленому богомолу, который, маскировался под ветку. У богомола были огромные задние лапы со шпорами, маленькая, треугольная головка с огромными жестокими глазами. Передние лапы, были немного поменьше, и прижаты к груди. Создается впечатление, будто он молится, поэтому, его и называют богомолом. Димка со страхом подумал, что еще мгновение, и эти лапы схватили бы его. В первый раз он подумал, что быть пчелой, а уж тем более трутнем, не так уж и приятно, того и глядишь, слопают, тебя за милую душу. И вдруг ему в голову пришла жуткая мысль, что с Машей могло что-нибудь случиться. Глаза его повлажнели, он ругал себя, что, радуясь полету, летел, ничего не замечая. Тогда он полетел в метре от земли, надеясь увидеть Машу. Он вовремя вспомнил, что у трутня хорошо развито обоняние, и летел, пытаясь обнаружить ее запах. Димка давно уже слышал, за спиной, какой-то очень знакомый грохот. Он не испугался его, но когда грохот стал невыносим для его ушей, обернулся назад, и увидел надвигающийся на него вездеход. Димка резко поднялся вверх, и успел увидеть через окошко сидящих в вездеходе лесников, а среди них Машиного дедушку. Воздушным потоком, его закрутило, и Димка шлепнулся на землю, сзади пронесшегося мимо вездехода. Он с горечью, подумал, что опять чудом избежал смерти, ведь его просто могло размазать по стеклу мчащегося на него вездехода, не взвейся он круто вверх. Потирая ушибленные лапки, он с тоской думал о том, что быть маленьким трутнем, вовсе не так уж и здорово. Нет, он не хочет, быть съеденным или раздавленным, глупо умереть, насытив чей-то желудок. А вдруг он никогда уже не станет человеком? Это мысль привела его в отчаяние, и он закричал: - По велению принцессы, по-моему, желанию, хочу стать человеком!

Но ничего не произошло, Димка, как был, так и остался трутнем. Он хотел, было заплакать, но глаза оставались сухими. Он не мог понять, почему его желание не исполняется. Затем с горечью вспомнил, что принцесса Роза говорила им, что они должны станцевать «танец пчел», и только затем, произнести заветные слова. Но ведь если он станет человеком, то никогда не найдет Машу. Ведь только обоняние трутня, поможет ему, ее отыскать. Что он скажет Машиным дедушке и бабушке, если с ней что-нибудь случится? Он вздохнул, и, пересилив себя и свои страхи, поднялся с земли, и полетел вперед. Запах выхлопных газов от прошедшего вездехода, мешал его обонянию, и раздражал его, но он упрямо двигался вперед. Теперь он уже не несся вперед, сломя голову, а внимательно глядел по сторонам, и принюхивался к запахам. Голод начал донимать его. Вокруг в изобилии росли полевые цветы, в которых полно сладкого нектара, но он знал, что сам, трутень, не в состоянии, добыть хоть каплю нектара из цветка. Димка думал о том, что природа несправедлива по отношению к трутню. Ведь если сейчас, (желательно, поскорей), не найдет Машу, которая сможет накормить его, он просто обессилеет от голода, и умрет.

- А может, мне лучше поскорей вернуться в улей? Там пчелы-кормилицы, покормят меня, и я не умру. Машка уже, наверное, давно уже в улье сидит, а я как дурак, переживаю за нее – беспокоясь за собственное здоровье, смалодушничал Димка.

Но потом он вспомнил, сколько раз за сегодняшний день его жизнь подвергалась опасности, Маша наверняка тоже пришлось несладко, и ему стало стыдно, за то, что он из-за глотка меда, готов бросить свою подружку в беде.

- Нет, я обязательно должен найти Машу! – жестко приказал сам себе Димка, и полетел, зорко посматривая вокруг, и принюхиваясь, как собака.

