Зарегистрируйтесь и войдите на сайт:
Литературный клуб «Я - Писатель» - это сайт, созданный как для начинающих писателей и поэтов, так и для опытных любителей, готовых поделиться своим творчеством со всем миром. Публикуйте произведения, участвуйте в обсуждении работ, делитесь опытом, читайте интересные произведения!

Пицца

Рассказ в жанрах: Юмор, Разное
Добавить в избранное

Виталий ИСАЧЕНКО (Ильич)


ПИЦЦА


(пародия на русскую народную сказку «КОЛОБОК»)


Жили-были старик со старухою. Всяко-разно существовали: когда жировали, а когда и недоедали, случалось и – несолоно хлебали. Экономически нестабильной слыла семейка, хотя и пенсией обоих боженька не обидел. А беда сия истекала из того, что планировала семейный бюджет лишь старуха, а дед систематически ее потуги к финансовому благополучию сводил на нет. Традиционно: чрезмерным курением заморских сигарет, тусовками в ночных клубах, флиртом с девицами облегченного поведения и иными постыдными нехорошестями... За экономическую распущенность и прозван был старый Дефолтом.

И вот однажды поутру, когда до пенсии еще целые сутки, а в голове после вчерашнего будто сталепрокатный стан, простонал жалобно дед:

– Испеки-и-ка мне-е, мила-ашка, колобо-ок.

– Да из чего печь-то? – взроптала старуха, – Муки нет, сметану сам вчерась своим дружкам-рокерам скормил, яица в казино снес...

– Э-э-эх-х(!) – сокрушенно вздохнул Дефолт, – Го-оре лу-уковое... А ты, любовь моя, по амбару помети да по сусекам поскреби... Авось да й на одиночный колобок да наберется.

– Был бы амбар да с сусеками.., – всхлипнув, вымолвила старуха, – Совсем тебя, старый, из разума вышибло!.. Какие могут быть амбары в городской девятиэтажке?!

– Ну не в амбаре.., так в другом месте поскреби(!) – взмолился разбитый похмельем Дефолт.

– У себя в портках скреби! – сплюнув в пустую кастрюлю, вспылила старуха. И-и-и, подхватив с лавки балалайку, отправилась к автовокзалу попрошайничать.

Бредет горюшком маемая да долю свою беспонтовую проклинает... И случись ей прошествовать мимо помойки депутатского общежития, на коей шустрила стайка элитных бомжей... И осенило старуху, и встала она как вкопанная... И ринулась к мусорным бакам, и присоединилась к сортировщикам бытовых отходов!..

И брела вскоре старая обратно с так и не пригодившейся балалайкой на плече и продуктовой корзиной в свободной от инструмента руке. Чего только не было в том съестном наборе... Ди-ивно(!) ушлая пожилушка затарилась.

Испекла бабка, желая всех благ «слугам народным»... Испекла-а-а... И не какой-нибудь примити-ивный колобок, а зна-атную(!) пиццу во весь противень. И грибо-ов с помидориками в нее напиха-ала, и колбасы-ы всякой вычурной набу-ухала, и яичек перепелиных нараскалывала, и сыра заморского накрошила, и жидкими приправами из цветастых бутыльков да флаконов сдобрила, и чудными травами-муравами из красивящих баночек обсыпала, и... Пальчики оближешь да пообгрызаешь (если не знатье, что продукты-то из мусорного бака)... А кто о сем поведает?.. Старуха?.. Да она что, дура, чтобы о том трезвонить?!.. Под пы-ыткою мучительной секрет внезапного изобилия не выдала б... Кре-е-епкое соображение в подобных случаях имела... С измальства ни об едином грибном месте посторонним ни гугу...

Положила старая новоиспеченную пиццу на подоконник, и давай ждать, пока та простынет, и... когда куда-то усвиставший дед объявится...

