Зарегистрируйтесь и войдите на сайт:
Литературный клуб «Я - Писатель» - это сайт, созданный как для начинающих писателей и поэтов, так и для опытных любителей, готовых поделиться своим творчеством со всем миром. Публикуйте произведения, участвуйте в обсуждении работ, делитесь опытом, читайте интересные произведения!

Окаянная печать

Повесть в жанре Триллер, ужасы
Добавить в избранное

А. Г. Александров – Печёрский – Зауральский.


Окаянная печать.

(Страшилка для лиц, страдающих от бессонницы или плоскостопием.)

(Все персонажа данного повествования выдуманы и любое совпадение является чистой случайностью.)


…..человек стоящий рядом с телефонной будкой, был одет в серый плащ, поднятый воротник полностью скрывал лицо. На улице стояла поздняя осень, листва уже давно облетела с деревьев и лежала пожухшая в осенних холодных лужицах. Полная луна едва пробивалась сквозь плотную пелену дыма от заводских труб. Уличные фонари бледным могильным светом едва освещали небольшие участки пешеходных дорожек. Поздние авто на большой скорости шипя шинами, проносились мимо застывшего в странной позе человека. Большие часы, на городской башне освещённые из нутри показывали половину двенадцатого ночи. Отбив куранты половину двенадцатого смокли, человек вздрогнул и крепко, сжимая, левой рукой газету стал медленно открывать дверцу телефонной будки….

Незадолго до происшествия в городе N.

Степан Огородников сидел в накуренной пивнушке, которая располагалась недалече от проходной сталелитейного комбината «Пролетарий». Полупьяными глазами он наблюдал, как медленно исчезает пиво. В голове вертелся один вопрос, где завтра раздобыть пару рублей на опохмелку. Жизнь для него казалась, кончилась, его опытного токаря седьмого разряда, вот уже третий месяц лишают премии. Ну, подумаешь, деталь запорол, с кем не бывает, мастер видишь ли, орёт, план за месяц ему срываю. Где, мол, выработка деталей? Что, я мало деталей вытачиваю, другие тоже детали запарывают, а с него весь спрос. Допив остатки пива, нетвёрдой походкой Степан Ильич покинул уютное питейное заведение. Ноги сами знали дорогу домой, с трудом поднявшись на третий этаж, он нащупал в кармане штанов ключ, стал медленно открывать дверь. Тут вспомнил, что проходя мимо своего почтового ящика на первом этаже, заметил торчащий уголок газеты, но прессу не выписывал. Возвращаться обратно за газетой было не охота, но завтра выходной. Оставив у открытых дверей авоську с продуктами, спустился вниз, точно в ящике лежала пресса. Вытащив её, на первой странице увидел улыбающие лицо незнакомого мужчины, ладно дома прочитаю и сунул газету за пазуху.

Ах, Стёпа, Стёпа и зачем ты только достал эту газету, лежала она себе в почтовом ящике? Но как говориться, что сделано, то сделано.

Подобрав авоську, Степан Ильич шагнул прихожею. Кто есть дома? Ни кого грустно констатировал Степан. Ни кто не встречает, и скупые мужские слёзы потекли по его небритому лицу.