Он летел в метре от земли, и вдруг его обоняние учуяло какой-то очень знакомый запах, он мучительно вспоминал, что же может так пахнуть, и вдруг вспомнил, что это запах собаки. Он радостно загудел, прибавил скорость, и за поворотом, увидел пса Лоботряса. Никогда в жизни он не испытывал такой радости от встречи с псом. Пес, увидев его, весело залаял. Димка приземлился на его спину, и услышал веселый голос Маши, которая сидела на носу у пса. Димка перебрался также на нос собаки, и начал рассказывать Маше и псу, о своих приключениях, затем жалобно попросил ее, чтобы она накормила его, иначе он умрет от голода. Маша засмеялась, Лоботряс свернул с дороги, и они вновь оказались на полянке, полной цветущих растений. Маша набрала полный хоботок нектара, и впрыснула его Димке в рот. Пить нектар ему очень понравилось, он летал следом за Машей и кричал: - Еще! Еще хочу!

Они увлеклись, и забыли об осторожности, вовремя не заметив, сеть из паутины, которую расставил, на их пути, огромный паук. Маша первой попала в паутинные сети, следом, туда же влетел Димка. Сети караулил огромный паук, который, обрадовавшись добыче, двинулся им навстречу. Маша и Димка, увидев, приближающегося к ним хозяина сети, который был в два раза больше них, закричали от страха, и попытались выбраться из нее, но их лапки, еще больше запутывались в ней. Лоботряс сразу же поспешил на их крик, и мгновенно оценил ситуацию. Лапой, он сорвал нитку прикрепленной к кусту паутины. Сеть поникла, а паук отпрянул назад и спрятался в кустах. Лоботряс одной лапой наступил на конец сети, другой лапой, вытянув когти, осторожно вытащил из нее пленников. Очутившись на свободе, Маша с Димкой начали счищать с себя клейкие нити, помогая в этом, друг другу, а за ними с живым интересом наблюдала спрятавшаяся в кустах жаба. У жаб и лягушек так уж устроены органы зрения, что видят они только движущиеся предметы. Тогда они молниеносно, высовывают свой длинный язык, и на лету хватают свои жертвы. А Маша с Димкой ползали друг по другу, счищая паутинки, и должны были стать обедом, для жабы. Но их верный друг Лоботряс был начеку, он вовремя заметил опасность, Грозно залаяв, он, лапой откинул жабу, подальше от детей. Та не ожидала нападения, но, поняв, что здесь не поживиться, проворно запрыгала прочь.

- Спасибо, Лоботряс, в который раз ты мне сегодня спасаешь жизнь. Что бы я без тебя делала, хороший мой песик? Хочешь, я больше, не буду звать тебя Лоботрясом. А назову тебя Дружок, или Верный. Какое имя тебе больше нравится? - признательно спросила, его Маша.

- Давай лучше мы назовем его Смелым! Он действительно такой! – важно предложил Димка.

Похвала детей пришлась псу по душе, он от удовольствия и скромности, прикрыл свои карие глаза, затем прогавкал, что ему больше нравится кличка Дружок.

- Правильно, собака всегда была и будет, верным другом человека. Кличка Дружок тебе очень подходит. Погуляем еще немного? - сказал Димка.

Но пес сердито прогавкал, что больше он им лететь не позволит, и приказал Маше и Димке зарыться в его шерсть, а он, их сам донесет до улья.

Приключений на сегодняшний день у детей было предостаточно, поэтому, без лишних уговоров, они взлетели на спину Дружка, и, зарывшись в его, густой шерсти, задремали, а он не спеша, потрусил вперед.

До дома они добрались без приключений, Дружок, опасаясь близко подходить к ульям, прогавкал детям, что они пришли.

- Спасибо, тебе, Дружок! – крикнули ему, Димка и Маша, и взлетели.

Они опустились на прилетную доску, стража, ощупала их своими усиками. Димку стража пропустила в леток, а Машу нет.

