Зарегистрируйтесь и войдите на сайт:
Литературный клуб «Я - Писатель» - это сайт, созданный как для начинающих писателей и поэтов, так и для опытных любителей, готовых поделиться своим творчеством со всем миром. Публикуйте произведения, участвуйте в обсуждении работ, делитесь опытом, читайте интересные произведения!

Последний репортаж

Повесть в жанрах: Триллер, ужасы, Фантастика
Добавить в избранное

Когда наступает момент истины, привычный мир вдруг меняется, оставляя позади себя вереницу из осколков повседневности. Она заменяется новой до остроты неизвестной реальностью, а вместе с тем и новыми правилами, жёсткими и необъяснимыми. Чего стоим мы под напором пугающих перемен этой жизни, сумеем ли мы к ним приспособиться или пойдём на корм добычей более сильных? А если сумеем, что останется от нас прежних, погрязших в радости неведения? Проще говоря, сможем ли мы когда-нибудь снова называть себя людьми? Когда я спрашиваю себя, то понимаю, что ответ кроется очень далеко - в глубине подсознания. Никто не знает, кто кем, в конце концов, окажется, и только время - единственный независимый и объективный критик, сможет нас рассудить. Только ему я вверяю право выбора: кто должен жить, а кто умереть, и только его проклинаю за все.


Мелодия звонка потревожила его, когда он уже был готов забыть о бессонной ночи, проведённой в пьяном бреду и отправиться наконец в мир грёз, завалившись в ботинках на кровать и укрывшись, не раздеваясь, одеялом. Палец застыл над кнопкой сброса, когда взгляд вдруг сфокусировался на знакомом имени на дисплее.

- Алло.

- Женя, не спишь? Отлично. Тут появилась для тебя работа...

- Я в отпуске до конца месяца, - перебил он охрипшим голосом.

- Знаю, знаю. Но это дело тебя заинтересует.

- Я же просил оставить меня в покое. Позвони в октябре.

Прежде, чем Женя успел повесить трубку, голос в ней произнёс,

- Это касается Тани.

Евгений помедлил перед ответом - от волнения у него пересохло в горле.

- Говори.

- Подъезжай сегодня к десяти на студию, там все узнаешь. Опоздаешь - поедем без тебя.

- Черт бы тебя побрал вонючий ублюдок, говори или я никуда не еду!

Но ответом ему были короткие гудки в тишине пустой квартиры.


Максим громко во всю глотку расхохотался. Присутствующие в комнате люди нестройным эхом вторили ему. Здоровяк с камерой в наплечной сумке, сидящий напротив на широком диване, чуть подавшись вперёд и сузив глаза, доверительным тоном спросил,

- Так чем все закончилось?

- В итоге я с ней переспал! - не сдержавшись, вновь загоготал Максим.

- Эх, любят девушки напыщенных кретинов, - шепнул второй оператор здоровяку, когда все отсмеялись.

- А ещё они любят страшные истории, - самодовольно добавил услышавший их Максим.

В этот момент дверь в комнату отворилась и вошёл человек лет тридцати в мятой толстовке и замызганных джинсах. Белые кроссовки на его ногах посерели от грязи, по цвету став похожими на спутанные жирные волосы, когда-то бывшие русыми.

Человек быстро оглядел весёлую компанию и, не здороваясь, прошёл в дальний угол комнаты, где сел, уткнувшись опухшим с похмелья лицом в кулак.

Операторы недоуменно переглянулись с Максимом, а потом тот, что поменьше спросил,

- Так что ты там говорил про страшные истории?

- А, это... - Максим оторвал взгляд от незваного гостя, - Хотя старина Эд ещё не встретил свой первый настоящий сюжет, это ведь не повод отрицать то вранье, что показывают по телевидению, верно?

- Так они клюют на твои байки о полтергейстах? - изумился здоровяк.

- Поверить не могу, что кто-то верит в эту чушь! - подал голос второй оператор.

- Ещё как верят, - оживился Максим. - Не думаешь же ты, что рейтинги создаются целиком за счёт моей милой мордашки?

- Рейтинги девушек - да, - отметил здоровяк.

- Если честно, тут дело в другом, - сменил пластинку Максим.

- В чём же? - нетерпеливо поинтересовался второй оператор.

- Просто у меня очень длинный...

- Всем доброе утро! Итак, господа, вы готовы к очередной сенсации?

В отворившуюся дверь буквально ворвался худосочный паренёк лет двадцати пяти в обтягивающих джинсах, узорчатой голубой рубашке, кожаной куртке и с модным розовым шарфом, повязанным вокруг шеи. Колорита добавляли огромные хипстерские очки без диоптрий и прилизанные гелем волосы. Собираясь начать свою речь, он обвёл взглядом присутствующих и только сейчас заметил сгорбленную фигуру в дальнем конце комнаты.

- Кстати, знакомьтесь. У нас новый ассистент режиссёра - Евгений.

Женя при звуке своего имени встрепенулся, поднял голову, огляделся, но ничего не произнёс.

- Евгений, знакомьтесь. Это наш оператор Кирилл, - здоровяк сдержанно улыбнулся, - Второй оператор, он же видеомонтажер, Денис, и, конечно же, наша восходящая звезда, бесценный и незаменимый ведущий - Максим.

Женя так же продолжал молча сидеть, теперь уже ни на кого не глядя. Режиссёр Эдуард, не заметив или сделав вид, что не заметил его странного поведения, продолжил,

- Две недели назад пропала девушка. И все бы ничего, но родом она из такого места, которое считается не очень хорошим. Ходят слухи, что в одном из заброшенных зданий поблизости водятся привидения...

- Знаем мы этих призраков, - недовольно пробурчал оператор Денис.

- Не волнуйся. У меня предчувствие, что в этот раз компьютерная графика нам не понадобится, а твоё участие в монтаже будет минимальным.

- Ты каждый раз так говоришь...

Но Эдуард пропустил колкость мимо ушей.

- Так куда едем, шеф? - спросил Кирилл.

- Этого я пока вам сказать не могу, дабы не испортить сюрприз. Скажу только, что в Подмосковье.

- Переться из-за какой-то дуры, хрен знает, куда? - вяло отозвался Максим.

В этот момент они разом вздрогнули от грохота. Пнув ногой опрокинутый стул, Женя молча покинул комнату.


В коридоре телецентра он, как назло, встретил Вадима.

- Привет-привет! Как раз иду вас проведать. А ты чего такой сердитый?

Вместо ответа Женя заявил,

- Я не еду с ними.

- Ты что? Ты с ума сошёл?

- Я никуда не еду, - стиснув зубы, повторил Женя.

- Если бы ты знал, с каким трудом мне удалось выбить тебе место в группе...

- Плевал я на это место!

- А как же Таня?

- Ты всерьёз думаешь, что гомик, горе-дон-Жуан и пара дебилов из постановочной передачи помогут мне её отыскать?!

Вадим ошарашенно смотрел на давнего друга, совершенно не узнавая того. Затем его глаза сузились, а в голосе зазвучала сталь,

- Вот, что я тебе скажу: я не возражал, когда ты взял отгул на месяц, чтобы уйти в запой. Я даже прикрыл твою задницу, когда перед этим ты наорал на директора канала. Но сейчас, хочешь того или нет, ты едешь со съёмочной группой.

Женя попытался вставить что-то в ответ, но Вадим жёстко перебил его,

- Посмотри на себя: во что ты превратился? Когда ты последний раз принимал душ? От тебя воняет хуже, чем от животного, подобранного с улицы!

- Тебе-то что? - огрызнулся Женя.

- Пойми, Жека: я - твой друг и не могу смотреть, как ты убиваешь себя...

Глаза Жени предательски заблестели. Опервшись рукой о стену, он прошептал,

- Когда её не стало - словно свет померк.

Вадим аккуратно коснулся ладонью его плеча, и так же тихо произнёс,

- Пойми наконец, что слезами и бухлом ты ей не поможешь...

- А чем тогда?! - Женя вновь взорвался и отпихнул от себя руку друга, - Я уже всё испробовал, всё... Понимаешь? Неужели, ты думаешь, что она до сих пор жива?!

В глазах Евгения стояли слезы. Но его взгляд упёрся в стальной взгляд друга,

- Ещё не всё. Пока ещё не всё.


Тарахтенье мотора усиливалось по мере того, как микроавтобус продвигался по просёлочной дороге. Пейзажи сменялись, и вот уже вместо городских джунглей можно было разглядеть широкие убранные поля, а затем и густой осенний лес.

- В какую глушь ты нас завёз? - спросил оператор Денис, по совместительству монтажёр, прервав свой рассказ и глянув в окно.

Водитель, безмолвный мордатый человек с усами, бросил на него недобрый взгляд.

- Не отвлекайся, рассказывай дальше, - тотчас потребовали спутники.

- Ну так вот. Было это на третий год войны. Прорывался мой дед к своим один через лес. Зима, февраль, морозы лютые, сугробы почти по пояс - лыжи он ещё раньше потерял. Вечереет. Короче говоря, идёт дед и думает - сделает ещё десять шагов и свалится от усталости прямо здесь же в снег, уснёт. Вечным сном, понимаешь...

- Это верно, - кивнул здоровяк Кирилл. - Я одно время в турпоходах пропадал, так, скажу я вам, мороз - штука коварная. Если вовремя не согреться и не отдохнуть, в сон тянет страшно. Кто уснёт, потом, естественно, не просыпается...

Режиссёр Эдуард также заинтересованно кивнул.

- Это, безусловно, очень интересно, но может вы уже перестанете перебивать и дадите ему рассказать свою байку до конца? - послышался недовольный голос ведущего Максима.

- Кому байка, а кому дед родной клялся и божился, - обиженно пробурчал Денис, но продолжил,

- В общем, собрался дед мой уже помирать и тут видит: впереди деревня. Осмотрелся - заброшенная. Выбрал дом покрепче, да и завалился там спать. Просыпается посреди ночи. Тепло - печка натоплена. Из другой комнаты голоса слышны. Он, значит, с ружьём на перевес туда медленно прокрадывается...

В этот момент машина на скорости угодила в яму, отчего весь экипаж подбросило вверх. Максим, ударившийся головой об потолок, громко выругался.

- Так что там было? - опять в нетерпении запричитали слушатели.

- А ничего, - довольно ответил Денис, радостный от того, что ему удалось создать интригу. - Баба с детьми. И соседние дома тоже оказались обжитые, хотя дед был уверен, что осмотрел их тогда тщательно. В общем, согрели его, накормили, в дорогу лыжи с запасом провианта дали и даже указали короткий путь до наших укреплений.

- И чего тут мистического? - не понимающе развёл большущими руками Кирилл.

Денис, словно ждавший этого вопроса, тут же отозвался,

- А того, что когда дед к своим добрался, и НКВДшники его допрашивать стали, выяснилось, что ту деревню немцы аж два года назад сожгли.

- Так может он с какой другой деревней спутал.

- Не было никаких других деревень рядом, кроме той сожжённой. Хотели даже отправить в концлагерь деда, а то и вовсе расстрелять, как шпиона... Хорошо, друзья старые в тех структурах нашлись, заступились... Гадай теперь, что это было: то ли померещилось деду, то ли привидение встретил. Я лично ему верю. Он мужик ответственный, не из болтунов был.

Повисло задумчивое молчание, которое прервал неожиданный голос с задних сидений,

- Брехня.

- Прости? - обернулся удивлённый Эдуард.

- У молчуна прорезался голос? - ехидно поинтересовался Максим.

Все остальные тоже обернулись. Молчавший до того всю дорогу ассистент режиссёра Евгений вдруг заговорил,

- Я сказал, что это всё брехня. Никаких призраков не существует. А если бы твой дед был поумнее, то понял бы, что бояться нужно в первую очередь людей.

- Не обращай на него внимание, - кинул здоровяк Кирилл начинающему закипать Денису.

- А я согласен с молчуном, - вдруг заявил Максим. - Призраков не существует. Нужно быть глупцом, чтобы в них верить.... Или ловким продюсером...

И он громко засмеялся, довольный своей собственной шуткой.

- Приехали, - мрачно произнёс водитель, и вся съёмочная группа прильнула к оконным стёклам.


Я отлично помню день, когда увидел её впервые и впервые услышал её смех. Словно вальсируя, она кружилась на мосту под теплым летним дождем и улыбалась, когда остальные прохожие спрятались под козырьками зданий.

- Девушка, вы же так простудитесь, - нерешительно обратился я к ней.

- Неа! - её счастливые глаза заставили и меня улыбнуться.

Она стояла напротив в промокшем насквозь платье, глядя прямо на меня широко распахнутыми голубыми озерами, а длинные светлые волосы спадали на радостно вздымающуюся грудь. Именно тогда я понял, что навсегда и безнадежно влюбился.

- Разве можно простыть в такой день? - спросило у меня прелестное создание, невинно хлопая ресницами.

Я встал, как дурак, наморщив лоб, пытаясь вспомнить, какой сегодня праздник.

- Не утруждайте себя. Всё равно не вспомните, - словно читая мои мысли, рассмеялась девушка. - Сегодня день, когда я получила диплом.

- Поздравляю, - выдавил я из себя, любуясь ямочками на её щеках.

- Да, теперь я - полноправный журналист. - А какой у вас повод мокнуть?

Я совсем забыл, куда я бежал без зонта, что опаздываю на съёмку, и последнюю минуту просто стоял и глупо улыбался, не замечая, как влага пропитывает одежду.

- Честно говоря, я залюбовался вами...

Девушка игриво хихикнула, закусила нижнюю губу, оглядела меня и задала ещё один провокационный вопрос,

- И для этого обязательно простывать?

- Разве можно простыть в такой день?

Она снова рассмеялась, и этот смех стал самым счастливым моим воспоминанием на долгие месяцы.


- У них автоматы? - озадаченно спросил Денис, когда машина подъехала к КПП.

Из будки вышли двое солдат с "калашниковыми", а третий остался стоять возле ворот.

- Военный городок впервые видишь? - осклабился Кирилл.

- Вообще-то, да.

- Эх, было время, я рос в таком же месте...

- Так, мальчики, прервали разговоры, - оживился режиссёр, - Денис, возьми камеру, попробуй снять их незаметно.

Возле кабины показалось сонное лицо сержанта. Эдуард через водителя передал ему какую-то бумажку. Солдат прочитал её внимательно, затем подозвал напарника, показал ему, и когда тот пожал плечами, отдал обратно со словами,

- Ваш пропуск недействителен.

После чего с демонстративным безразличием отошёл от машины.

- Минуточку, здесь какая-то ошибка... - Эдуард кинулся вслед за сержантом.

С минуту он пытался убедить его, но тот лишь качал головой. Тогда режиссёр достал несколько купюр из кошелька и сунул их в руки солдату. Сержант сыто облизнулся, бегло посчитал купюры и дал знак третьему солдату открывать ворота.

Все это время глазок телекамеры пристально фиксировал каждый их шаг.

- Дача взятки должностному лицу, - съехидничал Денис под ухмылку Максима, когда Эдуард вернулся.

- Ой, да заткнись ты, - бросил ему Эдуард через плечо и больше не отвлекался, т.к. они въезжали в военный городок.


Старые, построенные ещё в советское время, типовые панельные дома скалились на них своими выщербленными окнами. На улицах было на удивление пусто. Несколько полуразвалившихся детских площадок, когда-то действующий фонтан, теперь превращенный в клумбу, облезлая стелла на краю дороги, недостроенный дом офицеров, пивная, продуктовый магазин - вот и все, что встретило съёмочную группу при въезде.

- А где же люди? - озадаченно спросил Денис.

- Как где? В столице нашей великой родины - Москве, - оживился Максим. - Или ты сам не из Калуги?

- Я не это имел в виду, - пробурчал монтажёр.

Микроавтобус припарковался возле магазина, и пулей выскочивший наружу Эдуард быстро затараторил,

- Денис, берешь камеру, снимаешь панораму. Стелла, фонтан, стройка - все общие виды. Жду тебя через полчаса. Кирилл, - режиссёр повернулся к здоровяку, разминавшему затекшие плечи. - Ты тоже бери камеру, сейчас будем снимать опрос. Максим... Ты уже готовишься... Хорошо.

Максим, не тратя времени, заранее успел закрепить петельный микрофон на пиджаке.

- Евгений... - Эдуард глянул на вылезающего последним помятого Женю и, видимо, решил пока его не беспокоить, - Просто будь рядом на всякий случай и не мешай.


Первый покупатель не заставил себя долго ждать. Вышедшая из магазина полная дама средних лет, нагруженная сумками, растерялась, оказавшись в фокусе объектива.

- Добрый день! Телеканал "СТВ", программа "Необъяснимые факты". Ответите на пару вопросов на камеру? Пакеты пока можете поставить... - Максим широко и фальшиво улыбался. Женщина попыталась было увернуться, но его цепкие руки, словно змеи обвили её, аккуратно и настойчиво подталкивая, а елейный голос подсказывал направление, пока, наконец, они не остановились, и ведущий с микрофоном не встал рядом.

Вначале шло несколько обыденных вопросов: как зовут, откуда, как давно переехала. Затем, когда женщина более-менее расслабилась, уняв в голосе дрожь от волнения, в интервью вмешался Эдуард,

- Скажите, а вы замечали здесь что-нибудь странное?

- Странное? - насторожилась женщина.

- Необычное.

- Нет, - помедлив, ответила она.

- Ладно. Так вы говорите, что переехали в восемьдесят четвертом, когда городок ещё строился?

- Да.

- Детский садик тогда функционировал?

- Нет. Его построили в восемьдесят седьмом.

- Я говорю о другом (это слово Эдуард особенно выделил) детском садике.

- Не понимаю, о чем Вы... - женщина пожала толстыми плечами.

По её виду стало заметно, что она изрядно нервничает.

- Я говорю, о детском саде "Янтарь".

Женщина вмиг побледнела, затем стала проталкиваться сквозь съёмочную группу, на бегу подхватила пакеты и бросилась наутек. Максиму показалось, что она бормотала молитву.


Размышляя о том, какое свидание было самым лучшим, я пришёл к выводу, что первое.

Татьяна появилась в фойе ресторана в великолепном полупрозрачном вечернем платье в темных тонах, превратившись из озорной девчонки в самую настоящую светскую львицу. Десятки глаз в немом восхищении следили за каждым её шагом и с внимательной завистью отмечали, к чьему столику она приближается.

Я поднялся и, едва касаясь губами нежной кожи на её запястье, ощутил тонкий аромат малины, который она источала. Затем, стараясь быть галантным, отодвинул стул и предложил сесть. Так я её впоследствии и называл: "малинка", "моя малинка", вплоть до самого дня разлуки.

- В какой-то момент мне показалось, что ты решила меня коварно обмануть и не явиться вовсе... - осторожно начал я разговор, после того, как мы сделали заказ.

- Вначале я так и хотела. Но потом меня задержали на собеседовании, и пришлось банально опоздать. Так что, извиняюсь за то, что заставила тебя ждать.

Её открытая улыбка развеяла всякую напряженность, и я, не сдержавшись, улыбнулся в ответ.

- Извинения приняты. Но обещаю, что я обязательно придумаю для тебя наказание.

- Что же это будет, мой повелитель?

- Позже узнаешь, - ответил я, хотя воображение уже разыгралось.

Она томно и притворно вздохнула, затем сексуально растягивая слова, произнесла,

- Надеюсь, ты прибережешь сюрприз хотя бы до следующей встречи?

Мы дружно рассмеялись. В этот момент официант принес игристое вино. Я смотрел в бокал на искрящиеся в свете настольной лампы пузырьки, и видел отблеск точно таких же искр в нежном взгляде Татьяны, устремленном на меня сквозь мягкий полумрак ресторанного зала. Сам собой пришёл в голову тост:

- Тогда выпьем за встречу?

- За встречу.


Следующий час оказался удивительно бестолковым в плане работы. Люди либо напрочь отказывались давать интервью, либо тут же сбегали, услышав название "Янтарь". Не помогал даже талант Максима входить в доверие и убеждать

- Так ты нам всех людей распугаешь, - заключил он.

- Я?! - деланно удивился режиссёр.

- Эд, кончай интригу нагнетать. Может ты расскажешь, что в этом садике такого, что они все убегают, как ошпаренные? - спросил Денис, который давно вернулся и сейчас сидел вместе с остальными на выцветшей обшарпанной скамейке возле магазина.

Но Эдуард был не из тех, кто просто так расстается с интригами. Более того, он был убежден, что оные добавляют значимости его работе. Поэтому он ответил коротко и ясно,

- Позже.

- Окей, Шеф. Позже, так позже. Но что прикажешь делать нам? Вряд ли эти трусы скажут хоть слово о том, что тебя интересует, - снова подал голос Максим.

- Это верно, - поддержал Кирилл.