А ведь недавно был удачно женат, на дочери начальника цеха. Но наступила на его горизонте уже полгода, чёрная полоса. Началось с того, что у него украли со стоянки возле дома любимую «шестёрку». Милиция так и не шла похитителей, не машины. Степан, с горя запил, от него сразу ушла к тёще жена и унесла собой все сбережения за последние десять лет, детей у них не было. В довесок ко всему, по навету тёщеньки, жена подала на развод и на раздел имущества их трёхкомнатной квартиры. Степан ушёл в запой. Сейчас из имущества в однокомнатной квартире у него имелось. Скрипучий старый диван, сломанный телевизор, на кухне старенький холодильник «Бирюса», старый обшарпанный кухонный стол и колченогий табурет. Грязная посуда горкой лежала в потрескавшейся раковине. Закрыв входную дверь, Степан не снимая обуви, прошёл на кухню, полы были изумительно грязные. На кухни его радушно встретил тихим тарахтением холодильник, в котором из продуктов питания на сей момент был один лёд. Стёпа из авоськи стал выгружать на стол запас продуктов на выходной день, буханку чёрного хлеба, три плавленых сырка «Дружба» и пол-литровую бутылку молока. Молоко получал по талонам в заводской столовой. Погрузив это всё в пустой холодильник, Степан направился в комнату на опостылый скрипучий диван, телевизор уже как три месяца не работал, денег на починку не имелось. Из кармана выпала газета, ладно хоть прессу почитаем. Стоп подумал Степан, от куда газета, со странным названием «Счастливый случай», не ужели шпионы подбросили. Он недавно прочитал книжку про шпионов, которые специально побрасывали газеты доверчивым советским гражданам, а потом их вербовали. Найдя старенькие очки, прочитал, что это за тип на первой полосе. У Стёпы пересохло в горле, гражданин N, в специальной лотереи выиграл десять тысяч рублей. Вот мужику свезло, с завистью подумал Степан, теперь, поди лет так десять можно не работать и жить без бедно. На послеследующих страницах не было ни чего интересного, там были одни очерки и стихи, только на последней страницы в самом нижнем углу он вычитал. Магистр по чёрной магии и астрологии, снимет чёрную полосу невезения, указывался адрес и номер телефона. В голове сразу созрел план, завтра иду к этому магу, пускай мне поможет снять с меня чёрную полосу не удач. Аккуратно свернув газету и положив её на стол, Степан не снимая ботинок, уснул, пьяным сном. Всё ночь ему снились кошмары, за ним по старинному барскому особняку гонялись зелёные черти и голые девицы. Полуразложившейся труп пытался его догнать и укусить. С протяжным воплем Степан упал на холодный и грязный пол. Открыв глаза, Ильич увидел, что начинается новый день. За грязным пыльным окном светало, Степан, медленно волоча тяжёлые ноги, направился ванную испить холодной водицы, кран на кухне не работал. Взглянув на себя в отражение в зеркале, с досады плюнул на него. Степану показалось, что его отражение сморщилось от плевка. Надо завязывать пить, померещиться такое, не дай бог ещё ночью присниться. С большим трудом отыскав безопасную бритву, минут пятнадцать скоблил недельную щетину. Ещё раз, внимательно осмотрев, себя в зеркале пошёл искать по приличнее костюм и рубаху, пока этого добра у Степана было в достатке. Кое-как почистив старенькую обувку, наш Степан отправился по указанному адресу к магу, волшебнику. С большим трудом отыскав нужный дом, сталинской постройки, Стёпа поднялся на нужный этаж и остановился перед дверью, не решаясь нажать на дверной звонок. Но, дверь неожиданно открылась и перед изумлённым Степаном предстал представительный мужчина в чёрном домашнем дорогом халате. Проходите, уважаемый Степан Ильич, с нетерпением Вас ждём. Ноги сами занесли Стёпу в богато убранную прихожею. Не стесняйтесь Степан Ильич, обувь можно не снимать, проходите в комнату. В указанной комнате были плотно