- Почему? – жалобно прожужжала Маша.

- Рабочая пчела должна кормить семью. Лети за взятком – назидательно ответила Маше стража.

Маша пыталась объяснить им, что она находится в свите принцессы, но стража возмущенно зажужжала, что Маша, боясь, что ее ужалят, отпрянула от летка. Димка, увидев, что ее пускают в улей, вылетел из уютного улья, где он как раз хотел отыскать пчелу-кормилицу, чтобы подкрепиться.

- Нас только, что обыскали, словно мы с тобой, террористы! Ну и порядки здесь у них, прямо как у нас на таможне - засмеялся Димка.

Он как-то ездил с мамой туристом в Китай, и очень этим гордился.

- А чего это тебя не пустили в улей? Хотя я кажется, понял. От тебя не совсем не пахнет принцессой, а пахнет, псиной, от шерсти Дружка.

- А от тебя, псиной, не пахнет что ли? Ты ведь, так же как и я, добирался до улья на Дружке – запальчиво возразила ему, Маша.

- Не сердись ты, сама же знаешь, что у трутня очень развито обоняние, у тебя запах принцессы, перебивает запах псины. Стража, у которой обоняние намного хуже, чем у меня, не почуяла запах принцессы, поэтому тебя и не пустили в улей без взятка. Придется лететь за взятком, давай позовем с нами Дружка, он нас будет охранять. Хорошо? – предложил Димка.

Маше поневоле пришлось согласиться, и они полетели к дому. День клонился к вечеру, бабушки с дедушкой во дворе не было видно, вероятно они пили чай на кухне. Маше вдруг остро захотелось подойти к ним, обнять их, и выпить немного молока. Дружок стоял возле своей миски, и доедал свой ужин. Увидев Машу с Димкой у себя над головой, он вопросительно поднял вверх голову. Дети спустились ему на нос, и Маша рассказала псу, что без взятка ее не пускают в улей. Бабушка посмотрела в окно, и, толкнув ногой под столом деда, недоуменно сказала: - Смотри, дед! Опять прилетели те же пчелки к собаке. Видишь, вон трутень и пчелка сидят на его носу.

Дед выглянул в окошко, и застыл в изумлении, затем озадаченно проговорил: - Знаешь, Ульяна, по-моему, пчелы что-то, псу говорят, а он их внимательно слушает, вон даже уши торчком у него, стоят.

Дед с бабой, забыв про ужин, наблюдали, за этой странной дружбой, а между тем, Дружок вместе с пчелами на носу, весело махая хвостом, побежал со двора. Бабушка вышла во двор, чтобы посмотреть, куда это помчался пес, и увидела, что тот направился по дороге, ведущей в поле. Бабушка немного постояла, хотела, было пойти за ним, но услышала, что в деревню возвращается стадо, и пошла, встречать свою корову.

Дружок внимательно наблюдал, за Машей, летающей с цветка на цветок, в поисках нектара. Димка не хотел рисковать собою, и не слезал с носа собаки, но, как все настоящие мужчины, активно руководил процессом, раздавая направо и налево ценные указания: - Смотри, Маша, вон там какой красивый и большой цветов, а вон там еще лучше! Да не туда летишь, возьми левей!

Маша не выдержала, сердито зажужжала: - Заткнись, пожалуйста, трутень несчастный! Ты мне надоел!

Димка обиделся, и демонстративно отвернулся от нее. Но долго обижаться на кого бы то ни было, было не в его характере. Поэтому, подувшись на нее минуту, он уже снова руководил ее полетом. Маша старалась не обращать на него внимания, хоть он и сильно ей досаждал. Вскоре она набрала достаточно нектара, для того, чтобы ее впустили в улей. Через полчаса они с Димкой вновь опустились на прилетную доску. Теперь стража беспрепятственно пропустила их внутрь. Пока Маша сдавала нектар приемщицам, Димка остановил первую, попавшую ему на пути кормилицу, потребовал накормить его медом, не забывая расспрашивать Машу: - А, чем, мы сейчас займемся? Будем искать принцессу?

