Зарегистрируйтесь и войдите на сайт:
Литературный клуб «Я - Писатель» - это сайт, созданный как для начинающих писателей и поэтов, так и для опытных любителей, готовых поделиться своим творчеством со всем миром. Публикуйте произведения, участвуйте в обсуждении работ, делитесь опытом, читайте интересные произведения!

Пир во время чумы

Добавить в избранное

Слова – как много в них значений

Одни нам льстят,

Другие всем внушают страх.

Дают надежды,

Кроют опасенья

Словами можно выразить любовь

Словами можно грусть излить!

В них простота.

И в тоже время много тайны

В них жизнь,

В них свет,

Они как музыка.

Как счастье!

Как разлука!

В них краткость чувств

В них упоенье

Они есть музыка

Они и пустота.

В ночной тиши

И в шумном скопище народа

Слова, слова, слова….


- Будь проклят Франсуа! Ненавижу тебя! Слышишь меня? Я тебя ненавижу!

Он был спокоен.

- Повторение твоих слов лишь подтверждает неуверенность твоих мыслей Мари. Ты не можешь ненавидеть меня.

- Ты просто наглый выскочка. Ненавижу тебя и твои слова! – кричала Мария и в порыве схватилась за вазу. Франсуа обхватил ее тонкую кисть, словно гарду меча.

- Это подарок графа Лагирэ дорогая. Не стоит так небрежно с ним расставаться. – Его тонкие пальцы словно горели. Этот жар был сильнее ненависти.

- Дорогая? Дорогая?! – расставшись, с минутным прикосновением Мари снова, вспылила. - Скажи мне честно Франсуа - я хоть когда-нибудь была или буду для тебя по-настоящему дорогой? Или ты так и будишь бросать мне комплементы с опущенными глазами?

Франсуа был вынужден признать, что супруга права. Он никогда не смотрел ей в глаза. Хотя сейчас был полон решительности это сделать.

- Ты обеспечена. Носишь громкое имя и все что не пожелаешь, достается тебе легко – никак другим. Тебя льстят. За тобой ухаживают. Слуги…

- Слуги! Слова. Слова и только. Как я ненавижу тебя и твои отговорки. Мне не нужны слуги и их лесть. Мне нужен ты. Ты и только ты Франсуа! Это так трудно понять? Ты верно даже не расстроишься, если я вдруг умру или даже свободно вздохнешь, освободившись от меня.

Франсуа привычно сложил пальцы домиком и уперся в них тонким подбородком. Он молод и так умен. Хитер. Остроумен. Будь он проклят!

- Ты неправа дорогая….Я ничего не почувствую.

Мария готова была взорваться. Она ненавидела его и любила так же, как ненавидела. Все в нем бесило ее и возбуждало.

- Граф де Виньон, любимиц женщин и победитель турниров, богач и храбрец коих свет не видывал. Ты бесчувственный камень. Сухарь. Ты даже не можешь удовлетворить свою законную супругу. Бессильный сын великого отца. – Мари почувствовав, что задела чувства графа самодовольно улыбнулась. Наконец хоть что-то.

Франсуа чувствовал ненависть или что-то схожее с ней. Яростно сжимал пальцы, доводя дело до хруста. Он пылал внутри, но внешне все равно был спокоен. Сидел в своем кресле и все также чего-то ждал. Мари больше не могла ждать. Нужно было действовать. Стройная и изящная она как кошка запрыгнула к нему на колени и, обнажив плечи, примкнула к нему. Наступила тишина. Его сердце отбивало четкий спокойный ритм. Руки плавно опустились, но легли совсем не туда, куда хотела Мария. Внутри пылал огонь. Возбуждение. Она сильно желала слиться в страстном танце со своим законным мужем и насладиться тем, о чем мечтала долгими холодными ночами. Но он оставался холоден к ней также как и те самые ночи.

- Ты! Ты…. Неужели ты ничего не чувствуешь ко мне? – Мари схватила его руку и прижала к левой груди. Тело ее стало упругим и еще более возбужденным. – Ты мой муж так докажи это не на словах, а на деле. Я хочу тебя. Хочу детей. Твоих наследников.