занавешены окна бардовыми бархатными шторами. Посреди большой комнаты стоял огромный дубовый стол, покрытый чёрной парчовой скатертью, на столе горели свечи, в середине стола стоял огромный видимо хрустальный шар. Рядом с ним как поначалу показалось, Степану было чучело совы. Присаживайтесь уважаемый мой Степан Ильич. Откуда он меня знает, промелькнуло в голове, у него, ведь я его первый раз вижу. Вы с вами знакомы, откуда Вы знаете, как меня зовут? Ну, что Вы скромничаете, Вы ведь только прямо в дверях представились мне. Странно вроде я молчал. Видимо от первого испуга запамятовал. Приглядевшись получше, Стёпа заметил, что сова открыла глаза и огромными зелёными зрачками уставилась на него. А, совунья Глаша проснулась, прошу любить и жаловать моя помощница, мягким обволакивающим голосом пропел магистр. Нус, любезный, что Вас ко мне привело? Стёпа поначалу замялся и едва тихим голосом пролепетал, мне бы этого самого и замолк. Ну, не тушуйтесь, любезный говорите на прямую. Собрав всю волю в единый порыв, Степан выдал предложение. Мне бы чёрную полосу неудач в моей жизни снять. Похвально мой любезный друг, похвально. Чем будем платить, поинтересовался магистр? Тут, до Степана дошло, что у него на сегодняшний денег, разве, что на кружку пива. Такс, продолжил магистр по чёрной магии, с денежным эквивалентом у нас проблема? Стёпа молча, покачал головой. Ну, ни чего сейчас составим контракт на постепенную оплату за мои труды и начнём. Но есть ещё один вариант, не знаю даже, согласитесь Вы на него. Вот, сейчас будут вербовать, во вражескую разведку пронеслось у Степана в голове? Ну, что любезнейший, ни каких шпионских разведок, мы являемся магистром по чёрной магии и астрологии. Вопрос очень щепетильный, как Вы дорогой смотрите на то, чтобы кое-что мне продать? Что именно поинтересовался Степан? Сущею безделицу, которую Вы даже и не видите, Вашу душу. Душу, подумал Степан. Да именно душу, мой дорогой, разлюбезнейший Степан Ильич, которая даже не известно существует на самом деле. Степан, не задумываясь, немедленно согласился. Но и чудесно. Магистр извлёк из под стола лист бумаги, Вам только необходимо ниже всего текста поставить свою подпись и дату и дело будет в шляпе. Магистр протянул ему старинную перьевую ручку и черницу непроливайку. Обмакнув ручку в чернильницу, Стёпа поставил подпись и дату. Но вот и чудесно пропел магистр. Сейчас мы решим все Ваши проблемы. Так уважаемый мой клиент закройте глаза, руки положите на стол и получайте удовольствие от сеанса. Степан почувствовал лёгкое головокружение и небольшую слабость, через пару минут это всё исчезло. Нус, милейший, можно открыть глаза, пропел магистр, теперь Вы полностью избавлены от чёрной полосы и невезения. В качестве презента примите эту скромную денежную сумму и подал Степану пухлый почтовый конверт. Дрожащими руками, Ильич стал открывать конверт, из него на стол выпали четыре сиреневые упаковки, боже мой, это же сто тысяч. Вы не смущайтесь любезный, можете пересчитать, у нас как в аптеке, ровно сто. Это скромный презент от нашей фирмы. Степан, как во сне покинул удивительную квартиру мага. Только свежий ветерок привёл его в чувство. Богат, проносилось в голове у Степана Ильича, эх сейчас пир закачу. Добравшись до центрального гастронома, он приобрёл пару бутылок дорого армянского коньяка и изумительной закуски. Всё внутри обладателя большой денежной суммы пело, вот она удача. Стёпу, кто-то окликнул его. Повернувшись, он увидел ещё довольно прелестное женского создание. Ты меня не узнал? Повнимательней приглядевшись, вспомнил, Люська Коврижкина. Да, она самая, только теперь не Коврижкина, а Каблукова. Но ты и франт, шикарный прикид, импортный коженный плащ, шляпа, коженный портфель. Степан глянул на витринное стекло и обомлел, он был приодет в дорогой плащ и шляпу, в руках