Маша, сдав нектар, сказала ему:- Димка, включай свое обоняние, и ищи принцессу Розу. Мы должны узнать, кто, завтра улетит с роем, принцесса или королева. Если пчелы решили, что с роем, полетит наша принцесса, то мы сегодня, же у нее, должны узнать, какой именно из танцев пчел, должны будем станцевать, чтобы снова стать детьми.

- Ну, вот люди, танцуют, например, вальс, фокстрот, джаз. Существует, еще много других танцев. А, что, у пчел, что тоже много всяких танцев? Напьются меда, и танцуют от души, да? – поинтересовался Димка, проворно пробегая по спинкам пчел занятых работой.

Маша, следуя за Димкой, вспоминала о том, что ей говорила бабушка о «танце пчел». Услышав от него предположение, что, пчелы напившись меда, начинают веселье, рассердилась, на него, и прожужжала: - Где ты здесь видишь пьяных пчел? Это только люди, могут пить всякую дрянь. Человек поет и пляшет для души, а у пчел это и не танец вовсе, а сигнальные движения тела. Вот прилетает пчела-разведчица из разведки, и своими движениями, она объясняет другим пчелам, где есть, много цветущих растений, какой взяток можно взять там, и на каком расстоянии от улья находится это место. Своим танцем пчелы информируют других пчел обо всем, что обнаружили вне улья. Это как бы, их разговор между собой.

- Понятно. Слушай, Маша! На рамках принцессы Розы нет, это я тебе точно говорю, тем более что мы уже все рамки, проползли. Где же она может быть? – обеспокоено произнес Димка.

- Наверное, она находится, среди роевых пчел. Мы же там не смотрели? Давай ее, среди них поищем? – немного подумав, предложила Маша.

- Если она находится среди роевых пчел, значит, она завтра улетит от семьи с роем – догадался Димка.

Маша кивнула головой, и они поползли по спинкам пчел, в угол улья, где гроздьями, цепляясь, друг за дружку, висели вялые пчелы. Димка понюхал воздух возле них, и уверенно сказал, что принцессы Розы на этой стенке улья, нет. Они поползли в противоположную сторону улья, где так же вяло, во множестве, висели гроздьями пчелы.

Димка возбужденно шепнул Маше, что здесь, он чувствует запах принцессы. Расталкивая сонных пчел, Димка пробивался в середину клубка, Маша ползла следом, пытаясь не отстать. Димка первым увидел принцессу Розу, и радостно загудел, но у принцессы Розы появилась уже новая свита, которая, не подпустила их к ней. Теперь не было принцессы. После своего брачного полета, она стала их королевой-маткой. Сейчас она была на особом положении, ее охраняли, и никого к ней не подпускали. Маша и Димка крикнули Розе, что они пришли, и хотят с ней поговорить, на что королева вяло, ответила, что сегодня у нее был очень тяжелый день, ей необходимо восполнить силы перед завтрашним вылетом роя, и попросила детей не беспокоить ее до утра. Димке и Маше ничего не оставалось делать, как только примкнуть к вялым пчелам роя, и задремать. Утро в улье началось как обычно. Летные пчелы покинули улей, в поисках нектара, няньки кормили личинок пчел, строители строили соты. Пчелы приёмщицы принимали нектар и пыльцу. И только роевые пчелы бездеятельно висели по углам. На них никто не обращал никого внимания, не заставлял работать. Маша и Димкой, проснувшись, снова пытались пробиться к королеве Розе, но свита королевы опять не подпустила их к ней. Они пришли в отчаяние, оттого, что не смогли узнать у нее, про «танец пчел». Димка печально и тревожно зажужжал Маше в ее слуховой орган: - Я больше не хочу быть пчелой, я хочу стать человеком!