В Эдуарде кипели чувства противоречия. С одной стороны ему позарез нужно было хотя бы одно нормальное интервью с местными, с другой - их странное поведение явно указывало на то, что ему наконец удалось раскопать стоящий сюжет, а значит: самое интересное ждало его там - возле заброшенного садика. Поддавшись второму чувству, охваченный дрожью предвкушения, он вдохновенно распорядился,

- Отправляемся на место.


- Ты уверен, что мы не заблудились? - в очередной раз спросил Денис Эдуарда.

- Включи голову. Мы блуждаем уже час. Конечно, мы заблудились, - ответил за него Максим.

Эдуард бросил обеспокоенный взгляд на сгущающиеся серые тучи на небе, затем перевел его обратно на дымящуюся трубу котельной. К этой котельной они выходили уже третий раз за последние полчаса. Ещё несколько раз к пожелтевшему осеннему лесу и пустующему автопарку. Проблема была в том, что военный городок, находившийся неподалеку от крупного противоракетного объекта, входил в зону повышенной секретности, не отмеченную ни на одной из общедоступных карт. Из интернета Эдуард узнал лишь примерное направление, которое каждый раз выводило его не туда.

- Жрать охота... - флегматично заметил Кирилл.

- В машине есть кофе и бутерброды, - на автомате отозвался режиссёр и вновь посмотрел на небо.

Его беспокоил не только надвигающийся дождь (пока, слава богу, тучи оставались довольно редкими), но и малый остаток светового дня. Группа выехала с утра, а сейчас уже заканчивался обед. Если они не успеют отснять все до темноты, то придется возвращаться завтра (вряд ли в городке найдётся гостиница), чего Эдуарду очень не хотелось.

- Эд... - канючил Денис, озвучивая его мысли, - а мы до вечера управимся?

У местных дорогу спрашивать было бесполезно. У кого-то другого тоже. Вот если бы он смекнул поинтересоваться у солдат на КПП...

- Эд... - не унимался Денис.

- Отстань от Сусанина. Не видишь - он думает?

Монтажёр сказал что-то обидное в ответ. Ведущий не преминул отозваться тем же, добавив к оскорблениям, угрозы. Мирить их кинулся оператор. За шумом и гамом Эдуард не сразу расслышал тихо и спокойно произнесенные слова, но когда обратил на них внимание, попросил повторить.

- Я знаю, как пройти к садику, - произнёс Евгений.

Все смолкли.

- А молчун не так прост оказался, - тут же прокомментировал Максим.

- Веди, - сказал, пришедший в себя режиссёр, даже забыв поинтересоваться, откуда ассистенту известна дорога.


Скрипучие, едва покачивающиеся на ветру детские качели. Заросшая травой деревянная "змейка" с облупившейся краской. Беседка с дырявой крышей и пустые глазницы облезлых сказочных героев, нарисованных на стене беседки. Превращенная в месиво грязи, песочница. Ржавеющие лесенки и турники. И, наконец, горелая облицовка широкого одноэтажного здания садика, из-под которой то тут, то там торчали штыри арматуры в местах скола кирпичей. От всего этого тянуло такой невероятной тоской и унынием, что разговорившиеся прежде, люди смолкли при виде открывшейся им картины.

- Ни хрена себе... - выразил общее впечатление Денис.

Мистически нетронутой ни временем, ни пожаром, осталась лишь красно-бурая надпись над главным входом: Добро пожаловать в детский сад "Янтарь"!

Эдуард тут же распорядился заснять её, а заодно и общие планы.

- Не нравится мне здесь, - заметил Кирилл, прежде, чем группа прошла внутрь.

Находиться внутри было даже неприятней, чем снаружи, из-за давящей, словно нависающей над людьми, пустоты..

- Пожар, - начал рассказывать Эдуард, указывая на копоть, густо покрывающую стены, и считая, что выбрал подходящий момент, - случился зимой восемьдесят седьмого года. Прямо во время новогоднего утренника, когда в актовом зале собрались не только все дети, но и их родители, а также каждый из работников детского учреждения: от уборщицы до директора.

В этот момент они дошли до просторного актового зала, и режиссёр сделал театральную паузу, давая возможность остальным прочувствовать атмосферу момента. Затем, он продолжил,

- Как видите, изнутри здание выгорело дотла ещё до приезда пожарной бригады, которую, к слову, спустя сорок минут вызвали не потерпевшие, а отец ребенка, в тот трагический вечер опоздавший к началу мероприятия. Как позже выяснилось, все меры противопожарной безопасности были соблюдены. В садике имелись огнетушители. Странно, что ни один из них так и не был использован. Ведь причиной пожара послужило возгорание ёлочной гирлянды...

Пол был усеян мусором, занесенным много позднее. При каждом шаге он хрустел, и этот хруст эхом отдавался в помещении. Евгений дотронулся подушечками пальцев до стены и тут же отдернул руку. Он увидел, или ему показалось, что он увидел, как десятки людей, взрослых и детей, испуганно мечутся в замкнутом пространстве в поисках выхода, а огонь в это время слизывает их кожу и обугливает волосы на голове красными полыхающими языками. Самые слабые падают на пол под напором толпы, и люди, не замечая, ступают по обессилевшим телам, вдавливая их в пол именно с тем хрустом, какой звучит сейчас из-под его ботинок.

- До пожара здесь тоже случались скверные события, - продолжал холодный голос режиссёра. - Две девочки бесследно пропали летом восемьдесят пятого. А когда, садик только строили, говорят, точно так же исчезла первая смена бригады рабочих. Но это не подтвержденная информация вроде той, что по ночам здесь можно услышать крики пропавших людей.

- Мы останемся здесь на ночь? - тревожно спросил Денис.

Эдуард покачал головой,

- Нет, мальчики. Наша работа - создавать мифы, а не разоблачать.

- Погибли все? - мрачно спросил Евгений, пока оператор и монтажёр были заняты съёмками.

- Это самая интересная часть, - с готовностью ответил режиссёр, т.к. он ждал этого вопроса. - Официально, в том пожаре никто не выжил. Садик по понятным причинам восстанавливать не стали, вместо этого построив новый в совершенно другом месте. И лишь одно обстоятельство местным жителям не дает спать спокойно - тел так и не нашли.

- Как не нашли? - нахмурил брови Женя.

- А вот так. Конечно, есть могилы на кладбище, но ни в одном гробу нет трупа.

Евгений задумался, словно пытаясь вспомнить что-то, но Эдуард уже не обращал на него внимания - он увлеченно отдавал распоряжения о том, куда кому встать, как поставить свет, какой ракурс выбрать... И только наблюдательный Максим отметил про себя, что Женя знает об этом месте явно больше, чем пытается показать.


Они уложились в час, и заканчивали, когда небо окончательно заслонили тучи, налив его свинцом, предвещающим начало мощного ливня. Эдуард был доволен, как никогда - именно о таких кадрах он мечтал. Работа наконец пошла, как по маслу, и Максиму не приходилось десятки раз повторять один и тот же текст из-за сорванных дублей. Оставалось дождаться Кирилла, который отправился доснять коридоры и прочие комнаты в здании.

- Теперь мне понятно, чего боятся местные и почему валят из города, - сказал Денис, устало пакуя камеру в чехол и ставя её на пол.

Скорее от скуки, чем от желания поддержать разговор, Максим спросил,

- Почему?

- Гнетущая атмосфера. Я провел тут час, и то голова разболелась.

На этот раз Максим не отпустил ни одной из своих привычных колких шуток в отношении монтажёра. Ему самому хотелось поскорее отсюда убраться. Максим поёжился и глянул сначала на неподвижно стоящего в стороне Женю, затем сквозь пустую оконную раму в потемневшее небо.

- Ну, где там Кирилл шляется?- недовольно пробурчал режиссёр. - Ден, позови его.

- Почему я? - прогнусавил монтажёр.

- Потому что, - передразнил его ведущий и, не давая тому ответить, добавил, - Или, может, ты хочешь провести ещё часок в этом чудесном месте?

Обиженно надув губы, Денис поплелся к дверному проёму, но тут в проходе возник запыхавшийся оператор,

- Вы должны это видеть.

Без лишних вопросов Эдуард принял из его рук камеру, которая была уже в режиме воспроизведения. Все, включая подошедшего Женю, прильнули к маленькому откидному экрану

- Ну? - спросил Кирилл спустя минуту.

- Это какой-то дурацкий розыгрыш? - засомневался Денис.

- Макс, твоих рук дело? - режиссёр требовательно посмотрел на ведущего.

Но Максим лишь медленно покачал головой. Он и сам был в не меньшей степени озадачен.

- Идём туда, - скомандовал режиссёр и подтолкнул Кирилла.

Денис едва успел расчехлить камеру.


Они торопились, почти срываясь на бег. Не оборачиваясь, Кирилл рассказывал,

- Первый раз я даже не сразу понял, что произошло, а когда понял, подумал что... В общем, если вы тоже это видели, значит я не сошел с ума.

- Так ты прошел там два раза? - спросил спешащий следом Женя.

- Второй раз, чтобы убедиться, прежде чем звать вас.

- Надеюсь, мы успеем заснять это ещё раз, - обеспокоился режиссёр.

- А я надеюсь, что нет, - не поддержал его Максим.

- Пришли, - Кирилл остановился.

Перед ними возник длинный темный коридор, оканчивающийся пустым дверным проёмом, через который чуть более часа назад они вошли.

На секунду съёмочная группа замерла, затем оживился режиссёр,

- Кирилл, включи камеру и иди вперёд. Денис...

Но Денис уже догадался сам и, задействовав штатную подсветку, направил камеру в широкую спину оператора.

- С Богом, - прошептал режиссёр.

Кирилл старался ступать, как можно аккуратней, словно опасаясь разбудить призраков прошлого, в воцарившейся тишине его шаги заглушались лишь неожиданно громким дыханием и жужжанием обеих видеокамер. Даже прежде доносившийся с улицы гром прекратился. Когда оператор приблизился к выходу, его дыхание замедлилось. Казалось, люди вовсе перестали дышать - такой густоты достиг тяжелый спертый воздух в чёрном туннеле коридора без окон. Теперь остались лишь шаги и медленно удаляющаяся спина. Хруст... Хруст... Хруст... Хруст...

Это кости трещат, - думал Евгений. - Кости безжалостно затоптанных людей в давке у выхода. Кости тех, кто был обречен сгореть заживо без единого шанса на спасение. Как громко... Как громко он шагает... Они точно проснутся... Проснутся и заберут нас к себе, туда где любая сознательная мысль растворяется в вечном непрекращающемся хрусте.

Люди действительно задержали дыхание, когда оператор вплотную подошёл к проёму. Ещё шаг, и он должен был оказаться снаружи. Но занесенная нога так и не коснулась земли. Не дотянув какой-то пары сантиметров, она растворилась в воздухе, как и сам оператор. Тут же горящие от нехватки кислорода легкие испустили изумленный выдох.

- Мать твою... - не сдержавшись, выругался Денис.

- Я здесь, - отозвался голос сзади.

Все мигом обернулись. Позади группы в самом начале коридора стоял смущённый Кирилл.

- Я до конца не верил, что это правда... - признался поражённый Максим.

Эдуард же обрадовался. Он даже покраснел от восторженного волнения и предвкушения открывающихся перспектив,

- Это сенсация! Мы прославимся на весь мир! На каждом чёртовом канале в каждой чёртовой передаче будут звучать наши имена! Вы хоть представляете, ЧТО мы нашли?!

- Честно говоря, нет, - признался приблизившийся Кирилл. - Я вообще не понимаю, как такое возможно...

- Телепортация? - предположил Денис.

- Может быть. Но какова её природа? Естественная или...

- Да какая разница!? - возмутился режиссёр. - Главное, что мы станем или богатыми, или знаменитыми, а может: и то, и другое...

Но его пыл остудил серьёзный голос Жени,

- Я бы на твоем месте так не радовался...

- Это отчего же?

- Как ты собираешься выбираться отсюда, если единственный выход превратился в телепорт?

- Что-нибудь придумаем. На худой конец вылезем через окно, - отмахнулся Эдуард.

Женя хотел возразить, но режиссёр уже не слушал его, а был увлечен своей сенсацией,

- Нам нужно заснять это ещё раз. Кирилл, вперёд, по той же схеме.

- Я бы этого не делал, - опять вмешался ассистент.

Эдуард тяжело вздохнул и повернулся к нему,

- Послушай, я не хотел этого говорить, но ты меня вынудил. Ты, - он ткнул пальцем в грудь, возвышающегося над ним Евгения, - самая бесполезная единица в этой группе. Я взял тебя лишь из большого уважения к Вадику, с которым мы много лет знакомы. И меня вполне устраивало, пока ты молчал и не путался под ногами. Будь добр вести себя впредь так же и не возникай, потому что ты - не на моем месте. Ясно?

- Ясно, - ответил Женя, и взгляд его сделался ледяным.

- Раз ясно, тогда приступаем, - и режиссёр подал знак ожидающему оператору.

- Только на этот раз, Кир, попробуй держать камеру позади себя и на вытянутой руке, - крикнул он ему вдогонку.

Учитывая мускулистую комплекцию оператора, это было не трудно.


Всё шло точно так же, как и предыдущие три раза вплоть до того момента, пока Кирилл не растворился в воздухе. Отличие было в том, что на этот раз позади них было пусто. Лишь покрытый старой сажей цемент, да ветер, гуляющий по коридору.

- Кир... - растерянно позвал его режиссёр.

Вскоре они все его звали, обыскивая каждый уголок проклятого здания. Безуспешно. Оператора не было ни внутри, ни снаружи, ни где либо ещё поблизости. Более того, вернувшись в зал, группа обнаружила, что чехол от камеры и оборудование для света тоже пропало.

- Чертовщина какая-то, - сказал режиссёр и повалился на пол от мощного удара в челюсть.

- Ублюдок, - прокомментировал Женя, потирая кулак.

Денис кинулся поднимать Эдуарда, но Максим остановил его выставленной вперёд рукой. Возникла длинная пауза, прерванная ведущим,

- Что теперь будем делать?

- Для начала сядем и подумаем, - ответил решительным голосом ассистент.


- Может это какое-то колдовство?

- Не мели чепухи - сколько сюжетов мы отсняли о колдовстве, хоть раз встретили настоящее?

- Тогда куда по-твоему пропал Кирилл?

- Не знаю. Какая разница? Надо думать о том, как выбраться отсюда...

- Эдуард же предлагал через окно...

- Эдуард и Кириллу предложил пройти через телепорт.

- То другое.

- Ты хоть голову включай иногда. Ты не думал, что с окном тот же самый эффект получится?

- Так сейчас проверим...

- Иди проверяй...

В забытье он слышал голоса, которые упорно о чём-то спорили, и именно они не давали ему покоя, вынуждая открыть глаза.

- Гляди-ка, ожил...

Когда Эдуард пришёл в себя, то узнал Максима и Дениса, сидящих рядом на расстеленных на полу куртках. Чуть в стороне, отрешенно глядя в окно, стоял его ассистент.

- Как самочувствие? - без тени сочувствия спросил Денис.

- Хреново, - просипел режиссёр, потирая ушибленный подбородок.

Затем сдавленно откашлялся и спросил,

- Давно я...?

- Пять минут, - опередил его Максим.

Режиссёр кивнул и больше не произносил ни слова.

- Придумал! - обрадовался Иван.

- Что? - без энтузиазма спросил ведущий.

- Давайте позвоним в службу спасения.

И тут же полез в карман за телефоном, но быстро поубавил энтузиазм, взглянув на дисплей.

- Женя, - окликнул ассистента ведущий.

- То же самое, - не оборачиваясь, ответил он.

- Как же так? - возмутился монтажёр. - Ведь ловило, когда мы шли сюда!

- Ловило, - согласился Максим.

- Эд, а где твой телефон? У тебя единственного мегафон. Так может...?

Эдуард пошарил по карманам и растерянно развел руки в стороны,

- Исчез...

- Поищи на полу. Кажется, он выпал, когда ты свалился, - подал здравую идею Максим.

Они вместе стали тщательно осматривать пол, но телефона нигде не было.

- Да что за чертовщина такая! Чехол вот тоже исчез...

- Какой чехол? - спросил Женя.

- Сумка от камеры. Я в ней "свет" нес.

Женя кивнул каким-то своим собственным мыслям.

Этот жест не укрылся от Дениса, и он требовательно запричитал,

- Колись уже! Ты явно что-то знаешь.

- Пока нет, - отмахнулся ассистент.

- Знаете что, а я все-таки попробую позвонить! Не сидеть же сложа руки, как вы!

И вспотевшими от волнения пальцами он начал набирать номер службы спасения. Взгляды окружающих вмиг из скептических превратились в удивленные, когда отчетливо послышался гудок дозвона. Даже Евгений вполоборота внимательно слушал.

- Господи, благослови дурака, - прошептал Максим.

В тот же миг все чуть не подпрыгнули на месте от испуга, т.к. монотонный сигнал резко сменился громкими помехами в виде хрипов и писка, в которых явственно различался низкий мужской голос,

- Я вас убью! Я вас всех убью!

Затем его заглушили испуганные крики. Люди на том конце провода плакали и стенали, кто в бешенстве, а кто в предсмертной агонии.

- Именно так они умирали, - пронеслась шальная мысль в голове у Евгения, - беспорядочно убивая друг друга.

Но затем хрипы прекратились и он узнал голос, родной женский голос,

- Алло? Кто это? Я вас не слышу... Говорите!

Пришедший в себя от шока Денис затараторил,

- Алло! Это МЧС? Мы попали в беду! Девушка, вызовите бригаду! Наш адрес: Московская область, Пушкинский район...

Он не успел договорить, т.к. трубку из рук выхватил подскочивший Евгений,

- Танечка! Таня, это ты?

- Женя!?

- Да! Да, Малинка, это я! Таня, где ты, как ты? Я тебя найду, слышишь!? Я спасу тебя!

- Женя, я тебя плохо слышу... Я нахожусь на севере городка возле...

Связь прервалась, а вместе с ней и голос любимой. В отчаянии Женя вновь набрал тот же номер, буквально вдавливая кнопки в телефон, но надпись на дисплее сообщила, что связь отсутствует, и вызов не может быть совершён. Тогда он кинул его обратно в руки Денису и отошёл, опять превратившись в немую статую.

- Что скажешь? - негромко спросил монтажёр у ведущего, пряча сотовый в карман.

- Скажу, что мы в полной заднице.


Евгений не долго стоял статуей. Спустя минуту, словно робот, включенный в розетку, он рванулся, собирая по углам горсти валявшихся там камней. Группа с интересом следила, как он набивает ими карманы. Максим неожиданно последовал его примеру.

Кончив, Женя начал методично забрасывать камушки в каждый из оконных проёмов. Где-то над подоконником они исчезали и больше нигде не появлялись, подобно бесследно пропавшему оператору. Денис водрузил было на плечо камеру, стараясь не упустить ценный кадр, но строгий голос Жени приказал ему остановиться.

- Не включай, но и не выпускай из рук. И куртки подберите, - добавил ассистент, продолжая увлеченно заниматься своим делом.

Когда все окна были проверены, Женя направился к выходу из зала, предварительно также бросив туда камень. Группа бросилась за ним. Женя не спеша проверял каждый вход, каждую комнату и каждый оконный проём. Результат не менялся - камни растворялись в воздухе. Но, когда для успокоения совести он кинул последний в тот самый выход, где пропал Кирилл, то в недоумении замер - миновав порог, камень благополучно приземлился на пожухлую траву.

Через секунду стоящие за его спиной люди разразились радостными криками.

- Мы спасены! - заорал Денис, и первым кинулся в проход.

Женя привычным тихим тоном попросил того остановиться.

Но монтажёр не слышал его. Благодаря всех богов на свете, вскинув руки вверх, он, как дурак, нёсся вперёд.

- Стоять! - уже кричал Евгений.

Бесполезно.

- Вот дурак, - заключил Максим.

И тогда Женя, нащупав в кармане куртки обломок кирпича побольше, размахнулся и, что было сил, запустил его вслед удаляющейся спине монтажёра, мысленно при этом молясь не промахнуться.

В какой-то момент ему действительно показалось, что усилия потрачены зря, и обломок пролетит мимо. Но потом голова Дениса дернулась в сторону, будто специально пытаясь поймать собой пущенный снаряд, и кирпич угодил точно в центр затылка. Денис споткнулся и упал, расквасив нос о бетонную поверхность. Он хотел подняться снова и бежать навстречу спасению, но цепкие руки оказавшегося рядом Жени удержали его.

- Жаль, - прокомментировал ведущий. - На это было бы интересно посмотреть...

- Отпустите! Пустите! - вырывался Денис.

- Что на тебя нашло? - недоумённо спросил Женя, но тем не менее отпустил.