Ждала-ждала... да й задремала. А пицце тем часом надоело на подоконнике скучать... Свесилась она, дабы дворовый пейзаж пообозревать... Любопытствовала, любопытствовала да й... Заскользила промасленным днищем по оконному карнизу и с третьего этажа на асфальтовую цокольную отмостку шлепнулась. Благо, что не черствая, а то бы вплоть до вдребезги! Оклемалась беглянка, поохав, и поползла-а-а себе путешествовать. Лишь отклеившийся при ударе ломтик гусиной печенки на месте падения остался. Обернулась на него пицца... да й возвращаться не стала. Вскоре тем кусочком пробегавшая в библиотеку мышка-норушка полакомилась...

Ползет пицца по газону, а на пути кролик-бродяга, выщипывающий этот самый газон. Увидал он пиццу, расплылся в улыбке и задал ей пусть и бестактный, но вполне естесственный вопрос:

– Пицца, пицца, а не дозволишь ли мне тебя съесть?

– А подхвостка, лох лопоухий, после меня не зафонтанит?! – по-взрослому огрызнулась аппетитным ароматом благоухающая странница.

– Ну тогда дозволь разок откусить. Чего тебе-е – жа-а-алко-о? – заканючил одолеваемый едальной похотью, – Не убу-удет.

– Каждый встречный по разу откусит, и в итоге – ноль целых, ноль десятых процента! – уразумила длинноухого пицца, – Давай я тебе, блошиное пастбище, лучше песенку спою!

– Ну спой, – уступил домогатель. И, основательно прокашлявшись, запела пицца на удивление мелодичным сопрано:

Я пицца, пицца, пи-и-ицца –

Смазливая деви-и-ица!

Моя мука-а не из амба-а-ара,

Я буханкам-то не па-а-ара!

Я – княжна Деликате-е-ес-са-а –

Мукобе-елая принце-есса!..

Я от стару-ухи уползла-а...

Я злющей стервой прослыла-а!

Ухвачу-у(!) как: шмяк да бряк...

И хана: ты – крол – мертвя-як!

Посторони-ись, гаде-еныш!

И та-а-ак(!) стремительно прошмыгнула пицца мимо лопоухого, что тот и глазом не успел моргнуть до ее абсолютного исчезновения из его поля зрения...

Ползет пицца по велодорожке, веселую мелодию напевает да фактом своего существования наслаждается... И тут, откуда ни возьмись, навстречу волк – сержант полиции на велосипеде с моторчиком... Тормознул серый с визгом шин по бетону, выхватил пистолет и заорал с подобающей в случаях задержания матерной примесью:

– Стоя-ять!!! ..... тебя и твою маму ..... именем закона!!

– От мне и неприя-ятного аппетита.., – опешила пицца. Однако, собравшись с духом ка-ак заблаже-ет в ответ: – Ах ты, мусор отмороженный!! А-ах ты, оборотень в пого-онах!!! Да я только что с прокуро-орского стола-а!! Да там только и не хвата-ает во-олка под чесночной подли-ивою!! За тобою, изгой, отправлена!! Твой начальник райотдела там давно-о-о уж в баке с объедками в роли пищевого отхода костями-обглодышами щеголяет!! А ну-у-у!! Слезай с велосипеда и айда к прокурору на закла-ание!!!

– Т-ты... эт-т... чег-го? – чуть ли не напрочь лишился дара речи сержант-велосипедист.

– Поди понадкусывать меня вздумал?! – с издевкой во взгляде осведомилась пицца.

– Д-да вы чт-то? – проворчал потупивший взор так называемый лесной санитар, – Ка-ак этакое могло вам на у-ум взбрести?

– А мо-ожет тебе еще и докуме-ентики предъяви-ить?! – дабы морально дожать, пошла ва-банк бесшабашная выпечка.

– Не на-адо-о! – взмолился сержант.

– А может тебе мои поползновения по велосипедной дорожке кажутся противозако-онными?!

– Не-е-ет, – прозвучало в ответ.

– А может для тебя-я пе-есенку спеть?!