Мария горела всем телом, а он оттолкнул ее. В очередной раз унизил.

- Прости меня Мари, но я не в том настроении, чтобы заниматься зачатием наследников. Мне нужно встретиться с сестрой. Она вот-вот придет.

- Анна. Красавица Анна. Сестренка. Только она может заставить тебя улыбнуться. Ты бы видел свое лицо, когда говоришь о ней. Называешь ее имя! Думаешь, никто не знает ваш секрет? Думаешь, что я не вижу, как она? Как ты смотрите друг на друга?! Маленькие шалости братика и сестренки.

- Замолчи! Анна та - до кого тебе еще очень далеко. Не смей говорить такое о моей сестре. Если бы ты хоть каплю была похожа на нее, то видит Бог - я бы любил тебя всем сердцем. Но, увы. Ты дочь своего отца.

Она плакала. Плакала, забыв о ненависти. Это был ее последний день.


Артур.

20 августа 1831 года.

Колокол. Его удар подобен грому, но звучит звонко и мелодично. Снова нужно идти. Идти тропой, что избрал сам. Идти вперед. Хотя сегодняшний рассвет принес нечто новое. Столь простой и вполне пустынной дорогой еще не приходилось идти. Волчье Взморье большой и шумный город, но в этот час и в этом месте тишина и изящество слились воедино. Здесь их пристанище. Здесь их дом.

Король любит это место. Место, где король становиться братом, а корона проклятьем. Реймонд Гресборн набожный человек, но его вера с каждым годом становиться все отчаянней. И дело не в Богах, дело в нем самом. И это утро проходит для него, как и прежде. А точнее как последние пятнадцать лет. Взор к небесам колени в пол. Молитва его еда. Молитва его сон. Маленькая часовня Богини слез и печали стала его утренней обителью, а ее скромный сад местом раздумий. Еще ни разу не приходилось тревожить его в столь ранний и важный для него час, но сегодня есть причины. Причины прервать его грезы.

- Ваше величество. – Чуть слышно произнес Артур. Но Рей был недвижим. Глаза закрыты колени греют камень. Слова как ветер порывисто слетают с его уст. Их не услышать их не понять, они негромки, но они важны. Плачущая Дева внемлет всем, но слова короля будто бы не слышит. Хрупкая статуя прекрасной Богини молчит. Ей нечего ответить на мольбы смертного. Ее удел печаль, но она не хочет забрать его. Черная повязка на ее очах, словно стена что мешает увидеть горе, что океаном льется из души короля. Но кем была бы Лея, если бы вновь увидела наши страданья?

Артур шагнул вперед. В пустой часовне шаг был подобен удару молота – громок и болезнен. В царящей тишине никогда не было подобного звука. Король оставил сталь за порогом святыни. Каждый шаг отбивал четкий и громкий ритм. Проклятое железо стучало как барабан. Король был недвижим. Казалось, он не хочет слышать и видеть то, что твориться вокруг. Казалось он, наконец, говорит с Богами. Артур взглянул на руку – железная перчатка. Холодная, как и сердце гвардейца. Верить во что-либо кроме своего меча Артур не умел, но уважая веру брата, отстегнул тяжелую длань и коснулся плеча теплой ладонью.

- Сегодня день, когда мой меч пронзил сердце Дорина Картрайна. День севера и ночь власти. В моем чертоге праздник, а в моей душе слезы. Мне казалось, что именно сейчас она меня услышит. Мои мольбы тонули в свете, что резал мне глаза. Будто и впрямь они меня услышали. – Больно видеть, как рушатся надежды брата. Страшно сказать правду. Свет что режет глаза это восход и его золотистый луч, что сегодня как никогда ярок, а слова попросту утонули во сне. Король не спал третий день.

- Так оно и будет брат. Но позволь…. – Артур попытался вывести брата за порог священного места, но тот и впрямь «врос» в камни. Волей не волей, но колени пришлось преклонить.