почему-то вместо авоськи был коженный портфель. Ты наверно Степан, большой начальник? Ну, что ты, простой токарь седьмого разряда. Неплохо токаря живут, а мой алкаш перекати поле, то тут, то там поработает. Да, я с ним в разводе, пока живём вместе, не как не можем «двушку» разменять. Слушай Люся, а давай пойдём ко мне, молодость вспомним. Пошли, все равно делать не чего. Перед своими дверями Степан остолбенел, вместо обшарпанной двери и сломанной на ней ручки, красовалась металлическая узорчатая дверь. Открыв её, Степан ещё больше обалдел, шикарная прихожая была устлана ковровой дорожкой, на кухне были слышны звуки радиоприёмника. Людмила, стала весело щебетать, поди твоя супруга меня выгонит? Да я, тоже разведён, вот уже больше чем полгода. Ну и дурища твоя жена, того мужика бросить, с жиру беситься. Сняв обувь, они прошли на кухню, здесь царила полная идиллия, дорогая кухонная мебель, импортный холодильник, цветной телевизор на специальной стойке. Кухонный дорогой гарнитур, шикарная люстра на потолке, вместо старенькой запылённой лампочки. От куда это всё вертелось у Степана Ильича в голове? Ты Людмила тут пока поколдуй с закусью, а я ванную умыться с дороги. Открыв дверь ванной, у Стёпы отпала вниз челюсть, ванная сверкала чистотой. Поплотнее прикрыв дверь, Степан холодной водой стал умывать лицо, не мерещиться ли это мне всё? В настенном зеркале образовалось лицо магистра по чёрной магии. Не чему не удивляйтесь любезнейший Степан Ильич, за вашу чистую не порочную душу, это только маленькая толика и лицо исчезло. До Степана не сразу дошёл смысл фраз, произнесённых магистром магии. В дверь настойчиво стала стучаться Людмила, Стёпа выходи, стол накрыт. Уже выхожу. На кухне был накрыт великолепный праздничный столик, чего только тут не было. Первые тосты, как обычно были за молодость и благополучную старость. После пошли воспоминания их далёкой молодости. Как то не заметно они переместились в большую комнату, Степан перестал, чему-то удивляться. Но, все, же он растерялся, импортный японский телевизор и музыкальный центр, потрясли его. С большим трудом он сдерживал свои эмоции, богат, проносилось у него в голове. Не заметно подошёл вечер, Людмила осталась ночевать у него, после продолжительных постельных утех, они мирно уснули. Но, мирно спала только Люся. Степану снился очередной кошмарик, он находился в могильном склепе, одетый в странную серую длиннополую рубаху. Она была изрисована изображениями чертей, ведьм и всякой другой нечестии, его руки были связаны за спиной. С противным металлическим скрипом стала открываться дверь склепа, у Степана всё похолодело внутри. В него вошли два здоровенных амбала и бесцеремонно под руки выволокли Стёпу наружу. Здесь ещё больше не понравилось нашему герою. Перед ним стояли люди в серых балахонах с капюшонами на головах, которые закрывали их лица, в руках они держали деревянные кресты. Впереди процессии находился священник в белых одеяниях. Процессия двинулась по узким улочкам старинного городка, из окон домов в Степана бросали огрызки яблок и всякую дрянь, слышался один клич как на футбольном поле, бей еретика. Степан толком ни чего не понимал, что происходит и где находится. Процессия достигла городской площади, по среди её стоял металлический столб возле него лежали охапки хвороста. Огромная толпа горожан обступила прилегающею территорию, гневный ропот стоял и не чего хорошего не предвещал несчастному Степану Ильичу. Священник рукой указал на столб и Стёпу потащили к нему, он попытался возмущаться, но ему грязной тряпкой завязали рот и на голову одели бумажный колпак. Чтобы гул толпы смолк священник, в белом одеянии поднял обе руки к верху, достал из-за пазухи свёрнутый в рулон бумагу и стал её зачитывать. Именем святой инквизиции, подвергнуть очищением огнём этого еретика продавшего душу