Похоже, монтажёр был уже в состоянии контролировать себя. Он поднялся, отряхнулся, достал из кармана платок и вытер окровавленный нос, затем возмущенным тоном произнёс,

- Что на меня нашло!? Что на вас нашло?! Почему ты держал меня?

Женя нащупал ещё один камень в кармане и бросил его. Пролетая порог камень исчез.

- Вот почему.

Максим присвистнул. Режиссёр молчал. Денис испуганно уставился на проход, будто впервые его увидел,

- Но как же? Как же... Ведь я сам видел... Вы все видели...

- Господа, - прервал его бормотание Евгений, - боюсь, что ситуация осложнилась.


Они так же сидели на полу, но теперь у главного выхода. Женя флегматично раз в минуту бросал туда камешки, собранные со всего детского сада. Один за другим они исчезали в проходе.

- Сколько времени? - спросил он Дениса, который по взаимной договорённости единственный держал включенным телефон.

- Шесть часов, - устало отозвался тот.

- Должно бы уже начать темнеть, - задумчиво добавил Максим. - Да и дождю пора...

- Как долго человек живёт без воды? - перебил его Женя.

Никто не ответил. Тогда заговорил режиссёр,

- Где-то неделю.

- А без еды?

- Месяц, кажется.

- Не беда. Наберем воду, когда пойдет дождь, - Иван указал на дыры в крыше.

- Если пойдет, - поправил Женя и кинул очередной камушек.

- И почему мы не взяли с собой бутерброды... Погоди. Что значит если!?

Ассистент пожал плечами.

- Макс, ты понял о чем он?

- Примерно.

- Так объясни. А заодно, объясните мне, чем мы вообще здесь занимаемся? На кой ляд бросать в эту дыру камни?

- Ждем следующую фазу, - спокойно ответил Женя, но яснее от этого не стало.

- Какую фазу? Может расскажешь по-человечески?

Но ассистент проигнорировал вопрос. Тогда за монтажёра заступился ведущий,

- Ден, конечно, глуп. Но в чём-то он прав. Если расскажешь, что знаешь, нам всем станет проще. Возможно, мы сможем тебе что-нибудь подсказать...

Пару секунд Женя молчал, обдумывая, стоит ли делиться жизненно важной информацией, затем он глубоко вдохнул и начал,

- Вы озвучили мысль, что дверь - это портал.

- Телепорт, - поправил Денис.

- Не важно. Чем характеризуется портал?

- Тем, что его не существует, - резонно заметил Максим.

Евгений ждал, но других ответов не последовало. Тогда он продолжил сам,

- У любого портала, как мне представляется, должна быть точка входа и точка выхода...

- Ааа... - осенило монтажёра, - так вот почему Кир появлялся в начале коридора - там была точка выхода!

- Именно, - кивнул Женя.

- Продолжай, - ухмыльнулся Максим.

- Но потом Кирилл бесследно исчез, и я подумал: а может ли точка выхода быть не постоянной, иными словами: менять свое местоположение?

Максим задумался,

- Не хочешь ли ты сказать, что наш оператор не исчез, а просто появился где-то в другом месте?

- Скорее всего.

- Но где? - влез с глупым вопросам Денис.

- Откуда я знаю? Главное, что я уяснил: точка меняется. А если так, то в какой-то момент, она может оказаться там, где нам нужно.

- Но как мы узнаем этот момент?

- Вы не заметили, но брошенный после рывка Дениса камень, упал там же, куда вначале переносило Кирилла.

- И что с того?

Максим довольно усмехнулся,

- Вот оно что... Всё верно. Этот парень начинает мне нравиться...

- Я ничего не понял! Макс, объясни, - затребовал монтажёр.

- Всё просто, дубина. Смена точки выхода происходит по фазам.

- По фазам?

Женя подбросил ещё один камень и пояснил,

- Я не знаю точных циклов и продолжительностей, но происходит это примерно так: вначале точки входа и выхода совпадают, и портальный эффект не наблюдается вообще...

- Так мы и попали сюда?

- Возможно. Я не знаю, как проявляет себя портал с той стороны. Затем, точка выхода перемещается внутрь здания, затем - куда-то ещё, после - две точки опять совпадают... И так по кругу.

- Хм... - Денис задумался и шмыгнул едва кровоточащим носом, - Значит сейчас мы ждем...

- Следующей фазы, чтобы узнать, сколько длится полный цикл, а самое главное, какова длительность существования портала на выход...

- Тогда давайте бросать камни в окна. Вдруг те порталы откроются быстрее?

Максим покачал головой.

- Не получится, - уверенно заявил Евгений.

- Почему?

- Потому, что всё здание детского сада - и есть портал.

Дениса посетила страшная догадка,

- Все эти люди... Во время пожара они оказались запертыми, как и мы... Но почему же тогда здесь нет их костей?

И он недоумённо почесал шишку на затылке.

- А как ты думаешь, почему пропали чехол и телефон Эдуарда? Тучи на небе замерли, время остановилось, даже ветер стих - разве ты не замечал? Мы постоянно портуемся вместе со зданием. Существует лишь только то, что касается нас на момент переноса.

- Но почему?

Женя пожал плечами,

- Вероятно, этот портал как-то иначе действует на живую материю.

- Да, но ведь камни телепортируются...

- Хм... - теперь настала очередь задуматься Жени.

- Впервые ты ляпнул что-то стоящее, - ехидно заметил Максим.

- Камни являются частью здания, а чьи-то останки - нет... - развивал мысль Евгений. - Портуется не только живое, но и то, что напитано живой энергией, то что привнесено извне. Но в зависимости от качества материи портальный эффект может проявляться по-разному…

От неожиданной догадки он подскочил и стал лихорадочно искать в кармане брюк мелочь. Нащупав пару монет, он тотчас же кинул их в проход. Они спокойно миновали порог и приземлились рядом с брошенным два часа назад камнем. Следом взволнованный Денис кинул камни, и они привычно исчезли.

- Иногда я удивляюсь с тебя, Ден, - признался Максим.

Монтажёр буркнул что-то в ответ, но его заглушил требовательный голос ассистента,

- У кого-нибудь есть ручка и бумага?

У Эдуарда нашёлся блокнот, который он с неохотой отдал. Вырвав оттуда страницу, Женя поспешно накарябал несколько слов и кинул бумажку за порог.

- Теперь нас спасут? - с надеждой спросил Денис.

- Вряд ли, - признался Евгений. - Во-первых, неизвестно, куда попадают пропавшие вещи - ведь останков тех людей нигде так и не нашли. Во-вторых, здесь никто не ходит. И, в-третьих, даже если записку найдут и прочитают, скорее всего её не воспримут всерьёз…

- А, в-четвертых, тупица, - обозлился Максим на Дениса, - Как они смогут нам помочь!?

Денис начал возмущаться, но его опять перебил Евгений,

- Тихо!

Ассистент заметил, что камень с монетами и запиской исчезли, а это могло означать лишь новый скачок. Он кинул ещё один камень, и тот благополучно приземлился на траву.

- Включай секундомер, - обратился он к Денису и начал кидать по одному камню раз в несколько секунд.


Секунды тянулись, как годы. Минуты превращались в века, а часы... О часах лучше было не думать. С диким упорством он продолжал кидать камни в поглощающую их пустоту. Они стали новым временем, его временем. - Двести четырнадцать. Двести пятнадцать, - повторял он в уме, чтобы не свихнуться.

Сколько? Сколько ещё камней осталось до конца его жизни? Появление портала задерживалось, а это означало либо длинную фазу, либо... О втором варианте он предпочитал не думать. Потому что, если он ошибся, то они не выберутся отсюда никогда. Так и будут сидеть, бросая камни в вечность. Время собирать и время их разбрасывать. Как смешно. Он и подумать не мог, что эта аллегория может иметь прямое значение, тем более непосредственно относящееся к нему.

А если он прав? Насколько в таком случае продолжительной окажется очередная фаза? Садик сгорел в восемьдесят седьмом. Сейчас две тысячи седьмой. Не останутся ли они замурованными в ловушке на следующие двадцать лет?

Перед глазами всплыло лицо Кирилла, когда тот прибежал к ним взволнованный, как тогда казалось, радостной новостью. Интересно, жив ли он сейчас? А если жив, то куда попал? Женя надеялся, что в лучшее место, по крайней мере лучше этого.

Ещё один камень на подкормку взбесившемуся порталу. Ещё одно мгновение жизни, ещё одна... На этот раз перед глазами возникло совершенно другое лицо. Лицо, которое за три года он успел изучить досконально, настолько, что мог узнать каждую родинку, каждую ресничку... Но приятнее всего были ямочки на щеках. Приятнее всего были... И волна воспоминаний захлестнула его.


Первая ссора - нечто особенное. Она неожиданная, как первая встреча, непредсказуема, как первое свидание и интимна, как первая близость. Она случилась между нами где-то год спустя, когда мы уже жили вместе в небольшой, но уютной квартире. Таня сидела ночью на кухне и курила. Привычка, которой я не замечал за ней раньше.

- Что случилось, Малинка? - как всегда, я старался быть мягче, помня об её импульсивности.

- Я так больше не могу, - призналась она.

- Чего не можешь?

- Жить здесь.

- Если ты желаешь переехать в квартиру побольше, то скоро я получу повышение, и мы сможем...

- Мне не нужна квартира побольше, - четко разделяя слова паузами, произнесла она.

- Какая же тебе нужна?

- Никакая. Дело вообще не в квартире...

- Тогда в чём?!

Таня молчала. Она уставилась взглядом в пепельницу на столе, как будто та могла ответить за неё.

- В чём, Танюша? - вкрадчиво начал я, опять понизив голос.

- Ты знаешь...

- О, Господи, только не говори мне опять про этот городок!

- Я дала себе обещание, никогда оттуда не уезжать, - голос Татьяны был твёрд, как камень, но я не придал этому значения, решив, что она ведёт себя, как взбалмошная девчонка,

- Глупости!

- Может и так. Но у меня чувство, что я не должна его нарушать.

- Из-за глупого обещания ты готова со мной расстаться? Если это всё так важно, почему ты прежде ни слова о нём не говорила?

- Если я расскажу, ты отстанешь?

- Возможно.

- Хорошо. Но лучше тебе увидеть это самому.


- Женя, - позвал негромкий голос, - Женя, просыпайся. Портал открылся.

Он и сам не заметил, как задремал. Рядом сидел Максим, бросавший камни за него, а будил ассистента Денис. Камни не исчезали.

- Сколько прошло времени? - спросил Женя, приходя в себя.

- Двадцать секунд, - ответил Денис. - Что будем делать?

Группа, в том числе Эдуард, выжидательно посмотрела на него, и внезапно Евгения поразила простая мысль, что главный здесь - он. Не тщеславный режиссёр, не самодовольный ведущий, а он - знающий их компанию первый день. Как быстро всё меняется. Подумал Евгений. Ещё с утра я был никем, а теперь они смотрят на меня с надеждой получить ответы на вопросы и спасение. Как же всё-таки переменчив мир…

- Тридцать секунд, Женя. Что делаем? - напомнил Денис.

- На выход! - резко поднявшись, скомандовал он.

План был оговорён заранее. Предыдущий тест показал, что портал отключается примерно на минуту. Значит, у них в запасе ещё тридцать секунд, если, конечно, порталу не вздумается закрыться раньше... На этот случай, у каждого из них были припасены несколько камешков, которые следовало бросать, прежде чем выйти. Риск внезапного закрытия всё равно оставался, но, по крайней мере они его минимизировали. Евгений и думать не хотел о том что будет, если фаза сменится в тот момент, когда он окажется на пороге. В лучшем случае, его телепортирует куда-нибудь не туда, в худшем - его половину. Тем не менее, бросив камень и пересилив страх, он сделал шаг навстречу своей судьбе, и остальные последовали его примеру.


Мир снаружи встретил их неестественной тишиной. Не чирикали воробьи, не шелестела листва, ветер не раскачивал деревья. И все так же замерли на небе свинцовые тучи.

- Ну наконец-то! - громко обрадовался Денис. - Я уж думал, никогда не выберемся. Эх, какой сюжет получится!

- Ты опять рано радуешься, - сказал Максим и повернулся к Жене,

- Мы ведь попали не туда, куда собирались.

Женя отрицательно покачал головой.

-Что значит: не туда? А куда же ещё? - и тогда Денис в спешке достал сотовый. Сигнала связи не было.

- Ну что на этот раз!? - начал он плаксиво гундосить, но Максим быстро его приструнил,

- Заткнись. Шеф, что делаем?

Женя присел на корточки и, закрыв глаза, стал усердно тереть переносицу. Раздумья не отняли у него много времени. Евгений поднялся и твёрдым шагом направился прочь от садика. Группа сначала в нерешительности, а потом всё более уверенно последовала за ним.


- Ты ведь знал, где мы окажемся до того, как покинул садик, - сказал Жене идущий следом Максим, когда они пробирались через редкий лес.

- Догадывался, - ответил ассистент через плечо.

- И тем не менее пошёл.

- Разве был выбор?

- А разве нет? Ты просто хочешь найти ту девушку...

Денис с режиссёром отстали, так что можно было не опасаться, что их услышат.

- Если ты такой умный, то почему отправился со мной? - спросил Женя.

- Именно потому, что умный. Шансы выжить с тобой выше, чем без тебя.

На секунду Женя остановился, окинул внимательным взглядом своего спутника и пошёл дальше.

- Прикидываешь, как бы я не всадил тебе нож в спину? - ухмыльнулся Максим. - Не стоит. Я слишком расчётливый, чтобы не понимать: такую ценную фигуру, как ты, разменивать - не выгодно. А вот Эда лучше опасайся. Он подлый и имеет на тебя зуб.

- Спасибо за откровенность, но я как-нибудь сам решу, кого мне опасаться.

Максим опять ухмыльнулся, но больше ничего говорить не стал. Разговор был окончен.


- Ден, - догнал монтажёра запыхавшийся Эдуард.

- А? Что?

Денис был погружен в собственные мысли и не сразу сообразил, что к нему обращаются.

- Как тебе этот парень?

- Кто? Женя? Странный какой-то... Кирпичом меня по башке шандарахнул... Нет, чтоб предупредить сперва...

- Мне он тоже не нравится, - с нажимом произнёс режиссёр, как будто Денис имел в виду именно это.

- Ну, есть немного...

- Кажется, он спелся с Максимом, - Эдуард указал на идущую впереди парочку, которая в этот момент как раз что-то обсуждала.

Денис поморщился, но никак это не прокомментировал.

- Как думаешь, кому достанется сенсация, когда мы выберемся отсюда? - продолжил режиссёр.

- Нам, - пожал плечами Денис.

- Да, но кому нам?

Денис задумался. Рука сама полезла чесать шишку на голове.

- Не знаю.

- Ну же, Ден! Ты сообразительный парень. Как думаешь, о чем они там сейчас впереди договариваются? Или ты рассчитываешь, что Макс поделится с тобой своей славой? Не будь наивным. Два - лучше, чем четыре.

- Ты хочешь сказать, Макс задумал нас убить? - глаза монтажёра расширились от ужаса.

- Не Макс, а Женя. Он сразу понял, какими деньгами пахнет, потому и вырубил меня. Ставлю свою работу на то, что к концу наших приключений в живых останется он один.

Денис думал. У него никоим образом не укладывалось в голове, что сказанное режиссёром может быть правдой.

- Давай так, - подытожил Эдуард. - Ты пока думай, но если что - можешь на меня положиться. Ты талантливый парень. Клянусь богом, если мы вдвоем отсюда выберемся, я помогу тебе организовать свой проект: мне жадничать незачем.

- Спасибо, - ошарашенно поблагодарил Денис.

Перспектива собственного проекта была заманчивой, но ещё притягательней была слава.


Мир вокруг был настолько неестественен и при этом узнаваем, что Жене казалось, будто его поместили в центр гигантского аквариума, где настоящие кораллы заменили пластмассовыми, а морскую воду обычной йодированной и подсоленной. Застывшие, как на картине, тучи, лес без единого живого существа, отсутствие запахов и вакуумная тишина. Даже собственные шаги он слышал приглушённо, будто уши заложило ватой. Пластмассовый мир. Пластмассовая земля под ногами, пластмассовые деревья, пластмассовое небо... Только люди - из плоти и крови.

Эта мысль подавляла его. Временами, Жене казалось, что это сон. Он спит и медленно плывет по волнам пластмассового воздуха, едва касаясь ступнями земли. Вот только откуда здесь пластмассовые звери? Ведь аквариум сделали для живых. Евгений остановился.

- Что такое? - спросил Максим.

Денис и Эдуард тоже замерли.

- Ты ничего не видишь? - обратился к ведущему ассистент, указывая на край, открывавшегося справа поля.

- У меня близорукость.

- Денис, хорошо видишь? Что там вдали?

- Какие-то животные...

Приземистая стая стремительно неслась к ним через поле.

- Кажется, собаки, - прищурился Денис.

- Волки, - поправил Евгений.

Взгляд его был предельно сосредоточен, губы сжаты, и сам он, словно превратился в заряженную пружину.

Теперь группу людей и стаю разделяло не больше ста метров. В холке звери достигали половину человеческого роста, были совершенно безволосые и с необычайно широкой пастью. Что зубы, что когти непропорционально превосходили обычную длину в несколько раз. Ещё Женя отметил, что у них что-то не так с глазами.

- Может уже наконец что-нибудь предпримем? - заволновался монтажёр.

Но Женя не отвечал. Он, как завороженный, следил за грацией и стремительностью обтекаемых мускулистых тел животных. А ведь бегут они тоже бесшумно. Подумал он и больше не смог игнорировать просьбы трясущего его за плечо Дениса. До волков оставалось пятьдесят метров.


Он не помнил, как командовал, и как они за считанные секунды оказались на дереве. Не помнил, как один из волков, чуть не откусил ему ногу, когда он последним карабкался наверх. Всё его внимание целиком и полностью оказалось поглощено чёрными дырами, зияющими на месте их глаз. Евгений даже не заметил, что в некоторых местах сквозь блестящие покатые бока белеют кости, а чёрная лоснящаяся шкура натянута до предела.

Воронки глаз манили и притягивали, призывая спуститься и лечь, позволив этим безмолвным созданиям окончить течение твоей мелкой и по сути бессмысленной жизни. Ведь в конце концов, разве это не счастье: раствориться в совершенной одинаково ровной пластмассе?

- Женя, ты сдурел что ли?! - на этот раз Максим схватил его за плечо, больно впившись пальцами в мышцу.

Встревоженный крик вывел Евгения из транса, в котором он находился, и он замер, нерешительно занеся ногу над нижней веткой.

- Что?

- Ты на хрена вниз лезешь!? Хочешь, чтобы эти твари тебя сожрали!?

Евгений наконец сообразил, что произошло. Он быстро подтянулся и занял прежнее место на толстой дубовой ветви. Группа смотрела на него испуганно.

- Всё в порядке... - успокоил он их. - Просто не смотрите им долго в глаза - гипнотизируют.

Денис смачно выругался.

- Что теперь-то делать будем?

Евгений посмотрел вниз на стаю из шести особей, терпеливо присевших под деревом, и своим привычным спокойным тоном произнёс,

- Ждать.


Ожидание тянулось мучительно. Выбраться на волю только за тем, чтобы загнать себя в очередную ловушку? Женя чувствовал, как немеет отсиженная нога, как слабеют пальцы рук, ухватившиеся за ветку, как постепенно клонит в сон. Он опёрся о другую ногу, чтобы не свалиться и поморщился от тысяч иголок, пронзивших икру.

- Что, отсидел? - сочувственно спросил Денис. - У меня вот тоже вся задница уже болит. И когда им надоест нас караулить?

Разговор бодрил, поэтому Евгений охотно включился,

- Не надоест.

- Не могут же они ожидать нас вечно?

- А что, если так? Что ты сделаешь? - задиристо спросил Максим.

- Ну… Не знаю…

- Вот и молчи тогда.

- А ты меня не затыкай, умник. Хочу - молчу, хочу - кричу.

Это прозвучало так по-детски, что ведущий рассмеялся.

- Мне кажется, что это ад… - неожиданно добавил монтажёр. - А они - гончие бездны.

- С чего ты решил? - заинтересовался ассистент.

- Обычно волки или собаки рычат, когда хотят кого-то сожрать, а эти, кажется, даже не дышат. Хоть бы поскулили что ли…

- Не гони, - осадил Максим. - Мы не в аду.

- Да? У тебя есть своя версия? Может, ты даже объяснишь, почему здесь так тихо и до сих пор не стемнело, хотя уже девять часов?

Ведущий нахмурился,

- Я думаю, мы попали в параллельную реальность. А эти твари - какие-то мутанты.