Маше была солидарна с Димкой, ей тоже очень хотелось стать девочкой, но она верила, что королева Роза, сама найдет способ подсказать им про танец, поэтому она шепнула Димке, что им необходимо выждать некоторое время.

Димка не хотел ждать, он возмущенно зажужжал: - Сколько можно ждать?

Маше надоело слышать его недовольное жужжание, поэтому тихо она посоветовала ему, идти, поесть медку. Тут только понял Димка, чем объясняется его плохое настроение, ведь он ужасно голоден. Он отправился на поиски пчел кормилиц, и вскоре вернулся вполне довольный жизнью, и больше, не зудел у Маши над ухом. А роевые пчелы начали потихоньку оживать. То одна, то вторая отрывалась от живого клубка из пчел, жадно припадала к наполненной медом ячейке сота, и вылетала из улья. Маша знала, что когда начинается роение, пчелы набирают полные зобики, и хоботки меда с собой в дорогу. Часть меда тратится на перелет, а часть меда откладывается в заново отстроенные соты на новом месте жительства пчел, поэтому поняла, что начинается роение, предупредила Димку, чтобы тот не расслаблялся. Они внимательно следили за пчелами, боясь пропустить королеву. Маша не знала, что королева почти всегда покидает улей последней, поэтому боялась ее упустить. Пчелы одна за другой, вылетали из улья, не забыв наполнять зобики, медом. Тяжелые трутни, с веселым жужжанием покидали улей. Уже осталась небольшая часть пчел, и дети, наконец, увидели среди них, теперь уже не принцессу, а королеву Розу. Она улетала со своими поданными, и преданными ей пчелами, чтобы на новом месте, создать свою семью. Королева, опередив свою свиту, проворно подбежала к ним, чтобы попрощаться.

Димка и Маша обрадовались ей, поглаживали ее своими лапками. Королева торопилась, она предложила детям полететь с ними, погостить в ее новом доме, но Димка и Маша одновременно покачали головами и в голос спросили ее, какой танец им нужно станцевать, чтобы снова стать детьми.

- Вылетайте следом за мной из улья, и вы поймете, что вам нужно будет сделать – торопливо сказала королева, и побежала к летку, свита последовала за ней. Маша с Димкой переглянулись между собой, и тоже вылетели из летка. Вначале Димка и Маша с восторгом наблюдали за неистовым, стремительным полетом пчел, высоко над ульем. Несколько тысяч пчел, хаотично и стремительно летали из стороны в сторону, вверх, вниз, кругами. От этого в воздухе стоял сильный гул. Пчел было так много, что рябило в глазах. Маша поняла значение этого стремительного танца, крикнула Димке, что этот танец пчел, обозначает прощание с родным домом, и рождение новой семьи. Димка и Маша, не сговариваясь, примкнули к этой яростной пляске. Маша стремительно носилась вместе с другими пчелами, и с высоты полета успела заметить, что ее дедушка и бабушка, уже заметили, что рой вылетел из улья, и теперь внимательно наблюдают за ним, ожидая, когда закончится эта безумная пляска, и пчелы привьются, как гроздь винограда на ветку. Она видела, что дедушка уже приготовил роесниматель, да и роевня, уже стоит наготове. Дружок стоял рядом с дедушкой, и внимательно наблюдал за пчелами, но подходить ближе не решался, по личному опыту зная, что пчел лучше не сердить. В стремительном танце Машу догнала королева Роза, и на лету, крикнула ей: - Прощай, Маша! Мы больше не увидимся с тобой!

Маша хотела ей сказать, что они смогут видеться, что ее дедушка, не позволит этому рою далеко улететь, что он снимет этот рой, но королева уже улетела.