– Мо-ожно-о, – робко промямлил волк.

– Ну слушай, кандидат в прокурорский шашлык, – с примесью миролюбивой интонации сказала пицца. Сказала и, высморкавшись, прокашлявшись, мелодично запела:

Я пицца, пицца, пи-и-ицца –

Смазливая деви-и-ица!

Моя мука-а не из амба-а-ара,

Я буханкам-то не па-а-ара!

Я – княжна Деликате-е-ес-са-а –

Мукобе-елая принце-есса!..

Я от стару-ухи уползла-а,

Облапошила крола-а-а...

С тебя ж, понтовский самодур,

Спущу семь шкур!..

Спущу пятна-а-адцать шку-ур!!

Когда морально пришибленный волк-полицейский все-таки приподнял свой робкий взор, дерзкой выпечки уж и след простыл...

Ползла триумфирующая пицца, ползла... И не заметила как, протиснувшись меж решеточных прутьев, оказалась у бурых медвежьих косолапостей. Огляделась странница и... обмерла! И было отчего: завела ее извилистая бродяжья стезя аж в зоопарк... Да не в клетку к какому-нибудь безобидному монопитающемуся муравьеду, а к самому-у(!) Михайле Потапычу... Жу-уть(!) обуяла еще совсем недавно приструнившую серого блюстителя правопорядка. Жу-уть(!) вкупе с сильнейшим приступом оцепенения...

– От мне и на-а(!) – радостно прорычал косолапый узник зоопарка, – Считай, пицца сама в пасть приползла. И невеликая пища, а все равно добыча!

– Не ку-ушай меня, дяденька медве-едь! – взмолилась впросак попавшая.

– Ух(!) – отпрянул царь сибирских лесов, – Она еще и говоря-ящая(!)

– Да я еще и пою-ющая, – елейно пролепетала пицца, – А хочешь, я тебе веселенькую песенку исполню?

– Как Алла Пугачева? – облизнулся медведь.

– Да что там Алла Пугачева? Тоже мне звезда. Отстой. У нее же ни слуха, ни голоса, – затараторила пицца, – Ты меня-я(!), дядя Миша, послушай. Век мой вокал из твоих симпатичных ушей не выветрится!..

– Ну дава-ай – исполня-яй(!) – согласился медведь, – А я тебе на отщепе от пня саккомпанирую(!) – на сих словах хозяин щепетильной ситуации попятился, уселся на торчащий в потолок островерхим сколом пень и, наложив на «музыкальный инструмент» обе лапы, в предвкушении встречи с прекрасным вдохновенно закатил глазки под надбровные дуги... Пицца же, совладав в конце концов с волнением за сохранность своей жизни, пару раз чихнула и, грациозно завибрировав выступающими из ее тела солидными полупомидорными округлостями, запела на с лихвой повышенных тонах:

Я пицца, пицца, пи-и-ицца –

Смазливая деви-и-ица!

Моя мука-а не из амба-а-ара,

Я буханкам-то не па-а-ара!

Я – княжна Деликате-е-ес-са-а –

Мукобе-елая принце-есса!..

Я от стару-ухи уползла-а,

Облапошила крола-а-а,

Волк доведен до изможде-е-ения...

Ты – медведь – не исключе-е-ение.

Прощай, глупый мелома-ан.

Не взыщи за балага-ан...

Медведь-то щепами тренькает да башкою самозабвенно виртуозит, а пицца... А нет ее! Тютю... Ускользнула безвозвратно во имя самосохранения...

Ползет неуловимая по брусчатке да на свою изворотливость не нарадуется...

Решив позагорать, взобралась на скамью привокзальную, расстелилась и... задрема-ала. Словно...

– От те на-а-а, – вдруг услыхала дребезжащий старческий голосок, – Полотенчико цветастое кто-то на лавке позабыл. Унесу-ка своей старухе... А вдруг да й еще-е(!) уважительней ко мне от гостинца сделается.