- Даже мутанты - живые существа, - вдруг заговорил режиссёр. - А те, кого вы называете волками, больше похожи на искусственных.

- Что ты имеешь в виду? - перевёл взгляд на Эдуарда Евгений.

- Возможно, это что-то вроде биороботов. У нас был подобный сюжет - в будущем люди научатся соединять живую и неживую материю для создания киборгов.

- Киборги… Хм… Но вряд ли мы в будущем.

Режиссёр пожал плечами.

- А ты сам что думаешь? - обратился к ассистенту Денис.

- Пока не знаю.

- Если не знаешь, может нам лучше вернуться обратно в садик?

- Может и лучше, но сначала я хочу увидеть городок. А потом…

- Они поднимаются!

Женя аж вздрогнул - так громко и неожиданно закричал Денис. Он глянул вниз и увидел, что безмолвные стражи вскочили и покидают их в спешке.

- Пытаются сманить нас с дерева? - спросил Максим.

- Не похоже… Кажется, их что-то спугнуло.

Твари убегали все дальше и дальше, пока не скрылись в зарослях.

- Что могло спугнуть таких страшных монстров? - недоумевал Денис.

- Монстры ещё более страшные, - в словах Максима был резон.

- Давайте-ка и мы убираться отсюда.

Они слезли с дерева, когда почувствовали, что земля дрожит.

- Это что за твою мать?! - не сдержался Денис.

- Бежим! - крикнул Женя и первый ринулся вперёд, туда, где сквозь просвет в деревьях виднелся заброшенный автопарк.

Монтажёру было чрезвычайно любопытно узнать, что именно спугнуло волков, но очень скоро он об этом пожалел. Возвышаясь над макушками деревьев, на них надвигалось нечто гигантское.

- Дурак, потом будешь снимать! - чуть не оторвал его рукав Евгений.

Денис схватил камеру под мышку и побежал.

Топот, производимый существом, буквально сотрясал землю. Они не столько слышали звук, сколько ощущали вибрацию. Когда, наконец, удалось выбежать на площадку перед автопарком, Денис снова обернулся и почувствовал, как внутренности его упали.

Высотой метров пятнадцать гуманоидное существо состояло из камня. В некоторых местах его покрывала густая зелёная слизь. Каждая стопа - размером с грузовик, а пасть - словно два приставленных друг к другу экскаваторных ковша. Денис не наблюдал глаз - возможно, их вообще не было. Но это не мешало монстру уверенно двигаться к ним.

В ужасе Денис проскулил что-то вроде «Я не хочу умирать!», когда его потащила за собой сильная рука Евгения.

- Скорее в здание!

Они забежали в первый попавшийся вход, предварительно бросив туда камешки - на всякий случай. Максим тут же прильнул к окну, а Женя стал искать в потёмках смотровую яму.

- Оно уже близко! - кричал ведущий, но по усиливающейся вибрации пола это и так было понятно.

- Что это такое?! - вопил Денис.

- Тролль, - спокойно объяснил режиссёр.

- Что?!

- Очень похож на троллей из европейских средневековых сказаний. У нас был один сюжет…

- Спасибо, Эд. Ты нас очень утешил, - с сарказмом сказал Максим.

- Нашёл! Все сюда!

Смотровая яма, на что Женя и рассчитывал, плавно перетекала в подвальчик для автозапчастей. Прибежавший первее всех Денис тут же забился в самую дальнюю выемку. Следом спустились и остальные.

Пол трясся всё сильнее. Тролль проходил совсем рядом со зданием, и Евгений молился сейчас об одном: чтобы зверюга не догадалась его обрушить. Возможно, подвал их и убережёт, но как выбираться из-под завала?

Затем шаги стали затихать, и все облегчённо вздохнули.

- Кажется, ушёл, - объявил ассистент и полез наверх.

- Ей Богу, Женя, лучше бы мы сидели в садике, - сказал побледневший Максим.

Эдуард не стал ничего говорить. Он подошёл к окну и заинтересованно глядел в спину удаляющемуся гиганту.

- Вылезай, гений компьютерного монтажа. Злобный монстр пощадил тебя, - пошутил ведущий.

Но из тьмы смотровой ямы никто не отозвался. Лишь брошенная в спешке камера лежала рядом.

- Ден? - ещё раз позвал его Максим.

Женя, в этот момент проверявший пустые полки, обернулся,

- Что такое?

- Ден не отвечает.

Евгений поднял с пола железный прут и подошёл ближе,

- Денис! Лучше так не шути!

Тишина.

- Включи камеру, посвети мне.

Сверху ничего разглядеть не удалось. Но когда Максим с Женей спустились вниз, они ахнули. Денис хрипел, пригвождённый к стенке чёрными извивающимися верёвками, похожими то ли на щупальца, то ли на змей. Они вырастали прямо из пола и сейчас пронзали его тело насквозь, продолжая сжимать суставы до хруста. Максим чуть не выронил со страха камеру и не бросился бежать, но твёрдый голос Жени остановил его,

- Держи ровно, свети на него.

Хрустнули и сломались ноги, оголяя белые кости. Брызнувшая кровь тут же впиталась порами щупалец. Максима потянуло блевать.

- Женя, пошли отсюда.

- Нет, погоди.

Безумная смесь страха и любопытства овладела ими. Хотелось досмотреть чудовищный спектакль до конца. Извивающиеся кольца всё больше разрывали и поглощали умирающее тело Дениса. В глазах его была мольба, но Евгений понимал, что ничем не может помочь. Так он стоял и смотрел, пока взор монтажёра не потух.

Тогда тело Дениса резко оторвалось от стены и направилось в сторону людей, стараясь дотянуться скользкими щупальцами.

- Женя! - крикнул ведущий.

- Вижу.

На этот раз его голос дрожал. То, что приближалось к ним, уже не являлось человеком. Денис словно слился с щупальцами и превратился в новое существо, ужасное и противное. Дёрганые движения его поломанных рук заставляли содрогаться наблюдателей. Из глаз торчали чёрные отростки, а один - тот, что вылез изо рта, чуть не вцепился Евгению в лицо.

Но Женя вовремя размахнулся и, вложив все свои силы, ударил сверху вниз неуверенно шагающего монстра, опрокинув того навзничь.

- Выбираемся.

Максим тут же последовал его команде и вскоре подал руку вылезающему ассистенту.

Режиссёр всё так же стоял у окна. Выражение заинтересованности на его лице сменилось ужасом, когда он увидел вылезающее из ямы, пронзённое насквозь извивающимися щупальцами, тело монтажёра.

Женя нанёс ещё один удар. Существо упало, но продолжало ползти, а чёрные змеи расползаться по полу. Евгений опрокидывал тяжёлый лом на монстра раз за разом до тех пор, пока один из отростков не обвился вокруг металла. Бросив железный прут и отпрянув в сторону, Женя побежал в сторону выхода. К тому времени пол устилали скользкие длинные отростки.

- Вот это дрянь… - вырвалось у Максима.

Перепрыгивая ползущих змей, он вдруг понял, что те отрезали им путь к отступлению.

- Женя! Назад! Там не выберемся! Давай через окно!

Ассистент быстро уловил его мысль, и они со всех ног побежали в другой конец зала. Змеи преследовали их по пятам, а тело Дениса опять поднялось и стремительно нагоняло группу. Они оказались в луче оконного света и, толкая друг друга, упали. Каждый из группы успел попрощаться с жизнью, когда заметил, что змеи не трогают их, собравшись кольцом вокруг освещённой части пола.

- Они боятся света! - сообразил Максим.

- Видимо, да, - согласился Евгений.

Одна из змей сделала выпад в их сторону и тут же, дымясь, отскочила назад. Кожа её выгорела и посерела, в некоторых местах оголяя белёсые мышцы.

- А вот он, похоже, света не боится, - указал ассистент на приближающегося Дениса.

Трансформация была завершена. Ни одно из щупалец не показывалось наружу. Теперь Денис двигался более слаженно и быстро. Лишь некоторая прерывистость движений и порванная кожа с пустыми глазницами напоминали о том, что перед ними уже не человек, а управляемая кукла.

Эдуард первым перемахнул через окно. Следом полез Максим. Когда Женя навис над подоконником, Денис уже вступил в круг света.

- Скорее! - поторапливал Максим.

Бросившаяся вперёд сильно вытянувшаяся рука почти ухватила Евгения за край куртки, но он вовремя спрыгнул с наружной стороны здания. Не раздумывая, группа бросилась бежать.


Устало, потерянно они брели по потрескавшемуся от времени асфальту, волоча за собой деревянные палки, которыми надеялись в случае чего хоть как-нибудь защититься от волков. Каждый молчал о своём, и, тем не менее, изуродованное тело Дениса ни у кого не выходило из головы.

- Что это за проклятое место такое… - бормотал себе под нос Максим. - Может, Ден был прав?

Вся его напускная дерзость словно сдулась. Чувствуя, как ступни наливаются свинцом, шагал не уверенная в себе восходящая телезвезда, а напуганный провинциальный мальчик, каковым он когда-то являлся.

- Наверное, сейчас это сложно представить, но когда-то я, как и Кирилл, рос в похожем месте, - внезапно разоткровенничался он.

- Где? - без охоты спросил Эдуард.

- Название моего городка вам ни о чём не скажет. Да и не важно это. Важно то, что я всегда мечтал лишь об одном: работать на телевидении.

Ведущий горько рассмеялся,

- Я столько преодолел ради этого. Да хотя бы ради того, чтобы попасть в Москву. Если бы я знал, что моя мечта сведёт меня в могилу…

- Не раскисай, - посоветовал Женя, хотя сам был мрачнее тучи.

- Она - твоя жена?

- Что? - вопрос Максима застал ассистента врасплох.

- Та девушка, которую ты обещал спасти.

- Она… Нет… Мы не успели… Всё откладывали до лучших времён…

- Понимаю… Хотя нет. У меня никогда не было девушки, которая бы продержалась возле меня дольше недели. Может это и к лучшему… Теперь…

- Как думаешь, что это за чудовище?

- Там в подвале? - Максим поморщился. - Не знаю.

- А ты?

Режиссёр удивлённо вскинул брови - прежде к нему они почти не обращались.

- Паразит.

- Паразит?

- Паразитирующий организм, существующий в симбиозе с организмом хозяина. В одной из серий мы рассказывали про мыслящих плоских червей…

- Очередной гон, - перебил режиссёра ведущий.

- А я соглашусь с этой версией, - не стал спорить Евгений.

Тем временем они дошли до первых пятиэтажных домов. Евгений включил сотовый и нажал кнопку вызова. Он очень надеялся на ответ. Но телефон молчал. Зловещая надпись об отсутствии сигнала заслоняла экран.


Побитые стёкла, осыпавшаяся облицовка зданий, пробивающиеся сквозь асфальт деревья и сгнившие остовы отечественных автомобилей. Несколько домов были разрушены до основания - их обломки разметало по округе. А ещё в нескольких обрушились стены, представляя на всеобщее обозрение нехитрое убранство советских квартир.

Они дошли до того места, где возле продуктового магазина водитель припарковал их штатный фургон. Только вместо асфальтированной площадки, здания и автомобиля путников встретила пожухлая осенняя трава. Знакомой оказалась лишь скамейка. Новёхонькая, будто недавно сколоченная, она прочно обосновалась на краю дороги, едва не сверкая свежим слоем бурой краски.

Максим обречённо вздохнул,

- Наверное, прозвучит глупо: но я надеялся…

- Что-то не складывается твоя версия с параллельным миром, - сказал Женя ни то в шутку, ни то в всерьёз.

- Почему? - не понял Эдуард.

- Ни одного современного автомобиля. Если этот мир существует параллельно нашему, то почему здесь только сгнившие уазы, да жигули с волгами? Почему облицовка с домов осыпается?

- Не знаю.

- Вот именно. Ты не знаешь. А когда отправлял Кирилла на смерть? Когда Дениса умирать оставлял? Знал?

- Что?! - глаза режиссёра округлились.

- Думаешь, я не заметил, кому Денис камеру передал, когда прыгал в яму? Не заметил, как ты ночное видение на ней включал? Рассчитывал, что мы там все сдохнем?!

Сильный удар в солнечное сплетение заставил согнуться Эдуарда пополам. Максим, который до того сохранял нейтралитет, на сей раз разъярился и добавил свободной от камеры рукой режиссёру в ухо.

Режиссёр осел и разревелся, как ребёнок.

- Давай его тут оставим? - предложил Максим.

- А что? Можно…

- Нет, нет! Не оставляйте меня, - запричитал униженный режиссёр.

Лицо его стало опухшим не только от ударов, но и от соплей. Картина настолько неприятная, что Женя сплюнул на землю,

- Но боюсь, придётся взять с собой этого гада. Что бы там ни было, а я - не он. Да и пригодится ещё.

- Спасибо, спасибо! - заискивающе глядел на них режиссёр.

- Меня не благодари, - с презрительной усмешкой ответил ведущий.

- Ладно, пойдём. Надо найти безопасное место, чтобы отдохнуть и собраться с мыслями. Будьте предельно осторожны. Заметите что-то подозрительное - сразу громко сообщайте, - предупредил Евгений.


В подъездах было темно, душно и затхло. На этот раз группа перестраховывалась на каждом шагу. Впереди шёл Евгений с палкой наготове. А позади него с камерой на плече и включенной подсветкой медленно ступал Максим. Режиссёр держался за их спинами. Прежде чем двинуться на следующий этаж Женя с Максимом тщательно осматривали каждую стену, каждый угол, но ничего подозрительного не находили за исключением того, что двери в квартиры оказались заперты.

- Собственно говоря, почему им быть открытыми? - шёпотом спросил Максим.

- Мне так казалось, - ответил Евгений.

К этому моменту они обходили уже пятый подъезд и всё так же безрезультатно.

- Чёрт, в животе-то как урчит… - пожаловался Максим.

- Да, пожрать не помешало бы, - согласился Евгений. - Но для этого, нам придётся попасть внутрь.

- Ты уверен, что это обязательно?

- Уверен.

- Может, попробуете вышибить дверь? - робко предложил режиссёр.

- Лучше не шуметь, - отмёл этот вариант Евгений. - У меня есть другая идея. Посвети.

Он нагнулся возле двери и, порывшись в карманах, достал женскую заколку.

- Её? - догадался Максим.

Женя не ответил. Тема была ему не приятна. Вместо этого он просунул конец заколки в щель замка и стал объяснять,

- Здесь на многих дверях замки реечного типа. В СССР они ещё были распространены, но позже окончательно вытеснились цилиндровыми. И вот, почему: его может вскрыть даже школьник.

При этих словах замок щёлкнул, и дверь отворилась.

Максим восхищённо присвистнул,

- Богатое у тебя прошлое.


Их поразила даже не сама обстановка советских реалий: стандартное расположение комнат, грубые в своей простоте формы мебели и отсутствие современной техники. Их поразило то, что квартира выглядела так, будто хозяева совсем недавно покинули её. В полутьме подъезда трудно было заметить, но здесь Евгений явственно ощутил, что тревожит его мысли: отсутствие грязи, даже пыли.

Но сейчас он отмёл их. Главное, что здесь было безопасно. А в буфете они нашли целый склад консервов.

В коридоре на вешалке висел капитанский китель, а на обувном шкафу лежала пустая кобура от пистолета. Женя тщательно обыскал все полки, но так и не обнаружил оружия. Очень жаль. Подумал он. Но сейчас не до того. Сейчас нужно поесть, отдохнуть и снова собраться с мыслями.

Они набросились на еду, как голодные волки, жадно беря в рот большие куски тушёнки. Вода и электричество отсутствовали, но Максим нашёл канистры с водой на полу там же на кухне.

- Кажется, родниковая, - сказал он, отпивая из чашки большими глотками.

Затем налил остальным.

Когда все наелись и напились, остро захотелось спать.

- А вообще мы глупость совершили, - сказал Евгений, массируя виски пальцами.

Похмелье упорно не желало отпускать его.

- Какую? - испугался Эдуард.

- Мы ведь не знаем, пригодны ли эти консервы в пищу…

- А что с ними может быть не так? - удивился Максим.

Эдуард откашлялся и привычным деловым тоном произнёс,

- У нас был один сюжет про запрещённые химикаты в продуктах…

- Знаем, знаем… Бла-бла-бла… Может, ты уже заткнёшься?

Режиссёр надулся и покраснел, но замолчал.

- Я не знаю, что с ними может быть не так. Но пока мы не разобрались, где находимся, ни в чём нельзя быть уверенным, - пояснил Женя.

- Расслабься. У нас не было выбора. Не помирать же с голоду, в самом деле?

Женя не стал развивать с Максимом эту тему. Он встал, порылся в кухонном столе и достал оттуда длинный нож для мяса, а два поменьше спрятал в карманы куртки.

- Тут две комнаты. Запрёмся в большой. Там двуспальная кровать. Я дежурю первым. Через четыре часа меняемся.


Режиссёр громко храпел, но Максим измотался за день настолько, что заснул быстрее, чем успел растолкать Эдуарда.

Женя сидел возле окна на стуле и в тусклом свете неизменного преддождевого неба аккуратно крепил к концам палок найденные ножи. К его удачи в коридоре обнаружился целый ящик инструментов, в котором находилась пригодившаяся сейчас верёвка.

Он закончил третье копьё и взглянул на часы на телефоне. Прошёл всего лишь час. От нечего делать, набрал номер. Её номер. Всё так же без ответа.

А может быть, ему тогда показалось? Может, это был не её голос? Тогда чей? Очередного призрака? Но нет… Она узнала его, она назвала его имя…

Или ничего из этого не было? Просто им всем померещился телефонный звонок на тот свет. А если так, не мерещится ли ему происходящее сейчас? Возможно, он всё-таки заснул той ночью, и не было никакого звонка от Вадима. И сейчас Женя спит, в алкогольном бреду путешествуя по выдуманному миру. А садик был такой реальный… Прям, как тогда, когда он увидел его впервые…


- Зачем ты привела меня в это жуткое место?

Таня не произнесла ни слова за последние полчаса, и всё же по одному виду сгоревшего детского сада стало понятно, что здесь произошло нечто ужасное.

- Я хотела, чтобы ты увидел то, о чём я тебе говорила. Увидел своими глазами. Ну что же ты?

- Я… Для чего? Я не пойду внутрь.

Она замерла прямо под надписью Добро пожаловать в детский сад «Янтарь». Чёрт, всё здание чёрное, а буквы алеют, будто вчера выложены.

- Испугался?

- Нет. Просто не хочу.

- Я тебя не виню. Я сама с тех пор ни разу сюда не входила. Всё никак не могла решиться…

Она отошла от пустого дверного проёма и села на ветхую деревянную скамейку. Я сел рядом и обнял её за плечи.

- Что тебя тревожит?

- Ах, да… Я обещала рассказать…

Таня тяжело вздохнула, глаза её предательски заблестели… Мне показалось, что она заплачет. Но нет. Она сдержалась. Она всегда была сильной, даже рядом со мной. Наверное, поэтому не хотела принимать мою помощь. Ей было проще уйти, пропасть, чем признаться в слабости.

- Когда-то давно… Семнадцать лет назад… Здесь был пожар…

И всё же, длинные паузы выдавали её волнение. Наконец она взяла себя в руки и продолжила.

- Это произошло зимой в канун Нового Года, как раз во время праздничного утренника. В тот день погибли все, кроме меня и отца.

- Если ты не хочешь, ты не должна об этом…

- Не успокаивай меня! Ты спрашивал, так слушай! В тот проклятый день я потеряла мать и сестру! Я должна была погибнуть вместе со всеми, но случилось так, что я неожиданно заболела. А отец задержался, чтобы отвести меня к врачу. Но самое плохое… Самое плохое, что у них даже не было могил… Потому что эти чёртовы пожарные ни нашли ни одного тела! Ты понимаешь? Никаких сгоревших останков внутри!

Она вновь замолчала, проглатывая ком в горле. Я не решился прервать её рассказ.

- Я верила, что они живы. Даже отец не смог меня разубедить. И тогда я пообещала себе, что не уеду отсюда, пока не дождусь их возвращения. Теперь я понимаю, насколько глупа была… Скорее всего тела втайне уничтожили или похоронили в другом месте, чтобы скрыть улики. Ведь отчего-то же садик загорелся!

- Твой отец, он…

- Умер. Несколько лет назад. Ему было больно смотреть, как я прихожу сюда каждый год в День Рождения сестры, чтобы оставить цветы… Теперь ты знаешь всё. Что ты скажешь?

- Скажу, что ты всё равно мне нужна. А прошлое, лучше оставить в прошлом. Твоя сестра действительно жива. Она всегда рядом с тобой, пока ты помнишь и любишь её, не важно, где ты находишься…

- Ты ничего не понял…

И всё-таки она заплакала.