Танец постепенно затихал, пчелы одна за другой садились на ветку боярышника, росшего неподалеку от ульев. Вскоре все пчелы, сплетясь в один большой, рыхлый клубок висели на дереве. Маша зависла в воздухе, и оглянулась, ища взглядом Димку, и не увидела его. Она поняла, что Димка, повинуясь инстинкту пчел, влез в общий клубок, и сидит сейчас, в этом живом клубке. Она подлетела к клубку, села на него, и тревожно закричала: - Димка, ты, что хочешь остаться навсегда трутнем? Выходи, быстрей, из клубка, вон дедушка идет, сейчас пчел стряхивать в роевню будет!

Клубок недовольно зашевелился, и из него выбрался Димка. Они быстро отлетели в сторону, усевшись на другую ветку, и как раз вовремя. Дедушка, подошел к дереву, с роеснимателем.


- Машка! Давай превращаться снова в детей? – предложил Димка, и только хотел, было сказать волшебные слова, как Маша его остановила.

- Не спеши! Представляю себе, как ты сейчас свалишься голый на дедушку. Во-первых, обдерешься о колючки, во-вторых, напугаешь его, и вполне вероятно, что он, из-за тебя упустит рой. Вначале нам необходимо попасть в дом – остановила его Маша.

- Зачем нам лететь в дом? Спустимся на землю, и все – пренебрежительно махнул лапкой трутень Димка, намереваясь слететь вниз.

- Ты что, не соображаешь, что ли? Когда мы стали пчелами, то вылетели из своей одежды, а бабушка унесла ее в дом. Если мы появимся голыми перед бабушкой и дедушкой, им это ой как, не понравится, и нам же за это влетит, по первое число. Давай, превратимся в детей, немного позже. А пока, посмотрим сверху, на то, как дедушка будет снимать рой, это очень интересно! – сказала Маша.

Рой привился на ветке, на высоте двух метров. Ветка была не слишком толстой, и дедушка, стоя возле него, прикидывал, как лучше ему снять этот рой. Затем, он поднял роесниматель, поднес его к клубку пчел, и резким движением, стукнул им, по ветке. Рой, как спелая груша, свалился в него. Раздался возмущенный гул, потревоженных пчел, но тут же захлопнулась крышка роеснимателя. Пчелы, успевшие взлететь, и не попавшие в западню, закружили над дедушкой.

- А они его не ужалят? – поежился Димка, видя, что дедушка одет в рубашку с коротким рукавом.

- Нет, дедушка знает, что роевые пчелы не жалят, потому, что им, для того, чтобы пустить в ход жало, нужно изогнуться. А роевые пчелы, изогнуть брюшко не могут, потому, что взяли с собой в дорогу много корма. А к тому же, он еще и мелиссой натерся – объяснила Катя. Димке.

Дедушка между тем, ссыпал пчел в роевню, и отнес ее в баню, где было темно и прохладно.

- А что будет с роевыми пчелами, которые не попали в роесниматель? – поинтересовался Димка.

- Они вернутся опять в свой улей, и забудут, что хотели улететь – важно объяснила Маша.

- А с рой, который дедушка поймал, посадит в новый улей? – догадался Димка.

- Дедушка подождет минут тридцать, даст пчелам успокоиться, и сыпет их в приготовленный для них заранее, новый улей. Получится новая семья на пасеке. У дедушки было восемь семей пчел, теперь с этим роем, будет девять семей. Этот рой-первак, он очень сильный, потому, что в нем много пчел, и молодая матка-королева. Пчелы успеют до зимы набрать много меда, и для нас, и для себя на зиму – терпеливо объяснила Маша Димке.

- А мы еще увидим королеву Розу? – поинтересовался он.

- Нет, королева-матка, больше никогда не покинет улей, и мы никогда не увидим ее. Хотя нет, мы сможем ее увидеть, когда дедушка будет качать из этого улья мед. Но поговорить не сможем – грустно сказала Маша.

- Я боюсь подходить близко к пчелам, когда дедушка открывает улей. Они такие грозные и сердитые бывают – поежился Димка.