- Моя корона тяжелеет с каждым днем. Ее золото не блестит, так как когда-то виделось мне. В ней нет ничего, что спасло бы меня. Только беспамятство. Но оно не придет ко мне. Я знаю. Мне не забыть ее слез. Не забыть ее печаль и страх. Пятнадцать лет. Долгие пятнадцать лет я живу, и каждый день вижу ее заплаканные глаза. Каждую ночь прошу прощенья пустоту. Это была моя вина. Мне не следовало брать ее с собой. Я знал характер этого детоубийцы. Он смотрел на нее как на своих любовниц. Он. Будь он проклят! Сестра – наша бедная сестра. Она была так юна и прекрасна, почему Боги так несправедливы? Она мечтала о дальних землях и глубоких морях, а теперь ее душа и сердце взаперти. Пятнадцать лет монастырь ее дом и крепость. Ни слова после того проклятого бала. Она молчит Артур, а я боюсь услышать ее проклятье. – Король вновь закрыл глаза. Бессонные ночи пора прекращать.

Артур прикрепил железную перчатку на прежнее место. Без ее тяжести и холода рука непривычно ныла. Может застежка стала коротка и сильно сжимает вены? Вечером следует переделать.

- Я, так же как и ты помню Мелиссу. – Ее детские темно – синие глаза так просто не забыть. Она была любимицей отца, да и наша тоже. Я не говорю, что судьба привела бы Мелиссу в Королевский чертог рано или поздно мне также как и тебе были известны склонности этого…. – Теперь нужно и приходиться промолчать. Скверное все же место – не для таких бесед. – Но клятва держала нас всех. Он король, а мы его вассалы. И если бы он был благоразумен…

- Не смей! – словно от колкого удара вскрикнул Реймонд. – Я предлагал ему этот союз, но он был упертым глупцом. Сейчас я бы не сказал ему не слова, а сразу бы выступил всеми силами на этот … - Брат явно подбирал слова покрасочней. Хоть в этом Гресбоны похожи. – Черный чертог. Прошло много лет, но там по-прежнему пепел. Я чувствую запах крови и дыма. Я стер его, как каплю чернил с листа, но царапины остались.

Король стал стареть. И так быстро, что времена года не успевают сменять друг друга, а годы прибавляются. Седина осыпала его лицо как ранний снег – обильно и морозно. Темно-зеленые глаза стали угасать их заливала печаль. Рей отпустил бороду. Говорит что так куда величественней, но от нее все его лицо серо как тот пепел. Только глаза – толь они устало взирают и придают ему вид живого. Эти годы убили его.

- Если ты разрешишь я хоть сейчас готов оседлать самого быстрого рысака и привезти ее. Поговорить с ней.

Король выдал суровый взгляд. Вот он Реймонд Суровый.

- Нет. – Впрочем, как и всегда. Упертый и безумный. – Я боюсь ее слов брат. Если она скажет что ненавидит меня мне не жить. Пусть будет, так как есть. Коли с ее уст не сорвалось не единого слова с той ночи, значит, так оно и должно быть.

«Как так? Молчать и ждать слова от той кто молчит пятнадцать лет? Она наша сестра и дочь Севера. Вы две стены что, молча, смотрят друг на друга. И что в этом должного?»

- Ты неисправим Рей. Твоя воля, но она мне уже порядком надоела. Единственное что меня здесь держит это моя клятва. Честью к моему глубокому сожалению я дорожу больше чем семьей. В этом нет твоей вины. Если хочешь, думай что Боги, сделали меня таким. Честь не позволила мне стоять в стороне, когда мой сюзерен нагло использовал мою сестру и отказался от нее как от надоевшей игрушки. Она повела меня за тобой и заставила в первый и последний раз нарушить клятву. Не от моей руки пал Дорин и в спину меня никто не назовет Цареубийцей или Клятвопреступником. Это честь брат и она не в моем сердце она вместо него.

- Честь и меня обязала отомстить за сестру…. – Реймонд странно задумался.

- Честь ли? – Наверное, грань его терпенья вот-вот рухнет. – Может любовь? Ты был в ярости. Я видел, как ты словно смахивал головы моих братьев. Четверо гвардейцев полегли рядом от твоего меча. И короля не миновала эта участь. А что ты сделал потом? Забрал сестру и увез ее на север. Подальше от этой ночи, но она всегда с ней. Мелисса молчала, а ты боялся спросить. Я вытащил ее из петли и даже мне она ничего не сказала пока не прошло время. А ты упрямо думал и думаешь, что она проклинает тебя.