Из забытья его вывел шёпот. Взглянув на часы, Женя отметил, что уже без четверти двенадцать. Четыре часа пролетели, как один. Ровно в полночь закончится этот кошмарный день, и он заснёт. Или проснётся. Зависит от того, спит ли он сейчас.

Шёпот повторился, и на этот раз Евгений уже не был уверен, что ему померещилось.

- Макс, - позвал он негромко.

Но ведущий крепко спал. А рядом сопел режиссёр.

Вначале звук был похож на тихий шелест прибоя или шуршание мыши в норе. Так мерно падают песчинки в песочных часах: одна за одной. Затем из едва уловимого звук превратился в настойчивый, и теперь он ощущался в ушах неприятным непроходящим сочетанием гула и шороха. Женя даже смог различить отдельные голоса. Что они говорили, он не понимал, но общий мотив, пугающий и резкий, заставил подскочить ассистента. Схватившись за самодельное копьё, он позвал своих спутников достаточно громко, чтобы те пробудились.

- Ну чего? - продрал глаза сонный режиссёр.

Евгений приложил палец к губам и жестами подозвал людей к себе. Максим первым сообразил, что дело не ладно, и вмиг сбросив сонливость, подхватил с пола второе копье. Третье Женя протянул режиссёру. Он без вопросов взял, хотя и не понимая ещё до конца причины пробуждения.

- Ничего не слышите? - спросил ассистент, выглянув в окно - пейзаж на улице оставался неизменным.

Режиссёр помотал головой.

- А ты?

Максим не спешил отвечать. Он ещё несколько секунд прислушивался, затем пожал плечами.

- Ладно. Видать, померещилось. В любом случае пора вставать. Как я и говорил, следующим дежурит…

- Слышу, - вдруг перебил Женю Эдуард.

- Что? - снова напрягся ассистент.

- Кажется… Как-будто мышь скребётся…

- Я тоже начинаю что-то слышать, - признался ведущий.

Женя помрачнел. Он вспомнил об оставленных консервах на кухне. Как не предусмотрительно с его стороны было не сложить их заранее в какую-нибудь сумку или рюкзак. Если сейчас придётся срочно бежать, то они останутся без еды.

- Откуда звук исходит, можете определить?

Режиссёр неуверенно показал пальцем в сторону прихожей.

- Максим?

- Оттуда же, - ответил Жене ведущий.

Дело принимало самый плохой оборот. Мало того, что звук усиливался, Жене на миг показалось, что полумрак в коридоре сгустился, словно обретая ощутимую плотность. Он бросился к окну и рывком распахнул его. Третий этаж. Прыгать - опасно.

- Несите постельное бельё, - резко скомандовал ассистент.

Макс без вопросов кинулся к кровати, на которой они только что спали, и одним махом стащил постель вместе с покрывалом. Женя торопливо принялся скручивать простыни и вязать узлы.

- Вы что? Вы хотите спускаться на этом?! - обалдел режиссёр.

- У тебя есть другие варианты? - спросил ассистент.

Режиссёр подскочил к окну, взглянул вниз и тут же сообразил,

- Можно перелезть на соседний балкон. А с него или попасть в квартиру и выйти по лестнице, или спуститься на нижний балкон. А дальше рядом будет карниз.

Женя, не отвечая, продолжал сосредоточенно вязать узлы. Максим принялся ему помогать.

- Ну чего вы молчите?! - не выдержал Эдуард.

- Ты разобьёшься, когда будешь пытаться допрыгнуть до балкона, - в привычной спокойной манере объяснил Евгений. - Хотя, впрочем, дело твоё.

- Я вообще никуда прыгать не собираюсь - я высоты боюсь!

Максим взглянул на растерянного режиссёра и ехидно осклабился,

- Тогда выбирай, чего ты боишься больше.

К тому времени в коридоре уже явно происходило нечто странное. Тьма не просто сгустилась, она стала осязаемой и рельефной. У входа в комнату шевелились тени силуэтами отдалённо напоминающими людей. Они изгибались и вились, как языки чёрного пламени. Переплетались друг с другом и медленно, но уверенно пересекали порог комнаты.

Но страшнее всего был шёпот. Исходящий от теней, он настойчиво лез в уши, то жалостливый, то меняющий интонацию на требовательную и угрожающую. Словно хор из тысячи неуверенных ропщущих заключённых, приговорённых к смерти. Они начинали фразы, но смолкали на полуслове, и их подхватывала следующая партия голосов. От этого стали болеть уши и раскалываться голова.

Максим не выдержал первым. Он согнулся пополам и сжал виски ладонями,

- Замолчите! Замолчите! Я всё равно вас не понимаю!

Женя как раз в это время привязывал импровизированную верёвку к деревянной форточной раме посередине окна. Внизу чернел рубероид козырька подъезда. Первым делом скинув туда копья, он растолкал ведущего,

- Макс, вставай. Ты идёшь первым.

Секунду Максим был в ступоре, тупо глядя на трясущего его ассистента, но потом пришёл в себя.

- Я? А, да… Хорошо.

Он поднялся, схватился за верёвку, перешагнул через раму и чуть не свалился, чудом удержавшись, когда правая рука соскользнула.

- Аккуратней, - попросил Женя, подхватывая его.

- Всё в порядке.

Когда Максим спустился, половина комнаты уже была отвоёвана надвигающимися тенями. Шёпот теперь не казался. Он бил в уши, как рёв реактивного самолёта. Евгений сам едва удерживался от того, чтобы не впасть в панику, как ведущий, минутой назад согнувшийся пополам, закрывая уши ладонями. Но он отлично понимал, что принцип страуса, сунувшего голову в песок, здесь не поможет.

- Эдуард, теперь ты. Эдуард?!

Режиссёр стоял, как соляной столб или памятник самого себя. Даже не моргая и почти не дыша. Евгений силой потянул его к верёвке, и только когда руки Эдуарда легли на неё, он понял, что от него хотят.

Наконец, настала очередь Жени. Тени теперь приближались вплотную к окну. Одно из них вытянуло что-то наподобие руки и коснулось ассистента. Он ничего не почувствовал, но быстро перемахнул через раму и полез вниз. Когда до карниза оставалось два метра, верёвка оборвалась. К счастью, падающего ассистента подхватил уже пришедший в себя Максим.

- Что это с твоей курткой? - спросил он, поднимая Женю на ноги.

- А что не так?

- Сам погляди.

Женя недоумённо стащил её с себя и только сейчас заметил, что со стороны спины отсутствует приличный кусок ткани.

- Похоже на…

- Это рука, - перебил Максима режиссёр.

В самом деле. Будто кто-то ножницами по трафарету вырезал из куртки кусок с очертаниями человеческих ладони и пальцев.

Сверху послышался хруст. Взглянув туда, группа обнаружила, что разделительной рамы, к которой они привязывали верёвку, больше не существует. Она просто исчезла. А из окна вьются струящиеся тени. И их чёрная оболочка в буквальном смысле разъедает всё, к чему прикасается.

- Понятно теперь, почему верёвка оборвалась, - задумчиво сказал Женя, одевая обратно куртку.

- Лучше валим отсюда, пока сами не оборвались, - предложил Максим и спрыгнул на асфальт.

Камера была надёжно закреплена ремнём у него за спиной.


- Скажи мне одну вещь, - спросил Максим двадцатью минутами позже.

Они направлялись на север в сторону КПП, и Евгений очень надеялся разжиться там оружием. Он корил себя, что поддался панике тогда в автопарке и вовремя не вспомнил, про военных с автоматами. Вопрос ведущего вывел его из задумчивости.

- Да?

- В яме, когда на Дена напали эти щупальца… Почему ты не убежал сразу, как я предлагал? Ведь мы же там чуть кони не двинули.

- Мы и сейчас чуть кони не двинули, - хмыкнул режиссёр.

- Уткнись. Ты становишься похожим на нашего ворчуна монтажёра. Ну так что, Женя?

- Я хотел понять, с чем мы столкнулись.

- Тебе делать больше нечего кроме, как местную флору с фауной изучать?

- Нужно было понять что это, чтобы знать, как с ним бороться, чего от этого можно ожидать, и как убежать. У нас была небольшая фора по времени - я её использовал. Вот и всё.

Максим некоторое время осмысливал информацию. Затем спросил,

- У тебя аналитический ум. На кой ляд на телевидение подался? Тоже славы захотелось?

- Нет, - усмехнулся Евгений. - Собирался сначала на инженера высокотехнологических систем поступать. Но, так уж вышло, что обещал отцу продолжить семейную династию.

- Он у тебя, что, режиссёр?

- Не совсем. Журналист. Т.е. был журналистом. В девяностых его застрелили - слишком много правды в его передачах звучало.

- Хм. Прямо как… Постой… А твой отец не тот ли самый Бурлаков из «еженедельных хроник»?

- Он самый.

Максим присвистнул. Отец Евгения был хорошо известен не только ему, но и всякому, кто в те времена хоть иногда включал телевизор. Затем вдруг спросил,

- Как похмелье? Прошло?

- Вроде, да. После того шёпота.

- Да, мозги прочищает… - подтвердил ведущий и засмеялся.

- Пришли, - объявил Женя, и они остановились.


Здание КПП не просто пустовало. Внутри всё было выметено подчистую. Если в квартире группу не покидало ощущение, что хозяева только что ушли и вот-вот вернутся, то здесь казалось, что перед уходом они забрали последние, даже самые ненужные вещи.

- Чего хмуришься? - спросил Женю Максим.

- Здесь явно кто-то был.

- То-то я автоматов не вижу.

Евгений ещё раз осмотрел пустую комнату и присел на старый советский табурет.

- Вы что, серьёзно? - спросил Эдуард. - Здесь есть люди кроме нас? Значит, мы спасены?

- Не факт, - засомневался Максим. - Здесь много чего есть кроме нас, и не всякое из этого ведёт к спасению.

- Возможно, они прошли здесь давно. Я не видел признаков присутствия живых людей по пути, - размышлял вслух Евгений.

- А, возможно, это твоя подруга, - напомнил ему Максим.

Евгений бросил на него испепеляющий взгляд, но ответил сдержанно,

- Возможно. Вот только вряд ли ей придутся по размеру мужские шинели и сапоги - шкафчики тоже пусты. Я заметил в этом мире интересную особенность: все вещи здесь из прошлого, и многие из них ничуть не постарели. По непонятным мне причинам так же напрочь отсутствует пыль. А это усложняет задачу.

- Причём здесь пыль? - не понял Эдуард.

- Если бы была пыль, и они бы пришли недавно, то мы бы заметили это. В некоторых местах она была бы стёрта, а в некоторых сохранена в несколько слоёв.

- Логично, - признал Максим. - Но, так как пыли нет, и нам этого не узнать, нужно определиться, куда идти дальше.

- Оружие можно поискать в других…

- В квартиры я не вернусь ни за что! - перебил его ведущий.

Режиссёр согласно закивал. Глядя на их побледневшие лица, Женя предложил,

- Тогда, возможно, нам стоит осмотреться и хорошенько изучить округу.


- Почему бы нам не уехать на машине? - предложил Эдуард, когда они проходили мимо припаркованных на стоянке автомобилей.

- Куда? - не понял Максим.

- Помнишь серию про параллельные реальности, что мы снимали?

- Историю с девушками в парке?

- Что за история? - заинтересовался Женя.

Они остановились.

- В 1901 году, - начал режиссёр энциклопедическим тоном, - две выпускницы оксфордского университета, весьма уважаемые педагоги, прогуливались по парку в Версале, когда пейзаж вокруг них стал стремительно меняться. Вокруг появились люди в одежде восемнадцатого века, а придя в сад, они обнаружили аристократического вида леди, в которой признали Марию Антуанетту - королеву Франции, казнённую на гильотине более чем за сто лет до того.

- Хм… - задумался ассистент. - Выходит, они попали во времена французской революции. Но к чему ты это рассказываешь?

- Они выбрались из своего видения благодаря тому, что продолжали идти вперёд. В какой-то момент пейзаж снова поменялся. Вернувшись обратно - они застали уже прежний обычный парк.

- Думаешь, если свалим отсюда на машине, то спасёмся? - догадался Максим. - А ничего, что мы попали сюда через портал, а не…

- Мысль интересная, - вдруг оживился Евгений. - Что-то вроде спонтанной телепортации. Но если допустить, что…

Он что-то тихо забормотал себе под нос.

- Эй, мы ещё тут, - позвал Максим.

- Да, да… Я думаю… А Денис… Он ведь рассказывал историю про деда… Так может быть…

- Женя, это была сказка. Такая же, как история про двух училок.

- Значит, мы находимся в сказке, - твёрдо посмотрел на него ассистент.

- А что там с дедом? - спросил Эдуард.

Женя вкратце напомнил ему историю о деде Дениса, попавшем в сожжённую деревню, а потом добавил,

- Возможно… Конечно, это лишь теория… Существуют точки… Как-бы это сказать… перехода в другую реальность или другое время… Не знаю. Я где-то читал, что время и пространство по сути одно и то же, просто мы воспринимаем их раздельно. Короче… Дед Дениса перенёсся в прошлое или вроде того… Главное, что так же, как и те учительницы… Так же, как и мы…

- Вот, о чём я и говорю! - обрадовался Эдуард. - Давайте поступим, как они: просто смотаемся отсюда…

- Однако… - продолжил Женя, - как верно заметил Максим, мы попали сюда через портал. Значит, нет гарантий, что спустя энное количество километров параллельная реальность рассеется. Скорее всего, вернуться мы можем только через него же, хотя я не стал бы отрицать и другие варианты…

- Тогда чего мы ждём? Почему не пробуем?

- По сенсации соскучился? - с едким сочувствием спросил ведущий.

- Я просто пытаюсь выжить! - с нотой истерики возмутился Эдуард.

- Сперва я найду свою девушку, - твёрдо сказал Евгений. - А вы вольны идти, куда захотите.

- С тобой шансы выжить выше, как я уже говорил, - спустя паузу произнёс Максим. - Возможно, наш гениальный шеф захочет отколоться?

- Я… я… - вдруг растерялся режиссёр. - Я никуда не пойду. Я с вами. Вместе!

И тут краем глаза Евгений уловил какое-то неясное движение. Он даже не успел разобрать, что именно вызвало тревогу, а подсознание уже среагировало. С криком Ложись! ассистент повалился на асфальт, ухватив с собой двух спутников. Они нырнули за кузов волги как раз вовремя, чтобы успеть укрыться от прозвучавшего над головой выстрела.


- А вот и те, кто обчистил КПП, - объявил Максим.

- Не похоже. В каптёрке стояли калаши, а это, судя по звуку, охотничья винтовка - определил Евгений.

- Откуда знаешь?

- У деда такая была.

Женя попытался определить точное местоположение нападавших, выглянув из-под машины, но разглядел лишь неясные тени за деревьями.

- Плохо. Стреляют со стороны леса. Но где именно - не понятно.

- Кто это может быть? - спросил напуганный до смерти режиссёр.

Женя пожал плечами,

- Гораздо важнее другой вопрос: сколько их?

- Поясни, - попросил Максим.

- Мы слышали выстрел из одного ствола. Возможно, там всего лишь один человек. А, возможно, группа не успела вовремя сориентироваться и сейчас не хочет зря тратить патроны и выдавать свою огневую позицию. Если второй вариант, то, скорее всего, нас уже окружают.

- Может, попробуем договориться? - взмолился Эдуард. - На кой чёрт мы им сдались?

- Хороший вопрос. Наверное, стоило его задать всем предыдущим тварям, пытавшимся нас сожрать, - съехидничал ведущий.

Вопреки ожиданиям Женя поддержал Эдуарда,

- Попробуем. Надеюсь, там люди.

- Что значит люди?! - ещё больше перепугался режиссёр. - Не имеешь же ты в виду, что по нам могут стрелять…

- Очередные мутанты? - Максим серьёзно волновался, но ему было легче от того, что кто-то переживает ещё сильнее.

- В любом случае у нас нет выбора, - урезонил их Евгений. - С копьями много не навоюешь.

Набрав в лёгкие побольше воздуха, он крикнул,

- Прекратить стрельбу! Мы пришли с миром!


Долгое время никто не отвечал. Женя уже решил, что его затея не удалась, и сейчас их берёт в клещи вражеский отряд.

- Стоило хотя бы попытаться… - с огорчением констатировал он, понимая, что это конец.

- Эй, за машиной! Если хотите жить, выходите по одному на счёт три с поднятыми руками!

Мужской голос слышался со стороны леса. Эдуард облегчённо вздохнул. Всё-таки, люди.

- Нашёл дураков! - крикнул в ответ взбодрившийся Евгений. - Мы вылезем, а ты пальнёшь! Где гарантии?

Он намеренно сказал ты, надеясь, что своим ответом человек покажет, один он или с группой. Но тот оказался хитрее и не поддался на провокацию,

- Ну, тогда сидите там до второго пришествия!

Или не хитрее? Женя лихорадочно соображал. Может, он действительно один? В таком случае это бы всё упрощало. А если группа? С какой стати им открывать карты и пояснять, что их тут много? Позиция у противника в любом случае выгодная, а число его отряда они знают…

- Вот что… - ответил Женя, подумав, - давай: ни тебе, ни мне. Я пойду один, и если всё в порядке - позову своих ребят.

Ему ответили тоже не сразу. При том Евгений успел отметить про себя, что голос явно не молодой, с небольшой старческой хрипотцой. Либо старик, либо мужчина в возрасте. Хотя… Голос тоже часто бывает обманчив. Это он знал не понаслышке. Сразу вспомнились актёры, озвучивавшие западные фильмы, когда голосом молодой героини разговаривала женщина, работавшая на телевидении ещё с советских времён.

- Хорошо. Только руки подними выше и резких движений не делай, а то выстрелю!

После того, как спрятавшийся в кустах стрелок дал согласие, Евгений поднял руки и медленно вышел из-под защиты автомобиля.

Он нервно выдохнул в тот самый момент, когда буквально кожей почувствовал перекрестье оптического прицела у себя на лбу. Одно неосторожное движение, и он труп. Заставив себя не думать об этом, он направился в сторону леса. Надежда. Надежда умирает последней.


Мне опять позвонили с незнакомого номера.

- Алло?

- Женя? Вы ведь парень Тани?

- Вообще-то мы с ней обручены. А с кем я разговариваю?

Из-за смеха и музыки на заднем плане собеседника, или вернее, собеседницу, было слышно плохо.

- Алло!

- Да?

- С кем я говорю?

Послышался треск. Видимо, телефон упал. Затем его подобрали и мне ответили,

- Вы меня, наверное, не помните. Я Алёна, подруга Тани. Мы сейчас в клубе, и она немного перебрала. Вы сможете её забрать?

- Диктуйте адрес.


Я отнёс её бесчувственное тело и уложил на заднее сиденье. Таня была очень пьяна. Она бессвязно бормотала что-то, лезла меня обнимать, а потом, уткнувшись носом в кресло, уснула.

Машина ехала по ночной Москве. Где-то за многоэтажками едва занимался рассвет. В отсветах ночных фонарей в зеркало заднего вида я наблюдал лицо своей возлюбленной. Оно уже не было таким радостным и безмятежным. Где-то между бровей пролегла недавно появившаяся сердитая складка, пространство под глазами побледнело, выдавая долгие проведённые без сна ночи.

Внезапно она очнулась, села прямо и вцепилась руками в разметавшиеся волосы.

- Всё хорошо?

Наши взгляды встретились в отражении.

- А ты как думаешь? - грубо ответила она.

- Думаю, у тебя сильно болит и кружится голова. А ещё не дают покоя рвотные позывы. Сейчас перед твоими глазами всё плывёт, и даже меня ты видишь нечётко.

- Умник, да?

- Я просто хочу помочь тебе.

- Помочь в чём?

- Это уже пятый раз, когда мне звонят незнакомые люди, как правило, кто-то из твоих новоявленных друзей или подруг, и просит тебя забрать. Я понимаю, возможно, ты настолько серьёзно переживаешь переезд, но у нас свадьба через десять дней и…

- Хочешь мораль мне почитать? Нотацию? Может, жизни ещё поучишь? Хватит. От отца натерпелась.

- Таня! Послушай, ну не могу же я спокойно смотреть на то, как ты себя убиваешь... Подумай о своём проекте. Разве зависимость от алкоголя поможет тебе организовать передачу?

- Иди на хрен, остряк недоученный!

Мы почти доехали, но она вдруг попросила,

- Останови у метро.

- Ещё целый час до открытия….

- Просто останови.

Я припарковал свою старенькую тойоту. Задняя дверца распахнулась. Немного покачиваясь, Таня вылезла наружу. Я выскочил следом,

- Вернись. Куда ты идёшь?

- Подальше.

- Подальше от чего?

- Подальше от тебя!

- Таня!