дьяволу. Степана крепко привязали к позорному столбу, из толпы показался ужасный человек с горящим факелом. Его одевание в груди Стёпы вызывал ужас, красный видимо коженный фартук и чёрная маска на лице нагнетала смертельную тоску, на несчастного Степана Ильича. Да будет выше указанное исполнение громко крикнул священник, толпа поддержала его криками. Медленно подошёл куче хвороста палач и поджёг хворост. Огонь стал подбираться к ногам еретика Степана, он попытался освободиться от державших его верёвок, но всё было тщетно. Степан закрыл глаза и был готов принять ужасную смерть. Открыв их снова, увидел, что находиться дома, рядом укрывшись с головой одеялом, спала Люся. Он осторожно стал с неё снимать одеяло и обомлел, рядом с ним спало чудовище, это было продолжение кошмарного сна. Из-за рта торчали длинные кривые зубы, на пальцах рук были длинные изогнутые когти, из-за рта исходило зловонное дыхание. С протяжным криком стал сползать на пол. Проснулся Ильич, от того что трясла за плечо Людмила. Степана Ильича бил озноб и обильно стекал пот, надо такому присниться, сплошной кошмар, а не сон. Ты так стонал, что мне стало страшно, пролепетала постельная подруга. За окном занималась утренняя зарница. Они ещё часа два предавались плотским утехам. Людмила засобиралась домой, проводив подругу до входной двери, Степан передал ей запасной ключ и тысячу рублей, не смотря на все её протесты. Купи себе красивое платье и другие женские вещи напутствовал её Степан. Проводив её, он хотел снова завалиться спать, но вспомнив свои ночные кошмары, резко передумал. Тогда принял одно верное для себя решение, наполнил тёплой водой ванну и предался неге. Почистив зубы и побрившись, сел завтракать, но что-то сильно его томило. Неожиданно его словно ударило током, я ведь душу продал, ему сразу вспомнилась покойная бабушка. Она ему в детстве неоднократно твердила, что самое дорогое у человека, это его бессмертная душа, за ней вечно охотятся бесы. Комок к горлу сразу подкатил Степану, осознавшего, что такого страшного совершил. Он бросился в прихожею и извлёк из пальто газету, отыскал адрес магистра чёрной магии и решил немедленно туда ехать, чтобы расторгнуть договор. Автобус доставил его на окраину города, он ещё долго плутал по закоулкам, не смотря, что раньше сразу отыскал дом, где проживал магистр. Следуя нумерации домов, вышел на пустырь заросший бурьяном, такого дома не существовало. Степана пробил холодный пот, не смотря, что на улице было лето и жаркая погода. Дикими воспалёнными глазами стал, осматривался кругом, сквозь пустырь вела небольшая тропинка, по ней не спеша двигалась пожилая женщина. Дождавшись, её он вежливо поздоровался и спросил, где тут проживает магистр по чёрной магии и астрологии. Бедная старушка, отшатнулась, от него и троекратно перекрестившись, что-то не внятно пробормотав пошла дальше. Бедный, несчастный Степан Ильич понял, что погиб. Его обманули как последнего простака, обвели вокруг пальца. Он стал ещё раз внимательно рассматривать газету, на последней странице внизу вместо адреса магистра увидел адрес похоронной конторы. На ватных дрожащих ногах добрёл до детской площадке в близ лежавшем сквере. Сев на свободную скамейку, впал в полную прострацию. Это конец, куда идти, где искать, это чёртога магистра он не знал. В недалече сидела молодая парочка, парень развлекал своими рассказами девицу, та весело смеялась. Хорошо им думал Степан, а тут одна проблеме на другой, хоть в петлю лезь. Вдруг до слуха Степана Ильича, донеслась речь двух пожилых кумушек. Ты слышала Петровна, к нам в город приезжает маг, волшебник из капиталистической страны, в следующею субботу проводит один сеанс. Не может такого быть Степановна, да точно тебе говорю, дворце профсоюзов, это пройдёт представление. У Степана сразу полегчало на сердце, вот