- А ты? Разве ты не становишься грозным, когда у тебя отнимают игрушку? Ты бы разве не рассердился, если бы кто-то нахально, влез в твой дом, и забрал из него самое ценное, что у тебя есть? Рассердился бы еще как! Вот и пчелы сердятся. Пчеловод лезет в их дом, нарушает строгий, температурный режим в улье, отбирает у них мед и пергу. А то есть еще некоторые пчеловоды, такие хитрые устройства ставят, на прилетную доску, которые отбирают у пчел пыльцу, едва та уставшая отпускается на нее. Тут поневоле свирепой станешь! Ведь они защищают свой дом! – запальчиво прожужжала Маша.

Маша огляделась, в поисках дедушки и бабушки, и увидела, что она возится в огороде, возле грядок. Дедушка надевал шляпу пасечника, значит, он займется работой с пчелами, и будет занят. Путь к дому был свободен, так, что никто не увидит их превращения.

Она повеселела, и крикнула Димке: - Летим, быстрее к дому, будем превращаться в детей!

Маша взлетела, и взяла курс на дом, стоящий неподалеку. Димка весело жужжал рядом с ней. Подлетев к дому, они увидели, что он заперт на ключ. Летняя кухня, стоящая рядом, была просто прикрыта на засов. Дружок, спрятавшись в тени будки, мирно дремал.

Они приземлились на крыльцо. Маша и Димка, стараясь говорить четко и громко, прожужжали: - По велению принцессы, по нашему желанию, хотим снова стать ЧЕЛОВЕКОМ! Мирно дрыхнувший Дружок, услышав детские голоса, не открывая глаз, приподнял ухо. Через минуту, пчелы, превратились в детей. Маша с Димкой, так обрадовались своему превращению, что, забыв обо всем на свете, радостно засмеялись, и обняли друг дружку. Пес выскочил из будки, веселым лаем, приветствовал их. Затем, в избытке чувств, лизнул одного и второго в щеку. Маша с Димкой обняли Дружка, обхватив его за шею с двух сторон, а тот радостно колотил по их спинам, своим хвостом. Такую живописную картину застала бабушка, вернувшись из огорода, с пучком сорванной, молодой, морковки.

- Вы, что, уже приехали? А где Володя, он что уехал? Интересно, а почему это вы голые? – недоуменно спрашивала детей бабушка.

- Так дом же закрыт, вот мы и не можем одеться! А дяди Володя, не приезжал, мы сами приехали. Там у вас дома, находятся мои майка и шорты, дайте мне их – нахально глядя бабушке в глаза, сказал Димка.

Маша, потупив глаза, смотрела себе под ноги, затем, набравшись храбрости, подняла голову, и сказала ей: - Бабушка, миленькая, принеси нам одежду, потом мы тебе все-все расскажем – попросила Маша.

Баба Ульяна, открыла ключом, висячий замок, и дети ринулись в комнату.

Порывшись в шифоньере, она достала одежду детей, и, подождав пока они натянут ее, приказала им: - Шагом марш на кухню, будем пить чай, и вы мне все объясните, только чтобы, без, вранья!

- Димка, не смей удирать, тоже шагом марш на кухню! – прикрикнула на него бабушка, увидев, что тот собирается, улизнуть.

Димка поплелся на кухню, бурча про себя: - Я, что? Я ничего! Другие вон, что, и то ничто, а я что? Это все Машка придумала!

На кухне вкусно пахло жареной рыбой, и борщом, Димка потянул носом, и жалобно сказал: - Как вкусно пахнет! А у меня живот сводит от голода, ведь, я три дня, ничего не ел. Сейчас я бы не отказался, от тарелки борща. Он у вас такой вкусный получается!

- Вот ведь трутень, ленивый! Да ты бидон меда за три дня, слопал! – возмущенно сказала Маша.

- То мед, а то борщ! – нисколько не смущаясь, парировал Димка.