Она горько усмехнулась,

- Ты достал меня своими нравоучениями. Я слишком плохая для тебя. Тебе нужна принцесса из мира грёз, но это - не я. Твои слюнявые речи о том, какой сказочной и прекрасной я показалась тебе в наши первые встречи… Пойми, всё это чушь. Нет ничего…

- Как это нет? Есть мы…

- Идиот. Счастливый идиот. Нет, знаешь, я беру свои слова обратно. Я обычный человек. Это ты слишком хорош. Поначалу, я решила, будто ты прикидываешься. Будто это амплуа у тебя такое рыцарское. Ну, знаешь, чтоб девчонки липли. Потом я удивилась, когда поняла, что ты всерьёз такой. Честно… Я даже не собиралась с тобой встречаться… Думала, так… На один раз… Когда ты помог мне с работой, я решила, будто ты лох. Очередной лох, которого легко развести. Но ещё позже я увидела, как ты всех строишь в этом своём аналитическом ток шоу… Хах… Начальник из тебя тот ещё…. Но люди слушаются. В конце концов, мне стало понятно, что ты не лох и не подлец. Ты - идеалист. Живёшь в своём розовом мире правильных понятий и думаешь, что все такие же… Но это не так. Чёрт, да я думаю, ты единственный и уникальный в своём роде… Эдакий вымирающий вид из красной книги…

- Успокойся, ты пьяна… - попытался урезонить я её, хотя сердце разрывалось на части.

- Пьяна, - подтвердила Таня. - Поэтому могу сказать правду. Не люблю я тебя. Никогда не любила.

Она достала сигарету и закурила,

- Что? Не нравится? Принцессы не курят и не пьют - вот твои понятия. Ты думал, это я от нервов начала… Ха-ха-ха…

Она закашлялась.

- К твоему сведению я курю с пятого класса.

Я стоял рядом и был не в силах ни обнять её, прижав к себе, ни уйти. До того больно стало в груди, что парализовало всё тело.

- Не нужна я тебе, Жень… Прости, но это правда. Не подходим друг другу. Тебе нужна такая же дурочка, как ты сам, чтобы верила в вечную любовь из Шекспировских пьес. Ты - Ромео, но увы… Я - не Джульетта…

Уже более уверенным шагом Таня отошла от меня. Кажется, разговор отрезвил её.

- Куда ты? Стой… - неуверенно позвал я.

- Ухожу. Да, чуть не забыла…

Она сняла с пальца кольцо с бриллиантом, подаренное на помолвку и оставила его на крыше автомобиля.

- Прощай. Прости, если сможешь…

Оглушённый я ещё долго стоял неподвижно, растерянно сжимая в руке золотое кольцо. Даже когда её шаги окончательно стихи за поворотом, я не мог оторваться и перевести взгляд. Всё казалось, будто это глупая шутка, и Таня сейчас вернётся. А вместе с ней вернётся прежняя её улыбка на лице, озорные зелёные глаза и весёлый радостный смех. Она закричит Разыграли! А ты попался! и поцелует меня. И мы поедем домой в нашу новую квартиру, которую я смог приобрести, лишь продав старую отцовскую. И всё будет хорошо. Обязательно будет, потому что обычно так и бывает. Ведь люди не могут встретиться, полюбить друг друга и просто так разойтись…. Не могут…

Но Таня так и не появилась. Даже когда окончательно рассвело. Она не шутила.

Всё ещё полностью не осознавая происходящего, как зомби, я сел в автомобиль, завёл мотор и нажал педаль газа. Я не знал, что больше в нашей квартире Таня не появится никогда.


- Руки не опускать! - гаркнул голос из зарослей, когда Женя слегка наклонил их.

Он сделал это специально, чтобы определить по звуку, где находится стрелок, а заодно и его реакцию. Позиция стрелка осталась прежней. Значит ли это, что он один?

- Стой, - сказали уже совсем близко.

Женя остановился, а из-за широкого дуба показался бородач в камуфляжной горке, разгрузке и с длинной винтовкой с оптическим прицелом, направленной ассистенту в грудь.

- Ну, мужик, не нервничай, мы же договорились… - на всякий случай осадил его Женя.

В ответ на это дед лишь заулыбался себе в усы,

- Я-то не нервничаю. А вот ты, похоже, что-то скрываешь…

На вид лет шестьдесят. Определил для себя Женя. Далеко не глупый - сразу видно. Если что, выстрелит без долгих раздумий и сожалений. Но военной выправки в нём не чувствуется… А камуфляж добротный… Интересно, где подобрал?

- Мне скрывать нечего, - просто и прямо ответил ассистент.

- Ну, раз нечего, назовись тогда. Имя, отчество, год рождения….

- Бурлаков Евгений Валерьевич. Семьдесят шестого я.

- Бурлаков… - словно пробуя фамилию на вкус, произнёс стрелок. - Знавал я одного Бурлакова. Кажется, как раз Валерой звали. Принципиальный был мужик. Это не тот журналист, что про наш противоракетный объект репортаж самый первый делал?

- Насчёт объекта не знаю, - пожал плечами Женя. - Но мой отец был журналистом.

- Был… Почему был?

- Убили его. В девяностых…

- А вы из какого года явились?

- Две тысячи седьмого.

Дед молчал, нахмурившись, затем кашлянул себе в бороду и опустил ружьё,

- Вот как выходит… Видимо, вы мне и нужны.

- Нужны для чего? - осторожно поинтересовался ассистент и сделал шаг вперёд.

Дед встрепенулся и вновь вскинул винтовку,

- Девушку твою как зовут? - требовательно заорал он. - Отвечай, не то пулю словишь!

- Женя, ты цел? - послышался оклик далеко позади из-за машины.

- Цел! - уверенно крикнул Женя, не оборачиваясь, а затем уже тише, обращаясь к деду,

- Проверяете, да?

- Имя!

- Озёрова Татьяна Михайловна. Восемьдесят четвёртый год рождения.

- День рождения!

- Что?

- День рождения у неё когда?!

- Пятое апреля. Довольны?

- Вполне, - Дед снова усмехнулся.

- Раз так, может, тоже представитесь? А заодно расскажете, откуда знаете про мою девушку…

- Расскажу-расскажу. Только некогда. Зови своих, по дороге всё объясню.


Деда звали Павлом Афанасьевичем, но он попросил звать его просто Пашей. И всё же, согласившись с такой фамильярностью, никто не решился обращаться к нему на ты. Даже нагловатый Максим и то уважительно помалкивал. Впрочем, пока шли активные расспросы, он был больше занят обтиркой куртки, которую ненароком испачкал в грязи, когда прятался за машиной.

- Так вы тут совсем один? - поинтересовался режиссёр.

- Вот уже двадцатый год до недавнего времени…

- Как же вы сумели выжить в одиночку?

Дед с хитрецой посмотрел на него,

- Возьми, да расскажи тебе всё. Как, как… Поживёшь годик другой, узнаешь…

Режиссёр сразу притих. Перспектива остаться здесь жить его не прельщала.

- Почему стреляли в нас? - спросил Женя, думая о своём.

- Принял за ходунов.

- Ходунов?

- Что? Не видел никогда? Вы, поди, тут недавно…

- А вы расскажите, - предложил Эдуард.

- Как вы такие любопытные выжить сумели? - на этот раз удивился дед Паша.

- Именно потому, что любопытные, - ответил за всех Женя.

- Ну, хорошо… Ходуны - это копии… Что-то вроде имитации живого человека.

Группа испуганно переглянулась. Каждый вспомнил погибшего в подвале Дениса, превращённого чёрными щупальцами в жуткую человеческую куклу.

- Выглядят они точь-в-точь, как мы, - продолжал дед Паша, - только разговаривать не умеют.

- Зачем же палили в нас, когда мы заговорили?! - искренне негодовал Эдуард.

Дед посмотрел на него, как на дурачка,

- Вот вы выжили, потому что любопытные. А я - потому что осторожный.

- Чем чревата встреча с этими ходунами? - спросил Женя.

- Ничем хорошим. Уж поверь. Лучше их издали расстреливать или обходить.

- Угу. Как вы нас обошли, - хмыкнул молчавший до того Максим.

- А что я? Я вас и хотел обойти, так вы ж меня заметили… А если ходуны вас взглядом зацепили, то будьте уверены, до самой смерти не отстанут. Не важно, их или вашей.

Женя вспомнил, что и в правду, он бросал подозрительные взгляды на лес, хотя опасности там и не заметил. Его больше беспокоило повторное появление собак.

- Ну, вот, мы и дома, - объявил дед.


Они дошли до неприметной землянки. Внутри оказалось, хотя и тесно, но уютно. Землянка была трёхкомнатной, дополнительно укреплённой брёвнами. В первой комнате находилась старая жестяная буржуйка, низкий дощатый столик с масляной лампой, пара стульев и кровать. Во второй что-то вроде склада: куча полок, ящиков, сумок, снаряжения и еды. В третьей дизельный электрогенератор и ванная комната.

Пока вскипал чайник, дед внимательно выслушал их короткую историю, иногда вздыхая, цокая или одобрительно хмыкая. Впрочем, о самых жарких моментах, ассистент предпочёл умолчать. Затем, угощая их свежезаваренным чаем с печеньем, дед принялся рассказывать свою историю,

- Я тут с восемьдесят седьмого года торчу. Как начался пожар в садике… Ох, что было… Огонь, давка… Люди кричат, бегут… Я нескольким с пола помог подняться, кому успел… Зал уже догорал, когда мы к выходу ринулись. Глядь, а там лежит человек без сознания. Сергей Алексеевич. Это мы потом познакомились… А тогда я только его на руки поднять и успел… Толпа нас буквально вытолкнула наружу… Очнулся… Лежу на земле, рядом Сергей - в себя приходит уже…

Дед тяжело вздохнул. Достал откуда-то из ящика возле печки водку. Разлил её по извлечённым оттуда же стаканам и надтреснутым голосом предложил,

- Давайте, не чокаясь. Раз эту тему подняли. Надо бы помянуть их. Эх, столько людей полегло…

Жидкость обожгла горло. Эдуард закашлялся. Максим усмехнулся глядя на него. А Женя, как и его спутники, почувствовал себя легче, расслабленней. Главное - сказал он себе - не увлекаться.

- Ну так вот, - продолжил дед после тяжёлой паузы, - Я то простым строителем сюда приехал, а Серёжа инженером-электронщиком был, что объект-то наш налаживал. Умнейшая голова, профессор, царство ему небесное!

Разлив ещё по сто грамм, он начал переходить к главному,

- Серёжа тут всё изучал, схемы рисовал, к порталу этому проклятому постоянно мотался… Вроде как даже нашёл способ выбраться отсюда, но… Обнаружили наше первое убежище волки. Так бы ничего, отсиделись, но они его гипнозом своим наружу вывели и там сожрали… Не смог помочь… Сам еле очухался в паре метров от люка. Потом старую землянку я бросил, а новую построил здесь. На эту сторону волки не суются.

- Почему? - спросил Женя.

- Великанов боятся. Они друг с другом вроде как не ладят.

- ВЕЛИКАНОВ?! - обомлел режиссёр. - Что же мы тут сидим?!

- Успокойся. Мелочь вроде нас им не интересна, за исключением волков.

- А что? - одобрил Максим. - Землянка - хороший вариант. Получше, чем квартира....

- Квартира? Вы были в квартирах?! - Дед чуть не поперхнулся.

Евгений кивнул.

- Ой, дураки… Как вас там не сцапали?

Женя молча снял куртку и показал след в виде руки, оставленный призраком.

Паша зацокал языком, выматерился и добавил что-то вроде «Спаси и сохрани».

- Хоть в другие строения не заходить ума вам хватило?

- Мы потеряли одного человека в автопарке.

Бледный дед уже просто качал головой, не в силах это прокомментировать. А Женя вдруг вспомнил тянущиеся к нему руки Дениса, который Денисом уже не являлся. «Не таких ли существ дед называет ходунами?» - спросил он сам себя.

- Ладно, - прервал поток его мыслей дед. - Девушка твоя Таня… Она была здесь.

Женю как током ударило. Он сразу весь напрягся и превратился в слух.

- Но только нет её сейчас тут. Да и в живых скорее всего нет…

- Как нет?! - возмутился Евгений.

- Не кричи. Выслушай. Она появилась почти месяц назад. Встретил её случайно… В общем, поселил у себя, заботился. А часов десять назад… У неё телефон был такой странный… Беспроводной.

- Сотовый, - подсказал Максим.

- Ага. Кажется, так она его называла. Она сказала, что услышала в нём тебя. Я ей стал объяснять, что это духи. Покойный Сергей Алексеевич ещё когда рацию налаживать пытался, поймал их голоса. Она не поверила. Говорит, ты настоящий, и она найдёт тебя. Схватила карабин и убежала. Я за ней кинулся, а она дверь снаружи подпёрла... Чтобы мне, значит, не рисковать. А мне что за риск? И так уже старый. В общем, пока выбрался, пока то сё… Время упущено… Искал её искал… Даже к садику ходил. Никого. Возвращался, и тут на вас набрёл… Подумал, что с вами она… А когда не обнаружил, решил вернуться, проверить, вдруг сама уже вернулась…

Тяжёлый вздох деда Паши был гораздо красноречивей его мрачных мыслей.

Женя же, напротив, напрягся.

- Это всё? - спросил он.

- Всё, - подтвердил дед.

- С нами пойдёте?

- Жень, она скорее всего уже…

- Нам понадобится проводник, чтобы добраться до вашей старой землянки

- На кой ляд она тебе сдалась? - спросил Максим и осёкся под гневным взглядом ассистента.

- Пойду, пойду. Куда-ж я денусь…. Только ты…

- Таня жива. И мы её найдём. Ясно?

Все присутствующие нерешительно закивали.

- А раз ясно, тогда давайте определимся со снаряжением.


- Что это вы мне даёте? - не сразу сообразил Максим.

- Сайга, - спокойно объяснил дед. - Почти копия автомата Калашникова, только стреляет одиночными.

- Ему не нужно, - твёрдо сказал ведущий, когда увидел, как дед достаёт ещё один карабин для режиссёра.

- Почему бы тогда не взять калаши? Я видел, у вас в подсобке они стоят, - соврал Евгений.

- Нет у меня калашей. А если ты за те говоришь, что мы с Серёжей с КПП забрали, то они в старой землянке остались.

- Что, автоматическое оружие не жалуете?

Дед вопрос проигнорировал. Они были почти собраны, и вместе с оружием получили два разгрузочных жилета, таких же, как у деда, запасные магазины к оружию и патроны. Лично Евгению дед дополнительно вручил осколочную гранату.

- Что у тебя с курткой? - спросил Евгений.

Макс отложил в сторону жилет, который он собирался одеть и снял куртку. Сзади она вся оказалась покрыта плесенью.

- Чёрт. Вроде же отряхивал… Да когда за машиной прятались, влез в какую-то грязь…

Он торопливо отряхнул зеленоватую плесень и натянул жилет.

- Автоматы не стреляют, - вдруг ответил дед на вопрос Жени и разложил на столе карту.

В правом верхнем её углу Женя прочитал надпись «Секретно».

- Мы находимся вот здесь, - дед упёр палец в бумагу. - Старая землянка в пятистах метрах к востоку от детского сада. Вот тут. Удобнее всего к ней подойти по лесу. Сам городок и дома лучше обходить. Ясно?

Все молчали. И лишь Эдуард задал запоздалый вопрос,

- Как это не стреляют?

Дед обвёл всех присутствующих взглядом исподлобья,

- Вы ведь так и не поняли, где находитесь, верно?

От его деревенской манеры разговора и глуповатого выражения лица не осталось и следа. Переход был резким. Женя улыбнулся уголками рта, найдя подтверждение своей догадки. И сказал,

- Не знаем. Но надеемся, что вы, Сергей Алексеевич, нам расскажете.


- Умный, - кивнул дед. - Ты тут самый умный среди всех. Поэтому и главный. Когда раскусил меня?

- Сразу. Вы ведь строителем представились, а землянка, хоть и добротно, но с огрехами возведена. Выправка у вас не армейская, а человек вроде вас, без высшего образования в СССР просто обязан был отслужить в армии.

Дед покачал головой,

- Верно. К тебе я тоже не до конца серьёзно отнёсся. Да и не талантлив я в актёрском ремесле.

Все остальные ахнули.

- Так что же, вы и есть тот профессор? - сообразил Эдуард. - А Павла Афанасьевича зачем выдумали?

- Не выдумал, - холодно ответил Сергей. - Только это он погиб девятнадцать лет назад, а не я…

- И вы знаете, как отсюда выбраться? - с надеждой спросил Эдуард.

- Предположительно. Но записи с данными я оставил в старой землянке. А без них мне не рассчитать время открытия нужного прохода.

- Вы имеете в виду цикл? - догадался Женя.

- Да. Только кидая камни, ты и представить себе не мог, насколько сложный алгоритм имеет переменная портала. У меня ушёл год, чтобы его рассчитать. Если шагнуть и ошибиться хотя бы на секунду, можно оказаться в открытом космосе или планете, наполненной ядовитым газом или раскалённой лавой.

- Да, но зачем вы тогда их там оставили, старый идиот? - не сдержался Максим.

Дед недобро посмотрел на него, но отвечать агрессией не стал, а вместо этого тяжко вздохнул,

- Потому что для меня обратный путь закрыт.

Он задрал свитер и продемонстрировал дыру от пули в груди на том месте, где должно было располагаться сердце. Не было ни крови, ни признаков заживления раны. Просто ссохшаяся плоть и белеющие внутри кости.

Не смотря на шок, Женя начал догадываться, зачем дед притворялся что пил, а сам лишь смочил губы в водке.

- Что это за хрень такая? - выдавил из себя ведущий.

Дед опустил свитер и присел,

- Видимо, мне придётся рассказать вам свою историю…


Когда Сергей пришёл в себя, то на фоне вечереющего неба увидел едва знакомое лицо. Кажется, этот работяга стоял во втором ряду, когда всё началось. Припомнил он и тут же закашлялся, сплёвывая кровь от пораненной изнутри скулы на свежевыпавший снег.

- Давайте руку, помогу… - пробасили сверху, и Сергей почувствовал крепкую хватку вокруг своего плеча.

Рывок, и он оказался на ногах. Оглядевшись, он увидел, как полыхает садик.

- А остальные? - спросил Сергей охрипшим от волнения голосом.

Ныл вывихнутый сустав в ноге, болела оттоптанная рука, кружилась голова, и где-то в давке он обронил свои очки. В свои шестьдесят три года он никак не ожидал нарваться на такое «приключение».

- Только мы с вами. Вас, кажется, Сергей Алексеевич зовут? А меня Павел Афанасьевич. Можно просто Паша. Моя дочь вместе с вашей внучкой ходят… - Тут здоровяк поперхнулся от подступающих слёз, - Ходили в одну группу…

Сергей ещё раз оглядел его. Простой рабочий парень в помятом свитере и тёплых валенках. Лет тридцати пяти - сорока. Выпивает, наверное, иногда, но руки натружены, все в мозолях. Наверняка, сам из деревни. Сейчас таких много привлекли - сдать-то городок в срок начальство не успевает.

- Ну, ну… - попытался успокоить его Сергей, положа руку на плечо. - Молодой человек, возьмите себя в руки…

И сам осёкся и обмяк. Ходили… Это слово так отчётливо прозвучало в мозгу, будто его прозвонили тысячи колоколов сотен храмов. Ходили…

- Дашенька моя… - он согнулся пополам и заплакал.

После той автомобильной аварии, когда трёхлетняя Даша лишилась своих родителей, а он единственного сына, он не переставал беспокоиться за неё. Заботился, воспитывал, берёг как мог. И теперь…

Он вспомнил всё. Ярко вспыхнувшую иллюминацию, которой в этом году было слишком много. Бегущих к выходу людей. Себя растерянно кричащего имя внучки. И как толпа безжалостно несла его к выходу, а потом, ударив головой об стенку, вдавила в пол и опрокинулась сверху наступающим цунами.

Сергей согнулся, закрыл лицо ладонями и мелко затрясся, пытаясь унять рыдание.

Он не помнил, сколько прошло времени. Очнулся от того, что кто-то настоятельно пытался поставить его на ноги.

- Сергей… Надо вызвать пожарных… Пойдёмте со мной… - предложил всё тот же басовитый голос.

- Спасибо, - не зная за что, поблагодарил его профессор и ещё раз повторил, - Спасибо. Как вас зовут, вы сказали?

- Паша.

- Спасибо, Павел. Простите, на меня накатило…

- Я понимаю. Всё это очень тяжело. Но теперь надо идти. До пожарной части отсюда минут двадцать.