– Ой! – почувствовав на своей бочине тискающую десницу, встрепенулась пицца.

– А полотенчико-то говорящее(!) – опешил старик, – Да и на ощупь не тряпичное. Что за чудеса в решете?!

– Да брось ты, Дефолт, эту портянку, – прозвучал прокуренный мужицкий бас, – Нужна она твоей старухе как мертвому припарки.

– И никакая я не портянка, – присмотревшись к подошедшим, обиделась пицца.

– А кто ж ты? – поинтересовался обладатель баса – простецкой одежонки пожилой коротышка, пропитым лицом сигнализирующий о своем желании подправить алкоголем им же расшатанное самочувствие.

– А кто ж ты? – продублировал забулдыгу молодцеватого вида старикан с серебристым пирсинговым колечком меж ноздрей, кой (как поняла «не портянка») чудно звался Дефолтом. Это он, вцепившись в пиццу, пытался скрутить ее в рулон.

– Отпусти-и-и! – провизжала терзаемая, – Всю начи-инку поотрыва-а-аешь!

– Дак кто ж ты? – повторил свой вопрос Дефолт.

– Я пи-и-ицца! – призналась выпечка.

– Ежель не обманывает, ее можно есть, – констатировал басистый пропойца.

– Я тебя сейчас съем, – раскатывая пленницу обратно из рулонной позы, Дефолт капнул на нее слюной, – Эт когда-а-а еще бабка испекет мне колобок... А кушать хочется незамедлительно, – и не подозревал старик, произнося сии словеса, что пицца – плод кулинарных потуг его старухи.

– А я эту помоечную портянку жрать не буду, – пробасил приятель Дефолта, – Мне без опохмелки и вкусный-то кусок в горло не полезет.

– А я тебе есть ее и не предлагаю, – проворчал Дефолт, – Сам зажую.

– Не ешь меня дедушка, пока я тебе приключенческую песенку не спела! – взмолилась пицца.

– От те и на-а-а(!) – расслабив пальцы, оторопел Дефолт. Пицца же, воспользовавшись сим выгодным для побега моментом, напряглась, извернулась да и выскользнула из стариковских дланей. Шлепнувшись на брусчатку, она прытко подскочила к фонарному столбу и взметнулась по нему как флаг по флагштоку на недосягаемую для человеческого роста высоту.

Долго ли, коротко ли подпрыгивал Дефолт?.. Мне не ведомо... Одно знаю: как ни пыжился, а ускользнувшую добычу не вернул. Подустал старый да и присел отдышаться на травушку-муравушку. Сидит, отпыхивается, а глаз с пиццы не спускает... И она притомилась на скользком столбе. До тако-ой(!) степени, что вот-вот шлепнется на бренную землю, где ее поджидает скудозубое старческое едало!

– Айда, – проворчал басистый коротышка, – Сколько ее ждать? Не ровен час, так и, маясь в засаде, от похмельного недуга прямо туточки оба и окочуримся. Айда лучше выпивку добывать.

– Пока не употреблю ее в пищу, никуда не уйду, – уперся Дефолт.

– Де-едушка! – выкрикнула пицца, – А давай, я тебе и твоему другу-алкоголику приключенческую песенку исполню, а ты за это мною питаться не станешь!

– Ну пой, – махнув рукой, согласился удрученный ожиданием Дефолт.

– А вдруг обманешь.., – усомнилась певунья.

– Зуб даю... Не обману, – заверил старик.

– Но ведь у тебя же, как погляжу, ни единого полноценного зуба! – обозначила заковыку пицца.

– У него остались... полноценные, – кивнул на приятеля Дефолт.

– Это что за махина-ации с моими зу-убьями?! – пробасил возмутившийся коротышка.