- Мойте руки, и садитесь за стол - сказала бабушка.

Димка показал Маше язык, и первым ринулся к умывальнику. Кое-как намочив руки, и едва плеснув водой на свое лицо, потянулся за полотенцем. Затем уселся за стол, и, не дожидаясь приглашения, схватил ложку, и зачерпнул ею борщ.

Маша тоже сильно проголодалась, и вскоре тарелки у обоих, быстро опустели. Баба Уля внимательно наблюдала за детьми, и радовалась их аппетиту.

- Бабушка, я тебя так люблю! Ты, знаешь, ведь ты мне спасла жизнь! – она соскочила со своего стула, и, подбежав к бабушке, которая сидела на другом стуле, обняла ее, и поцеловала.

- Спасла тебе жизнь, накормив борщом? – уточнила бабушка.

- Нет! Когда я была пчелкой, и чуть не утонула в меде! – воскликнула Маша.

- А я был трутнем, и тоже едва не умер! Мы сейчас тебе такое расскажем, ни за что не поверишь! – похвастался Димка.

- Так! Насколько я поняла, вы с Димкой в город с папой не ездили. Где же вы были три дня, голые и босые? Ну-ка рассказывайте с самого начала – с беспокойством в голосе, попросила бабушка.

Маша с Димкой переглянулись между собой, и Маша начала свой рассказ: - Помнишь бабушка, ты распечатывала соты, и нам с Димкой дала его поесть? Мы с Димкой ели мед, весело разговаривали, и только я хотела проглотить кусочек сота, как оттуда раздался тоненький голосок: - Не ешь, меня Машенька! Я вгляделась в кусочек, и увидела, что из этого слипшегося кусочка воска, пытается выбраться маленькая пчелка. Я помогло ей, это оказалась принцесса, которую мы потом назвали Розой. Я хотела отпустить ее, но Димка вдруг сказал, чтобы я не отпускала ее, пока она не исполнит нам, три наших желания. Пчелка согласилась, и мы пожелали, чтобы она превратила нас в пчел. Три дня мы жили в улье, как настоящие пчелы. Мы очень много узнали о том, как живут пчелы, как они работают. А еще узнали о том, что пчел на каждом шагу подстерегает опасность. Мы могли бы умереть, став чьей-то добычей, Лоботряс спас нам жизнь. Кстати, бабуля, теперь мы с Димкой будем звать его Дружком.

Они еще долго рассказывали бабушке о своих приключениях, перебивая друг друга.

Бабушка внимательно слушала детей, а потом задумчиво сказала: - Слышала, я от старых пчеловодов, что один раз, в триста лет, в пчелиной семье, рождается волшебная пчелка, но думала, что это сказки. И еще говорят, что если на пасеке в улье, живет такая волшебная матка-королева, то она принесет в дом пчеловода счастье и удачу.

- Вот, здорово! Значит в нашей семье, все будет хорошо? – воскликнула Маша, и весело запела: - Все будет, хорошо, все будет, хорошо!

Все будет хорошо, я это знаю, знаю!

Хорошо, все будет хорошо!

Ой, чувствую, бабуля, загуляю, ляю, ляю, ляю, ой загуляю!

Димка вежливо кашлянул, и поинтересовался: - А мне, волшебная пчелка, тоже принесет удачу?

- Думаю, что волшебная пчелка, принесет и в твой дом, счастье, и удачу – пообещала Димке бабушка, и отпустила детей погулять.

Маша с Димкой выскочили на улицу, распевая во все горло: - Все будет, хорошо!

Дружок подскочил к ним, и радостно залаял, а Маша вдруг с грустью подумала о том, что больше не понимает собачьего языка.

Рейтинг: нет
(голосов: 0)
Опубликовано 19.08.2013 в 17:10
Прочитано 656 раз(а)

Нам вас не хватает :(

Зарегистрируйтесь и вы сможете общаться и оставлять комментарии на сайте!