Они не нашли пожарных ни через двадцать минут, ни через час, ни спустя год. Практически чудом им удалось несколько раз миновать верную смерть. Профессор, и так находящийся в шоке, решил бы, что у него начались галлюцинации, если бы Павел не видел то же самое. Лес, болота и ни намёка на городок. Всё это материализовалось позже. Сергей не сразу сообразил, что именно произошло, и куда они попали. А когда первые догадки посетили его, и не было нужды заботиться о выживании (Павел, оказался очень умелым плотником и соорудил прекрасную землянку в лесу с продуманным отоплением и бензиновым генератором, а найденное на посту оружие с боекомплектом помогали отбиваться от монстров), тут же принялся за исследование феномена телепорта и поиск пути домой. Из имеющихся на военном складе неподалёку деталей ему удалось соорудить примитивный прибор для измерения электромагнитных полей. ЭВМ тогда ещё работали, как и электричество с аккумуляторами. Ежедневно датчик фиксировал колебания поля вокруг портала, но мощностей слабенького компьютера позаимствованного из военного штаба категорически не хватало для завершения расчётов. Именно тогда, спустя год пребывания в этом мире, Сергей решился на самую рискованную в своей жизни авантюру - отправиться в недра противоракетного объекта, туда, где находился созданный командой учёных, в которой состоял и Сергей, самый продвинутый и мощный ЭВМ в истории человечества: Эльбрус. Он и сейчас вспоминал о том путешествии с содроганием. Вопреки убеждениям и угрозам со стороны Павла, профессор отправился туда один и загрузил данные в центральный процессор. Получив конечные результаты, он, наконец, смог вывести более-менее приемлемую научную теорию. О которой, вернувшись и не подумав, поспешил рассказать Павлу.

Павел очень хотел вернуться. Каждый новый день пребывания в этом мире был для него пыткой. Ведь там, в реальности, его остались ждать жена и престарелая больная мать. Чем дольше он тут оставался, тем более нервным становился. Последние дни до возвращения профессора Павел и так был на взводе. А когда он услышал из уст Сергея Алексеевича его теорию, то ему уже было не важно, что это всего лишь теория, которая до конца ещё не проверена. Для него погас последний лучик надежды и исчез последний смысл выживать в этом чуждом, неприветливом, пластмассовом мире, где снег лежит круглый год, а погода и время суток никогда не меняются. Автоматы ещё были способны стрелять, когда он со скрежетом зажал зубами дульный срез и нажал на спусковой крючок. С тех пор Сергей Алексеевич в ту землянку не возвращался.


Все стихли, погружённые в мыслях в далёкое прошлое. Дед смотрел прямо перед собой, отстранённо, будто сквозь стену. Первым задать вопрос, замерший у всех на устах, решился Евгений,

- И что же вы узнали?

- Этот мир - всего лишь один из бесчисленного множества миров. Просто в нём что-то случилось, что-то пошло не так. Сбой мог произойти из-за чего угодно, например, из-за сильнейшего электромагнитного всплеска.

- Сбой? Так мы находимся в прошлом? - не понял Максим.

- Нет.

- Но как… - начал было Эдуард, но Сергей прервал его,

- Прошлое, будущее - не важно. С точки зрения законов квантовой механики - всё едино.

- А на пальцах объяснить можете? - снова встрял Максим.

- Хорошо, - дед вздохнул. - Если разобрать любого из нас на частицы, то сначала будут молекулы, потом атомы, затем нейтроны, электроны, кварки… Поймите меня правильно: даже не смотря на Парадокс Эйнштейна-Подольского-Розена, нуль-транспортировка считалась невозможной. Но факт доказал обратное. Так что, то, что я вам расскажу, лишь моя теория, и ни более того…

- Ближе к делу, - поторопил Максим.

- Так вот, если каждого из нас разобрать на микрочастицы, можно измерить частоту их колебания. Частота колебаний, это как код или номер определённой квартиры.

- Только под квартирой подразумевается мир, - догадался Женя.

- Не только мир. Даже прошлое и будущее.

А вот этого Евгений не ожидал. Он задумчиво потёр лоб,

- То есть, вы хотите сказать, что будущее - это как параллельный мир.

- Что-то вроде того. Знаете, как на шахматной доске: две ладьи ходят по одной и той же поверхности, но они никогда не сталкиваются друг с другом, потому что одна занимает белые клетки, вторая - чёрные. Миров бесконечное множество и все они на одной доске. Но представьте, что и клеток много. Цвет определённых групп клеток - и есть частота.

- А портал, который мы миновали…

- Да, он всего лишь меняет ваши частоты. Пересаживает с чёрной клетки на белую. Он подвержен циклическим изменениям: исходная частота постоянно скачет. Так что всё зависит от времени прохождения: пройдёте сейчас окажетесь дома, чуть раньше - где-то ещё. Нужно подгадать, когда он перестроится на цвет вашей клетки, т.е. вашей частоты.

Объяснения профессора были торопливыми и сбивчивыми. Он и сам до конца всего не понимал, но говорил увлечённо.

- А что с этим миром? - спросил отвлёкшийся Эдуард.

- А?

- Вы сказали, с ним, что-то не так, произошёл сбой.

- Да… Я думаю, что целостность его структуры была нарушена. Если шахматную доску сильно поцарапать, то в некоторых местах границы между клетками затрутся. Этот мир, он как бы засасывает в себя все остальные через дыры в своём пространстве, червоточины, именуемые порталами. Полный цикл составляет примерно двадцать лет. Когда он подходит к концу мир обновляется.

- Что, значит, обновляется? - заволновался ведущий.

- Это значит, что всё старое затирается новой информацией. Происходит это поэтапно. До недавнего времени все эти годы здесь была зима. И вот с вашим появлением наступила осень. Этот мир угасает и засасывает в себя энергию из других миров. Пока сменилась только погода, затем сменятся ландшафт и строения - вместо них появятся новые из вашего времени, а потом исчезну я, поскольку стал уже частью этого мира.

- А мы?

- Вы останетесь здесь на следующие двадцать лет. И тоже вернуться уже не сможете.

- Как же так?! - вопрос люди задали одновременно.

- Ваша частота изменится навсегда. При попытке пересечь портал произойдёт десинхронизация, и скорее всего, дезинтеграция, то есть полное уничтожение.

- Павел поэтому застрелился? - спросил Евгений.

Сергей Алексеевич кивнул.

- И порох поэтому плохо горит? - задал он ещё один вопрос.

И ещё один кивок подтвердил его догадки.

- Энергии пороховых газов не хватает для автоматической перезарядки оружия. А, значит, стрельба очередями не возможна. Этот мир… Здесь всё застывшее, вы ведь заметили. Время, словно замерло, и все процессы постепенно тормозятся. Мне было шестьдесят три, когда я попал сюда. Столько же мне и теперь. Однажды ходун подстерёг меня возле землянки и выстрелил прямо в сердце из найденного оружия. С тех пор, оно не бьётся. Я не ощущаю жажды, голода и холода. Я словно забальзамирован заживо, хотя и тёплый.

А Жене на ум пришло другое сравнение. Он стал пластмассовым. Совсем, как эти земля и небо.

Он вспомнил волков с натянутой кожей и торчащими наружу белыми костями рёбер.

Дед, словно прочитал его мысли,

- Да, да… Я теперь, как одно из этих созданий из параллельных миров, затянутых сюда по воле случая…

- Ну, неужели, вы не пробовали сбежать отсюда! - не выдержал Эдуард.

Голос его срывался.

Дед усмехнулся,

- Куда?

- Куда? Да, хотя бы в другое место. Взять машину и уехать…

- Я пробовал, пока бензин ещё горел. Но обнаружил для себя ещё одну неприятную новость. Этот мир поглощает энергию других миров через порталы. И именно эта энергия позволяет нам существовать. Нельзя удалиться от портала дальше, чем на пятнадцать километров. Иначе - смерть.

- Что там? - затаив дыхание спросил Максим.

- Тот же самый пейзаж, просто слабеешь с каждым шагом, пока не упадёшь замертво или не исчезнешь. Не знаю, я не проверял, да и не хочу. Что дальше, тоже трудно сказать. Возможно, край мира, переходящий в вечную темноту, возможно, другой портал в другие миры…

- Это просто пипец какой-то… - Максим помрачнел и осунулся.

В нём ничего не осталось от улыбчивого жеманного ведущего. Только человек, бредущий по грани жизни и смерти.

Эдуард, был слишком занят мыслями о мести, чтобы осознать всю серьёзность ситуации, а Евгений, напротив, ожил. У него появился стимул, ведь Таня жива. Да, она непременно жива. И он её найдёт.

Поняв, о чём думает ассистент, дед предложил,

- Ну, что-ж, теперь, когда вы в курсе всего, идём искать твою подругу.


Евгения опять поглотила тишина. Павел Афанасьевич, оказавшийся Сергеем Алексеевичем, Таня, обнаруженная после месяца безрезультатных поисков, неожиданная разгадка этого мира... Все факты тонули в ватной атмосфере бесконечного осеннего вечера.

- А что со звуком? - спросил Максим.

- Меняется. Сейчас опять слышимость, как под водой, - отозвался ассистент, и его собственный голос показался ему неимоверно далёким.

Они пробирались сквозь лес. Деревья, подобно замершим великанам опускали сверху свои засохшие, когтистые ветви-лапы.

- Места слабого энергопотенциала, - сказал профессор, идущий впереди.

- Как это понимать? - решил уточнить ведущий.

- Закачиваемая из других миров энергия распределяется неравномерно. В тех местах, где её не хватает, физические свойства веществ меняются. Это может выражаться в потере вкуса, запаха или силы притяжения частиц, из-за чего воздух становится разряженным.

- Так же, как и с порохом? - задал вопрос Евгений.

- Вроде того, только локально. Будьте аккуратны, в энергетических пустотах оружие не стреляет.

Максим ехидно хмыкнул,

- Спасибо, шеф, что заранее предупредил, - но осёкся под строгим взглядом профессора.

- Что вообще предупредил, - поправил дед.

Ведущий достал носовой платок, торопливо высморкался и постарался больше не возникать.


Землянка находилась в полуразрушенном состоянии. Осыпавшийся потолок, поломанные стены, выбитая дверь, разбросанные повсюду вещи и паутина...

- Что за черт? - насторожился дед.

- Похоже, вашу дачу разнёс один из местных монстров, профессор, - сказал Максим и закашлялся...

- Только не арахнид... Так далеко они никогда не заходили... - Сергей Алексеевич был по-настоящему встревожен и даже не обратил внимание на колкость.

- Смотрите, - Евгений поднял с земляного пола ещё одну "сайгу".

- Это оружие Тани. Я сам его ей выдал.

- Значит, она была здесь?

- Похоже на то... - Дед внимательно рассматривал сорванную со стены паутину.

- Где она?! - почти взревел Евгений.

- Успокойся. Она жива. Сейчас мы за ней отправимся. Но пока... - профессор вынул из груды мусора какой-то прибор, - Ну-ка, дай мне свой телефон...

Женя протянул сотовый профессору, и он быстро отсоединил от него аккумулятор. Затем отвёл два провода от квадратной коробки прибора и прицепил их к батареи, примотав сверху изолентой.

Раздался тихий писк, затем на приборе загорелась красная лампочка.

- Что это такое? - испугался режиссёр.

Дед продолжил рыться в разбросанных вещах и нашёл толстую тетрадь. Когда он пролистал страницы, его спутникам стали видны клетки, исписанные синими чернилами. Тетрадь была заполнена до конца.

- Это ваш билет домой, - усмехнулся в бороду дед.

Они сидели среди обломков хмуро, понурив голову, не глядя на разруху вокруг. Прошло несколько минут после того, как Евгений нашёл Танино ружьё. Он обнаружил, что магазин полный - значит, её схватили внезапно. А дед медлил и не хотел ничего рассказывать.

- Таня жива, Сергей? Говорите прямо, - потребовал Женя.

- Жива. Арахниды сразу не убивают своих жертв. Они впрыскивают яд и ждут, пока добыча сама не погибнет.

- Сколько у нас времени?

- Неделя. Но меньше шести часов до того момента, когда преобразование мира завершится. И тогда - вы уже не сможете вернуться.

- Тогда чего мы медлим? Куда её утащили?! - подскочил ассистент.

- Сядь. Послушай, - урезонил его профессор. - Их логово располагается внутри противоракетного объекта в пяти километрах к северу отсюда. Я был там всего раз, и едва остался жив. Кто знает, что за нечисть расплодилась там с тех пор…

- Я отправляюсь за ней. А вы - как хотите.

- Послушай, упёртый дурак, - во взгляде профессора появилась сталь. - Там сотни помещений над поверхностью и бесчисленное множество подземных туннелей и шахт. Даже если тебя не съест первый попавшийся монстр, ты неделю будешь плутать по этому лабиринту в абсолютной темноте.

- Мне всё равно! - сквозь зубы бросил Женя. - Максим, давай камеру.

Ведущий послушно стянул её с плеча и протянул ассистенту,

- Там заряда хватит максимум на полтора часа. На два - если повезёт. Жень, это самоубийство. Ни одна тёлка не стоит жизни.

- Она стоит, - убеждённо ответил Евгений и вырвал камеру из рук. - Если через пять часов я не вернусь, уходите без нас.

- И ты решил героически погибнуть из-за какой-то стервы? Ну, что в ней такого особенного?!

Вместо ответа Евгений ударил Максима в лицо. Ведущий упал навзничь и засмеялся,

- Прекрасно! Бей меня! Доказывай свою бессмысленную правоту! Ты сдохнешь на этом объекте вместе со своей дурой!

Затем он поперхнулся и закашлялся, сплёвывая кровь из разбитой губы.

Спина Евгения уже почти скрылась из виду, когда режиссёр нерешительно предложил,

- Ну, что? Идём к садику?

- А к чёрту всё! - выругался Максим. - Я отправляюсь с ним.

- Я тоже, - хмуро сказал дед.

- Как? Куда? А я? - растерялся Эдуард.

- Ты, если хочешь, оставайся. Здесь относительно безопасно, если не нарвёшься на собак.

- Нет, стойте! Я с вами…

И они поспешили вслед удаляющейся фигуре ассистента.


По сравнению с громадой объекта, даже деревья казались спичками, а люди - муравьями. Серая, как камень, глыба возвышалась над безмятежностью леса, угрожающе направив в небо гигантский ракетный люк.

- Впечатляющее зрелище, - прокомментировал Максим и закашлял.

- Ты здоров? - обеспокоился Женя и потрогал его лоб, - Да у тебя температура!

- Ничего страшного. Всего лишь простыл немного, - пожал плечами ведущий.

Но Евгения это не успокоило. Он внимательно ещё раз оглядел спутника,

- Извини, я погорячился. Спасибо, что отправились за мной.

- Не беда, - безмятежно отозвался Максим. - С кем не бывает. Мне порой и самому очень хочется врезать тебе по морде.

Губы Евгения едва тронула улыбка.

- Эй, голубки! Хватит там ворковать. Время - деньги! - окликнул их дед, продвинувшийся вместе с Эдуардом далеко вперёд.

- Идём, идём! - крикнул ведущий и добавил уже тихо, - Старый хрыч.


Внутри была кромешная тьма, которая вкупе со спёртым затхлым воздухом создавала ощущение могилы. Максим включил внешнее освещение на камере и стали видны покрытые конденсатом стены длинного коридора.

- Ну, веди, Сусанин, - предложил он деду.

- Ты мне тут не «нукай» - не запрягал. Встань рядом и свети вперёд.

Так они прошли немного, пока режиссёр не закричал,

- Смотрите, тут лифт! - и вдавил толстую кнопку на стене.

- Ты чего орёшь, придурок?! - зло зыркнул на него дед.

- Я же как лучше… На лифте быстрее, чем по лестнице топать…

- Ей, Богу, Эд, ты мне напоминаешь покойного Дениса… Сергей Алексеевич, не судите его строго. У нашего режиссёра от страха крыша поехала… - добавил от себя Максим.

- Значит, так, - рассердился профессор. - Все идут за мной. Без команды ничего не трогают, ничего не делают. Если что-то прикажу - выполнять немедленно. Понятно?

Все дружно закивали.

- Тогда идём. Лестница недалеко. Даст Бог - доберёмся без приключений.


Они двигались целую вечность. Этаж за этажом. Дед с Максимом впереди, Евгений прикрывал, режиссёр с едва светящим телефоном Максима, идя последним, посматривал назад, как ему было велено. Фонарь камеры выхватывал лишь ступеньки под ногами, да покрытые зелёной краской стены. Чтобы взять себя в руки и успокоиться Евгений считал в уме эти самые ступеньки, хотя это помогало мало. Ассистент то и дело представлял, что сейчас из темноты на него набросится нечто и сожрёт быстрее, чем он успеет закричать. Но страшнее всего было ощущать затылком незримое присутствие хищника, подкрадывающегося к своей добыче. Женя постоянно боролся с желанием обернуться. Во-первых, он должен был следить за впереди идущими, а во-вторых, всё равно бы ничего не разглядел в кромешной тьме.

Рядом Евгений ощущал частое дыхание Эдуарда, который был напуган гораздо сильнее.

- Наверное, сейчас ты жалеешь, что не остался в землянке? - спросил Максим.

Он тоже нервничал. Эдуард не ответил.

- Давайте остановимся, - предложил Женя.

- Что случилось? - поинтересовался профессор.

- У меня такое чувство, что за нами кто-то следит.

- Не переживай. Для того мы и оставили последним Эдуарда. Если что - его сожрут первым, - оскалился Максим, но всё же остановился и посвятил назад,

- Пусто…

- Но я ощущал это так явственно…

- Мы все это чувствовали, - сказал дед. - Эффект туннеля.

- Эффект туннеля? - переспросил Женя.

- Это когда в тёмном туннеле, тебе постоянно кажется, что позади кто-то притаился. Мы как-то снимали передачу о призраках в метро… Вот работники метрополитена нам и рассказывали… - объяснил режиссёр.

- Верно, - кивнул профессор. - Чисто психологический момент, как у ребёнка, боящегося монстров под кроватью. Но тут важно не поддаваться страху и не оборачиваться. Если начнёшь - потом уже не сможешь прекратить. Будешь святить назад, монстры начнут казаться спереди, вперёд - позади. И так, пока паника не сведёт тебя с ума. Так что идём дальше и не оглядываемся. Немного осталось.


Чем глубже они спускались, тем чаще попадалась паутина на стенах. А значит, ближе становилась цель их экспедиции. Евгений напрягся, стараясь настроить себя на положительный результат. Но страх, куда более жуткий, чем темноты, забрался за ворот куртки. Страх потерять её навсегда. Потерять, когда он был уже так близко.

- Стоп. Привал пять минут, - скомандовал дед после очередного этажа.

Группа буквально повалилась на пол. Ноги за долгий спуск по ступеням устали и отекли.

Улучив момент, когда Максим и Эдуард о чём-то спорили, дед подозвал к себе Женю.

- Смотри… - в тусклом свете фонаря показался тот самый прибор, что Сергей Алексеевич нашёл на полу разорённой землянки. - Детектор должен находится не дальше метра от портала. Если загорается красная лампочка - значит, частота колебаний близка к нашему миру. Но жди, пока загорится зелёная. До тех пор - частоты ещё не стабильны. Между красной и зелёной у тебя будет где-то пять минут. С момента загорания зелёной - от двадцати секунд до минуты. Поэтому советую ступать сразу же. Снаружи садика портальный эффект не проявляется - заходи спокойно. В этом мире он работает только на выход. Всё ясно?

- Ясно… - растерянно кивнул Евгений. - Но зачем вы…

- Не умничай. Прячь прибор и слушай дальше.

Следом дед передал Жене тетрадку,

- Здесь все данные о портале, что мне удалось узнать. Все мои мысли, теории и измерения. Передашь это на той стороне учёным. Уж сам смекни кому, ты же с телевидения. Этот феномен должен быть обязательно изучен. Фаза немного, но ускоряется. Есть подозрение, что в будущем этот портал может дисбалансировать наш мир, или проще говоря, «выкачать» из него энергию полностью. Тогда наша реальность будет уничтожена. Надеюсь, мои исследования хоть как-то помогут. Только не передавай их военным.

- Почему?

- Скорее всего, это из-за них началось.

Евгений слушал предельно внимательно и заинтересованно, пока дед шептал ему на ухо. И чем больше он слышал, тем больше округлялись его глаза.

- Вы уверены в этом?

- Разве можно быть уверенным в чём-то на 100%? - развёл руками дед. - В любом случае о том эксперименте я тоже написал. На последних страницах.

Изумлённо оглядывая профессора, Женя наконец понял, откуда он столько знает о причудах этого мира.

- Но я не сказал тебе самого главного… - помрачнел дед.

- Я слушаю.

- Нужна жертва, чтобы вернуться обратно.

- Жертва?