Артур поднялся. Колени затекли и сильно кололи от резкого притока крови. Пришло время нарушить тишину.

- Если к тебе вернется рассудок, то я с радостью помогу тебе. А сейчас позволь откланяться. В твой замок прибыл королевский эскорт. Королева Зарифа явилась еще до рассвета ваше величество и просит аудиенции. Что мне передать?

- Может мой рассудок и затуманен, но разум чист и не может понять – почему мой гвардеец лично сообщает, то, что обязаны делать слуги?

- Просьба королевы. Ее маленькая тайна как соизволила она назвать свой приезд.

- Тайны. Секреты. После. – Отмахнулся Рей и наконец, шагнул к выходу. За тонкими дверьми его ждали слуги. Они как никто другой знали, когда стоит прийти и подать королю его плащ и корону. Нехорошо показываться народу без символа власти.

На ходу гвардеец обрисовывал обстановку.

- Королева с отрядом рыцарей еще под покровом ночи подобралась к нашим воротам. Благо была смена Сира Османда, а он, как вам известно, всех королевских особ знает в лицо. Без лишнего шума он сопроводил ее к сиру Эдвину. Капитан городской стражи не замедлил оповестить меня. И так о прибытии королевы Зарифы знают, только сир Османд и его стражи, что дежурили у Дубовых ворот и сир Эткхар. Пока просьба ее величества остается исполненной. Что прикажете вы?

- Иногда мне кажется, что именно ты, а не Эткхар капитан гвардии. – Брат слегка улыбнулся. Это его единственная «веселая» гримаса. – Сначала докладывают тебе, а уж потом если повезет и сиру Сельвистрайну.

- Наш капитан занимает почетное место в вашем совете ваше величество. На его плечах и так великий груз. Давать вам советы не так легко.

- И то верно замечено, но вечером… нет завтра или на днях напомни мне о нашем разговоре.

Король отчаянно пытался найти время для беседы, но видимо теперь его интересовал лишь приезд королевы.

- Сколько рыцарей было при ней?

- Десять ваше величество. Как мне сообщили среди них герцоги Флоренс и Бронли. – Гвардеец попытался вспомнить их гербы, но память ему изменила. Тем временем королевский чертог оказался перед самым носом. Бронзовые плащи распахнули сосновые двери и словно застыли на месте. Выучка строга.

- Интересно, - вдумчиво протянул Реймонд. – Оставить все как есть. Пусть приезд будет в тени, хотя мне вдоволь хватает этой треклятой скрытности.

Артур слегка приклонил голову в знак согласия. Войдя в светлый и просторный чертог напряжение, спало, да только колени по-прежнему ныли. В тронном зале было пусто. Король взобрался на железный трон обрамленный золотыми копьями – Как серый волк с золотой короной на голове.

- Позови, сира Эткхара и прикажи слугам накрыть стол. Не хочу, чтобы гостья была обо мне дурного мнения – как ее муж. После приведи и саму королеву.

- Королева Зарифа совсем недавно стала супругой его величества Арона Ломанса, но наверняка уже наслушалась его басней. Будим надеяться, что южное сердце и разум не тухнут под натиском грязных слов.

- Будим. – Все что ответил король и обхватил волчьи головы, что увенчивали бронзовые подлокотники. Золотая корона на его голове сверкала в лучах утреннего солнца. Сегодня жарило не на шутку. Словно юг приехал сюда вместе со своей королевой.

Выйдя за очередные двери, Артур глубоко вздохнул. Пока не спал брат, мучаясь от темных сновидений сон, не шел и гвардейцу. То смена стучит в опочивальню, то крик короля, словно молотом выбивает из сонных грез. Усталость сшибала с ног, но эта ночь обещала быть спокойной. Наверняка в ее потемках будит, собран совет.

- День добрый. – Отвесил небольшой поклон очередной паж, словно сегодня в Волчье Взморье прибыли десятки лордов и знатных дам. Хотя чему удивляться? День то праздничный!

Приказав, накрыть стол в тронном зале Артур вышел на террасу, вдоль которой пролегал вишневый сад. Там среди тени густых ветвей слышался едва узнаваемый голос сира Эткхара.