– Да заткнись ты! – рявкнул Дефолт, – Лучше, дурила, кепку на тротуар выстави. Может прохожие за пиццыну песню мелочи на опохмелку в нее нашвыряют... Знаешь, сколько моя старуха по выходным дням у автовокзала со своею балалайкою зарабатывает?!.. У нее навар, пожалуй, пожирнее, чем у самого Филиппа Киркорова!.. А ту-ут... поющая пицца(!)

– Ну тогда ла-адно, – выставляя кепку вниз дном, проворчал басистый, – Если только получится... А получится, так я тогда и для пущего заработка могу стриптизный танец вокруг столба сбацать!

– Фу-у-у(!) – брезгливо отворачиваясь от басистого, поморщилась пицца.

– А ты пой, пой, – ласково взирая на мечту своего желудка, подначил Дефолт.

И пицца, поплотнее прижавшись к столбу, откашлялась и вдохновенно запела:

Я пицца, пицца, пи-и-ицца –

Смазливая деви-и-ица!

Моя мука-а не из амба-а-ара,

Я буханкам-то не па-а-ара!

Я – княжна Деликате-е-ес-са-а –

Мукобе-елая принце-есса!..

Я от стару-ухи уползла-а,

Я облапошила крола-а-а...

Волк доведен до изможде-е-ения,

Медведь – до глупошевеле-е-ения!..

Тебя ж, лох дряхлый, обхитри-и-ить

Проще, чем клопа-а приби-и-ить!

– Браво! Бис! Сла-авная песенка! – восхитился Дефолт, – Слушал бы и слушал! Да вот одна беда: глуховат я, а мой слуховой аппарат с севшими аккумуляторами дома валяется... А не спустишься ли, красавица, ко мне на плечо да не исполнишь ли свой шлягер сызнова?.. Уважь старца – поласкай ухо дивною мелодией.

– Пусть от столба отойдет! – кивнув на уже приспустившего до колен грязные брюки самодеятельного стриптизерца, выказала готовность на дубль-вокал разгоряченная пицца.

– Матвей, брысь-ка от столба! – прикрикнул Дефолт, – Да и штаны свои дрянные обратно натяни! Кому тут твои мослы паршивые интересны?! Только прохожих непотребностью отпугиваешь!

– Да ну-у тебя... Тоже мне деятель.., – гундя под нос и на ходу натягивая брюки, с неохотой повиновался Матвей, – Тоже мне тут филармонию организовал...

Соскользнув со столба, радостная пицца опрометью взлетела на плечо Дефолта, где и расстелилась в блаженной истоме... И только она запела, как коварный старикашка сцапал ее и давай рвать на куски да в рот засовывать! Тут и подоспел Матвей, коему тоже обломилось. Правда, на отличку от Дефолта, он от пищи не оказался в восторге: пожевав, поглотав, заворчал скептически:

– Чего-то у нее привкус от мусорных баков. Да и приванивает тем же... Не из просроченных ли продуктов состряпана?..

– Да ты чего, Матвеюшка? Окстись, – ласково поглаживая себя по пузени, блаженно улыбался вразвалку восседавший на скамье Дефолт, – Да эта пицца – всем пиццам пицца(!!!)

Спустя с полчаса в пищеварительных системах приятелей забурлило. Еще чуть спустя животы стариковские вспучило и... Понеслись они (так и не опохмелившиеся) не сговариваясь... опрометью!.. Кто куда: Матвей – в кусты, а Дефолт – в платный привокзальный туалет, на кой денег не имел ни копейки...

На том и сказке конец. С того и о-очень(!) грустная история... Но о ней (как строго-настрого наказал мне Дефолт) никому ни гугу... Пора прерываться... Итак-то, по-моему, уж лишнего сболтнул... О-о-ох-х и влетит же мне от Дефолта с Матвеем по первое число за разглашение конфиденциальной информации!.. А может и пронесет...

Рейтинг: нет
(голосов: 0)
Опубликовано 19.11.2014 в 07:05
Прочитано 368 раз(а)

Нам вас не хватает :(

Зарегистрируйтесь и вы сможете общаться и оставлять комментарии на сайте!