- Чтобы обратно прошёл один, другой человек должен остаться. Если прошло два, должно остаться два и так далее. И все эти люди должны быть из одной партии «попаданцев».

Настала очередь Жени помрачнеть,

- Понятно…

- Прости, Жень, формулу нельзя нарушать. Не я это придумал… Я всего лишь вычислил.

Но Евгению не нужно было его сочувствие. Он уже принял решение. Если потребуется, он купит обратный билет Тане ценой собственной жизни. Дед прекрасно это понял и отвёл взгляд в сторону. Если бы они были немного внимательней в тот момент, то заметили бы, что ещё один человек прислушивается к их разговору.


Я смотрел в ночное небо с балкона пьяными глазами, держа в правой руке полупустой бокал шампанского. Шёл снег. Холодный ветер продувал насквозь тонкую рубашку. Вдалеке где-то в районе красной площади гремели салюты. Позади из колонок играла заводная мелодия, и слышался шум весёлого праздника. Вот только мне было не весело, а ужасно тоскливо и больно в груди. Никогда не думал, что грудь может болеть от эмоций, что дыхание может спирать от воспоминаний, а луна угнетать сильнее любых плохих новостей. Дверь позади меня отворилась. На балкон вышел смеющийся Вадим с сигаретой,

- Суперская у тебя хата, Жень. Рядом с центром, элитный район… Кстати, девушки там тебя уже заждались…

- Не нужны мне девушки.

Вадим посмотрел на меня серьёзно и закурил,

- Всё грустишь о ней? Месяц прошёл. Если бы хотела, то уже объявилась бы…

- Она хочет. Просто запуталась в себе

- Мне кажется, она просто имеет тебе мозги.

Я с такой ненавистью взглянул на Вадима, что тот поспешил добавить,

- Ты пробовал сам к ней приехать или позвонить?

- Пробовал. Она сменила телефон и переехала из общаги.

Вадим, мой старый друг и по совместительству продюсер с телеканала, где я работаю, некоторое время молча курил рядом, а потом решил подытожить,

- Мне кажется, она не вернётся…

- Вадик!

- Нет, ты должен принять это. Она тебя бросила. Не спорю, это больно. Но не усугубляй свои мучения. Попробуй переключиться на других. Знаешь, сколько у меня в жизни было баб. Если бы я из-за каждой…

- Она не баба!

- Она не вернётся.

Он выкинул недокуренную сигарету и, уже закрывая дверь, предложил,

- Идём внутрь, а то простынешь. Новый Год всё-таки... Нужно веселиться.

- Веселитесь. Я скоро подойду.

- Как хочешь.

Высота манила. Но ещё сильнее манило небо, в котором мне мерещилось лицо Татьяны. Наверное, поэтому, в ту ночь я так и не прыгнул вниз.


Группа пробиралась по тёмному лабиринту коридоров, и пока что её членам везло не встречать никого из здешних обитателей. Внезапно они оказались в просторном зале с кучей столов, компьютеров, пультов управления и проекторов.

- Центр управления, - тихо произнёс профессор. - Отсюда осуществлялся запуск межконтинентальных ракет.

- Здесь всё началось? - спросил Женя.

- Что началось? - не понял Максим.

- Можешь им сказать, - сокрушённо кивнул профессор.

- Нашим военным было мало просто ракет. Ведь имея защитные противоракетные комплексы, вроде этого, можно было не опасаться ядерного удара. Вот они и придумали… Как вы сказали, Сергей, ЭМИ?

- Электромагнитный Излучатель, да.

- Чтобы поражать на дальнем расстоянии электронику противника. А Сергей Алексеевич непосредственно участвовал в этом проекте. И под его личным наблюдением был проведён первый пробный залп по устаревшему спутнику. Только вот вышла у них проблема…

Все заинтересованно посмотрели на профессора.

- Из-за ошибок в расчётах произошла авария. Вместо тонкого луча, мы создали излучение шарообразного типа. Импульс распространился по широкому радиусу. У нас тогда вышло из строя всё оборудование. Мы посчитали, что экранированные стены сохранили излучение внутри, но видимо, ошиблись.

- Т.е. эта ваша электромагнитная пушка пробила дыру во времени и пространстве? - спросил Максим.

- Подозреваю, что да…

- Теперь хотя бы знаю, кому слать по праздникам открытки с благодарностью.

- А там что? - спросил Евгений, глядя в сторону следующей двери.

- Пункт нашего назначения.


Комната за дверью была раза в два меньше и вся устлана паутиной.

- Повезло. Они на охоте, - с облегчением сказал дед.

Евгений сразу же приметил несколько подвешенных к потолку крупных коконов. Разорвав ножом один из них, он с огромной радостью узнал знакомое лицо.

- Таня! Танечка! Очнись….

Бесполезно. Лицо было бледным, как снег, а губы синими. Женя приложил ухо к груди - сердце билось.

- Что с ней, Сергей? - встревоженно спросил ассистент.

Профессор внимательно оглядел девушку, пощупал пульс,

- Без сознания. Это действие яда, который впрыскивают своей жертве арахниды.

- Она выживет?

- Если успеешь донести до портала.

Евгений решительно подхватил Таню и направился к выходу.

Уже приближаясь к лестничной площадке, они услышали шорох и цокающий топот, будто стая мышей марширует по полу.

- Что это? - забеспокоился Эдуард.

- Арахниды! Бежим! Я прикрою! - дед выхватил у Максима камеру из рук.

Евгений вступал на лестничный пролёт, когда в конце коридора показались высокие тонкие тени. Дед прицелился из ружья, и звук выстрела разнёсся эхом по пустым помещения, оглушив членов группы. Затем он выстрелил ещё раз, и послышался писк, переходящий в слышимость из ультразвука.

Группа уже бежала по ступенькам. Эдуард ломился первым и громко молился вслух,

- Заткнись, - прикрикнул на него Максим, а сам стал помогать профессору расстреливать страшных тварей из темноты.

У Евгения уже горели лёгкие. Подъём был гораздо тяжелее спуска, особенно с учётом дополнительного «груза». Он не видел, кто именно за ними гнался, но заставлял себя не сбавлять темп, понимая, что любое промедление грозит смертью не только для него, но и для Тани.

- Чёрт! Догоняют! - послышался испуганный голос Максима

- Стреляй! Я перезаряжаю! - ответил дед.

Им приходилось отступать спиной, и стрелять, не видя противника. Максим лишь мог разглядеть юркие тени, стелящиеся по стенам, и целился почти наугад. Но то, что тени становились ближе, он осознал хорошо, когда одна из них чуть не скользнула ему под ноги.

- Давай сюда второе ружьё! - заорал дед.

- Что?

- Не «что», а выполняй!

Максим, быстро, как мог, снял с плеча ружьё Татьяны и передал деду, который взял его во вторую руку. Камера осталась лежать на полу, освещая покинутый лестничный пролёт.

- А теперь беги до самого верхнего этажа. Дорогу от лестницы вы помните.

- Ты чего, дед, рехнулся что ли, здесь оставаться?

- Беги. Я всё равно не жилец. А так хоть пользу принесу…

Максим кивнул и кинулся догонять своих спутников.


Они уже были на верхнем этаже, когда выстрелы внизу смолкли, и вместо них послышалась матерная брань профессора. Вскоре и его крик оборвался.

Дальше был перекрёсток.

- Куда теперь? - растерялся Эдуард.

- Направо! - закричал Женя и побежал первым.

Максим отобрал у режиссёра свой телефон, посвятил назад и увидел, как в конце коридора заплясали тени. Послышался визг, усиливающийся акустикой пустого здания.

Ведущий с режиссёром зажали уши руками.

- Не останавливайтесь! - крикнул задыхающийся от усталости и боли в ушах Женя.

Преследователи догоняли и бежали буквально по пятам. Топ-топ-топ… Тысячи мягких крысиных лапок ступают по линолеуму.

«Да что там такое?!» - не выдержал Максим и, обернувшись, увидел чёрные горизонтальные челюсти возле своего лица. Над челюстями красным светом горели четыре пары глаз, а уродливая морда вырастала из толстого брюшка. Из брюха росли восемь длинных мохнатых лап, и одна из них как раз попыталась проткнуть ведущего. Он вовремя успел отпрыгнуть в сторону и выругался. Паук был размером с легковой автомобиль.

Группа нырнула в узкие металлические двери, которые, к счастью, открывались «на себя». Перед этим Женя кинул в коридор гранату, которую вручил ему дед. Раздался взрыв, переходящий в яростный визг ужасных существ. Тут же с обратной стороны в двери заколотили, оставляя серьёзные вмятины.

- Гигантские пауки - охренеть… - сказал ведущий, и его опять одолел приступ кашля.

Из дверных щелей валил густой чёрный дым.

- Металл долго не выдержит. Идём, - предупредил Женя.

В полутьме он не заметил, что ведущий кашляет кровью.


Они выбрались на поверхность и только здесь смогли свободно вздохнуть. Наконец, давящая темнота исчезла. Но передохнув минуту, группа двинулась дальше. Времени до открытия портала оставалось меньше часа.

- Сергея жалко. Хороший мужик был, - вдруг сказал Максим.

- Ты чего? - удивлённо посмотрел на него Эдуард. - Он же сам сказал, что в любом случае не жилец.

- Нежильцы разные бывают, - уклончиво ответил ведущий.

- Надеюсь, сейчас, он в лучшем месте, - задумчиво произнёс Женя. - Эд, помоги, Таню нести, а то уже руки отнимаются.

- Давай я помогу, - предложил Максим.

- Не надо. Ты сам выглядишь так, что тебя нести надо…

Максим вспотел, но ему было холодно. Тело то и дело пронзали судороги. Начался жар. А постоянные приступы кашля, переходящие в удушье сводили с ума уже не только его, но и остальных членов группы.

- И где это ты умудрился простыть…- удивился Эдуард.

- Сам поражаюсь. Обычно я редко болею…


Группа приближалась к садику, когда из-за дерева выскочила тень и прыгнула на Евгения. Шедший рядом Максим успел только заслонить его собой. И тут же упал на землю, держась за окровавленный живот.

Эдуард сбежал. Евгений в ужасе пятился назад, не решаясь бросить Таню и глядя в знакомые глаза умершего человека. К нему неумолимо приближался монтажёр Денис с голой окровавленной рукой, которой он проткнул Максима.

В какую-то секунду Женя решился. Быстрым движением он положил Таню позади себя и стал целиться из оружия, но было поздно. Цепкие пальцы мертвеца обхватили ствол и увели его в сторону, а вторая окровавленная рука тянулась к лицу Жени, чтобы вырвать ему глаза.

Раздался выстрел. В голове у Дениса появилось пулевое отверстие, и существо, бывшее им, словно мешок, упало на землю. Из дула ружья Максима ещё шёл дым, а сам он корчился на земле от боли.

Женя мигом подскочил к нему,

- Макс… Как же так… Проглядели…

- Прости… Это я должен был следить, да что-то отвлёкся…

- Ничего, ничего… Эд, поможет тебя донести, а там тебя починят…

Евгений старался не смотреть на вываливающийся из дыры в животе комок кишок. Они были склизкими и розовыми, как колбаса в мясном отделе. Жуткие ассоциации заставили ассистента содрогнуться.

- Нет, Жень. Я уже не жилец, - как обычно, усмехнулся Максим.

- Да что ты такое говоришь?! Не сдавайся!

Кряхтя от боли Максим поднял майку. Кожа под ней позеленела. Приглядевшись, Женя понял, что почти всё тело ведущего под одеждой покрыто мхом и плесенью.

- Помнишь, я вляпался в грязь возле машины, где нас дед прижал… Так это не обычная грязь оказалась… Уж не знаю, что это за хреновина, но она и внутри меня проросла…

В подтверждение своих слов Макс закашлялся и выплюнул кровавый комок слизи с зелёными кусочками мха.

- Нет, друг. Это ты меня прости. Спасибо тебе за всё, - сказал Женя.

Вернувшийся Эдуард нерешительно стоял в стороне. Максим дышал всё медленней. Глаза уже начинали закрываться.

Перед смертью Макс приподнялся из последних сил и едва слышно прохрипел,

- Жень… Надеюсь, она того стоит…


Внутри было тихо, даже умиротворённо. Будто они этот садик и не покидали. Женя поставил прибор возле выхода. Тот загорелся красной лампочкой. Отлично. Значит, они успели. Ещё несколько минут.

Он склонился над Таней и попытался привести её в чувства. Внезапно девушка открыла глаза и застонала,

- Женя?

- Да, Малинка, это я. Теперь всё будет хорошо.

- Женя, какой же ты дурак…

Она обняла его и заплакала. И Евгений почувствовал, как его глаза тоже намокли.

- Ну-ну… Теперь всё будет хорошо. Я же тебя нашёл.

Месяц поисков, глупые отговорки милиции о том, что они делают всё, что возможно, хитрые лица частных детективов… Всё это пронеслось у него перед глазами. А ведь ответ был прост. В очередной раз придя в день рождения погибшей сестры к сгоревшему садику, она решилась зайти внутрь. Решилась и пропала в омуте обезумевшего портала.

- Как я за вас рад… - прошелестел едкий голос позади.

Евгений обернулся и увидел Эдуарда, нацелившего на них пистолет. Лицо режиссёра изменилось. На нём не осталось и тени следа от запуганного глупого труса. Резкие холодные черты выражали предельную ненависть и расчётливость. Женя тут же проклял себя за неосмотрительность - его собственное ружьё осталось в стороне.

- Пистолет, я так полагаю, ты стащил у профессора? - спросил Женя, пытаясь заговорить режиссёру зубы.

- Этот старый хрыч даже ложки у себя не позволит стащить! Нет, я нашёл его в той квартирке, куда ты по дурости сунулся.

Евгений вспомнил пустую кобуру в прихожей и ящик с патронами. Значит, пистолет заряжен. Надо ж было так лопухнуться!

- Ясно. Чего же ты хочешь?

- Чего я хочу? А чего я могу хотеть после того, как вы бросили камеру в этом гнусном объекте? Ни репортажа, ни сенсации… Вот разве что эти записи, что у тебя в кармане. Кинь их сюда, только осторожно. Дёрнешься - пристрелю.

Женя посмотрел на испуганную Таню, шепнул ей «всё будет хорошо» и полез в разгрузку за тетрадью. После того, как он бросил её режиссёру, тот поднял её и наскоро пролистав, спрятал под куртку,

- Отлично. А теперь уйдите в сторону.

- Ты же получил, что просил…

- Я что - дебил, по-твоему? - разъярился режиссёр. - Я прекрасно слышал всё, о чём вы там шептались с профессором. Чтобы вышел один, другой должен остаться. Нас трое, значит, двое из нас останутся здесь навсегда.

- Да, и эти двое - мы с тобой, - с этими словами Женя кинулся на Эдуарда, закрывая собой Таню.

Девушка закричала «Нет!», но было поздно: прозвучавший выстрел заставил Евгения упасть на бетонный пол.

- Жень, ну ты точно отмороженный. Голливудских фильмов что ли пересмотрел? В реале героизм не канает. Поверь мне на слово, как режиссёру.

Женя держался за кровоточащий бок и старался подняться, чтобы вновь попытаться одолеть своего противника,

- Эх, как говорится: горбатого могила исправит, - Эдуард прицелился точно ему в лоб и в этот момент сильные руки сдавили его шею железной хваткой.


Выстрел. Пуля ушла в сторону и отскочила от стены. Эдуард захрипел и попытался извернуться, чтобы увидеть своего душителя. И тут же встретился со взглядом почерневших пустых глаз Кирилла,

- Если бы ты знал, Эд, сколько миров я повидал… Но не переживай. Ты тоже их увидишь…

Казалось, оператор сошёл с ума. Даже его волосы поседели. Режиссёр выстрелил несколько раз ему в грудь и живот, но здорового бугая это не остановило. Отбросив пистолет в сторону, будто тот был игрушечным, он продолжил душить Эдуарда, пока у режиссёра не хрустнула шея. А потом и сам замертво упал рядом с трупом.


- Женя… Женя! - запричитала подбежавшая Таня и помогла ассистенту сесть, упершись в стену.

- Всё в порядке, Тань… Возьми тетрадь… Там записи Сергея Алексеевича… Передашь её учёным. Только не военным. Скорее всего это всё из-за них произошло.

Она торопливо схватила тетрадь и тут же вернулась. По щекам текли горячие солёные слёзы и капали на ладони Евгения,

- Ну, не плачь… Я не люблю, когда ты плачешь… Ты же сильная… Улыбнись… Как в первый день нашей встречи…

Он нежно погладил её по щеке. Таня улыбнулась сквозь слёзы.

- Зачем ты пошёл за мной? Зачем ты вообще меня искал?

- Потому что я не могу иначе. Не могу без тебя.

- Женя… Я… Я же говорила тебе…

- Молчи… Слушай. После того, как тот приборчик у тебя за спиной загорится зелёным, у тебя будет не больше двадцати секунд, чтобы зайти в портал. Потом всё. Через час преобразование мира завершится, и следующего окна можно не ждать.

Будто в подтверждение его слов снаружи послышался грохот. Оглянувшись, они увидели, как пейзаж меняется, перекатываясь волнами, словно море. Там, где раньше стояли маленькие деревца, вдруг вырастали высокие дубы. Постройки сменялись пустырями, а поляны вдруг зарастали лесом.

- Я не уйду без тебя… - заплакала Татьяна… - Ты столько для меня сделал, столько обо мне думал… За что? За что ты награждаешь меня свой любовью, даже понимая, что она безответна?

- Ты любишь меня. Просто сама боишься себе в этом признаться…

- Я не заслуживаю твоей любви…

Женя устало улыбнулся,

- Разве человека любят за заслуги?

Загорелась зелёная лампочка.

- Я же сказала, что без тебя…

- Другого выхода нет, пойми. Чтобы жил один, другой должен умереть.

- Тогда я останусь здесь вместо тебя…

- Не говори глупостей. Таня, любимая… Я прошу тебя… Иди…

Она наклонилась и горячо поцеловала его. И Женя подумал, что этот поцелуй - даже приятней самого первого. Он наконец-то был счастлив. А уже спустя несколько секунд, их руки разомкнулись.

- Я буду любить тебя вечно, - успел сказать он напоследок.

Ступая спиной и неотрывно глядя ему в глаза, Таня успела ответить лишь,

- Я…

Перед тем, как исчезнуть.

Что она хотела сказать, Женя так никогда и не узнал. Но ему хотелось думать: «Я тоже».


Он повалялся ещё немного. Потом попробовал встать, морщась от боли. Рана в левом боку уже кровоточила не так сильно. Кто знает, насколько она серьёзна?

Возле трупа Кирилла Женя нашёл его видеокамеру. Там ещё оставался заряд где-то на час. Столько у него и было. Внезапно пришедшая идея подарила ему надежду. Что если предметы отсюда туда всё-таки проходят? Дед ничего не успел рассказать об этом. «Жертва» нужна была лишь для живых существ. А ведь ту записку, что Женя кидал вначале, когда только здесь очутился, он так и не нашёл снаружи. Значит, вполне возможно, она могла остаться в его мире… А если так…

Женя включил камеру и направил на себя. Но рассказывать о происходивших здесь событиях внезапно перехотелось. Заплаканное лицо Тани всё ещё стояло у него перед глазами. Пускай, это ребячество и глупость. Он никогда не вёл живых дневников и уж тем более в видео варианте, но… Почему бы и нет? Только вот с чего начать своё повествование? Пожалуй, с первой встречи.

Палец сам нажал кнопку записи.


- Время всех рассудит и осудит. И волков в овечьей шкуре и пастухов, притворившихся волками. Друзей и врагов. Но есть одна вещь, что сильнее времени и правил этого мира, даже самых жестоких. Любовь. Не важно, что вокруг тьма. Внутри меня свет. Я обрёл свою любовь, и это делает меня самым счастливым человеком на свете, не смотря ни на что, - когда я закончил, аккумулятор в камере уже почти разрядился.

Конечно, в один единственный час не успел вместить всё, что хотел. Но успел поведать о главном. Я вспомнил и о наших свиданиях, и о наших ссорах, и о своих переживаниях. А об остальном предпочёл умолчать. Я нашёл Таню один раз. Найду и второй. Сколько бы миров нас не разделяло.

Выключив камеру, я перекинул её через портал и с удовлетворением отметил, как она осталась лежать на пожухлой траве. Надеюсь, послание дойдёт до адресата.

Затем, набравшись смелости, сделал шаг вперёд и приблизился к порталу.

Куда я попаду? Не знаю. Но я всегда мечтал путешествовать.

Рейтинг: 10
(голосов: 1)
Опубликовано 09.09.2013 в 09:13
Прочитано 637 раз(а)

Нам вас не хватает :(

Зарегистрируйтесь и вы сможете общаться и оставлять комментарии на сайте!