- Ваше величество вы бесспорно правы, но он же король. – Пытался что-то втолковать капитан. Советчик он был и впрямь не плохой. Часто давал выгодные советы. – Его поступок по человеческим меркам омерзителен, но так повелел владыка. Ради государства.

- Вы уперты также как и мой «золотой» муж. – Вспылила королева. Ее черные как вороново крыло волосы развивал ветер. Лишь у самых висков тонкие нити имели темно-каштановый оттенок, что слегка отличался от цвета загорелого лица. Истинная южанка во всех смыслах. Стройная, высокая. Аккуратные червонные брови под стать рубиновым глазам, а голос так нежен, что манит к себе. Тонкие губы, словно врата в рай. В ее рай. Ломансу везет с супругой, но он видимо ее не ценит. Или в ней взыграла кровь ее деда – Рыцаря с дальнего запада.

- Простите, что помешал вам королева, но его величество просил меня разлучить вас с сиром Эткхаром – его ждут в тронном зале. – С трудом верилось, что Зарифа понимает и говорит на Атлане, что на юге так и не прижился.

- Не стоит милорд. - Королева на удивленье весьма уверенно и без акцента отвечала.

- Я не милорд миледи я гвардеец. – «И что за бес меня дернул возразить ей?»

- Простите великодушно. – Тонким голоском пропела королева.

«Поверить только королевская особа просит у меня прощенья. Видимо южане и впрямь не знают, что есть власть».

- Вы бы вели себя потише сир Артур и поскромнее. Перед вами королева. – Выпалил капитан гвардии. Он все еще стоял рядом и чего-то ждал.

- Вам не стоит беспокоиться по этому поводу. В саду сегодня тише, чем на Лезвии с ее хрустальной водой. И столь же пусто. Вы можете говорить свободно.

Эткхар одарил всех присутствующих удивленным взглядом.

- Милорд…. – Вновь ошиблась Зарифа. – Сир Артур отдал нужные распоряжения, и сад оказался в моем полном распоряжении. Я не посмела сделать вам замечание по поводу вашего голоса. Иногда стоит промолчать.

- Вы добры ваше величество. – С натянутой улыбкой выдал капитан. Иногда рыцарь обязан вложить меч в ножны. Король наверняка об этом уже думал. – Прошу меня простить, но мне пора.

Теперь уже громкие шаги и лязганье ремешков стучали в полную силу. Капитан королевской гвардии медленно исчез за высокими дверями чертога. В тени извилистых ветвей Зарифа куталась в серый дорожный плащ. Она отказалась от чистой одежды и питья. Что ж будим надеться, что король уговорит ее поесть и одеться подобающе – негоже леди быть серой.

- Какой ответ вы принесли мне? Скороли ли я смогу переговорить с его величеством? – Начала свою звонкую песнь южная краса. С первой минуты приезда эскорта ее только и волновали эти вопросы. Странные дела таят в себе девичьи сердца и более чем странные южные.

- Его величество будит ждать вас в тронном зале.

- Король решил спросить совета у лорда-командующего или боится встретиться со мной в одиночку? - Леди и впрямь была весьма откровенна в своих речах. Характер не из легких, хотя здесь его стоило бы слегка усмирить.

- Увы, но его величество не столь недоверчив как вы миледи. Он уступил в вашей просьбе и решил не делить ваш «маленький» секрет ни с кем кроме друзей.

- Так сир Эткхар не только лорд-командующий и советник, но и друг вашего короля? – Не унималась Зарифа. Ее голубые глаза сверкали в тени именно как рубины.

- Слишком много вопросов. – Как можно мягче ответил гвардеец. – Вы прибыли сюда не за тем, чтобы спрашивать про друзей короля.

- Вы проницательны сир. – В этот момент королева словно хихикнула. Все же она еще молода. – Но кто я королю? Мне бы хотелось верить что друг.

- Несомненно….

Рейтинг: нет
(голосов: 0)
Опубликовано 21.04.2012 в 21:57
Прочитано 755 раз(а)

Нам вас не хватает :(

Зарегистрируйтесь и вы сможете общаться и оставлять комментарии на сайте!