он шанс, поди, этот чёртов магистр будет выступать, тут я его и сцапаю. Немедленно направился на автобусную остановку, чтобы проехать до дворца профсоюзов и приобрести вожделенный билет. Степану показалось странно, что перед кассами нет народу, над окошком кассы висело объявление, все билеты на представления магистра по чёрной магии и астрологии проданы. Степан, оторопел, когда ему казалось вот его шанс, от него уплывал. С трудом пробившись директору дворца, за хорошую мзду добыл контрамарку. Вернувшись, домой, в своём почтовом ящике нашёл конверт от постельной подруги Людмилы. Поднявшись к себе, домой, переодевшись, стал знакомиться содержимым конверта. Поначалу ни чего не понял, со второго раза до него стал доходить, смыл написанного лично ему. Дорогой мой Степан, я придя в твоё отсутствия в твою квартиру, была потрясена переменившейся в ней обстановкой, в коридоре стояли похоронные венки, а на кухне я застала, странную картину. Три небритых типа, сидели и пили горькую. Я была ошарашена, когда мне сказали, что ты скоро сдохнешь я чуть не упала в обморок. Когда один из них стал закусывать не открытой банкой рыбных консервов, меня едва не стошнило. Попятившись назад, столкнулась с жеманным типом в старинном барском халате, который мне предложил сыграть с ним в шахматы на мою душу. Степан, в твоей квартире живёт нечистая сила, срочно иди в церковь и освети квартиру. Возвращаю твой ключ и оставшиеся деньги, покайся батюшке. Какая ещё нечестия сила живёт в моей квартире. Он обошел, все помещения и обшарил каждый угол, но никого не нашёл. Тут его ударило словно током, ведь его раньше обстановка была убогой. Права была бабушка, попался я, в расставленные сети, бесам. Холодильник был забит продуктами и Степан решил не выходить из дому до субботы. Проснувшись в субботу поздно, около обеда, принял как обычно душ и пошёл на кухню, перекусить. В прихожей зазвенел телефон. Кому я ещё понадобился, в сердцах выругался Степан Ильич, идти к нему было неохота. Телефон надрывно звенел, требуя, чтобы к нему подошли. Взяв трубку, Степан услышал знакомый мягкий бархатный обволакивающий голос магистра по чёрной магии. Любезный Степан Ильич, советую Вам не ходить на сеанс, мы вечером к Вам заглянем на огонёк. В трубке послышались гудки, Степан со злости так стукнул трубкой по аппарату, что тот треснул. Ага, сейчас послушаюсь, я тебя, не дождётесь, испугались, что пойду на представление. Пойду назло Вам. К началу сеанса, Степан, уже стоял в фойе дворца профсоюзов, пока он шёл к входу, его раз десять успели спросить нет ли лишнего билетика. В фойе толпился народ, ожидая, когда раздаться первый звонок. Все только и говорили о предстоящем грандиозном, по их мнению, выступлении зарубежного мага. Раздался первый звонок, толпа двинулась на свои места, Степан с контрамаркой расположился на стуле в проходе не далеко от сцены и стал ждать начала сеанса. Послышались жидкие аплодисменты при виде конферансье. Подняв руку, попросил тишины в зале. После обратился к зрителям, уважаемая публика, сегодня только один сеанс проведёт маг и волшебник из капиталистической страны, прошу Вас любить и жаловать, маг. Занавес открылся, и так уважаемая публика перед Вами маг и волшебник Кэн Вейзевул.

Прошу у Вас почтенная публика простить, за то, что Вас вели в заблуждение, начал говорить выступающий. Я не маг и волшебник как меня сейчас представили. Я практикую чёрную магию, астрологию, алхимию и предсказание будущих событий. Не каком волшебстве, здесь не может идти и речи, что Я Вам сейчас представлю, чистая правда и ни кого волшебства. Взмахом руки предложил удалиться конферансье. В руках у мага появился хрустальный шар, который установил на мраморном столике. Неожиданно свет в зале погас и в темноте на сцене вдоль рампы стали загораться восковые свечи. Прошу за мою маленькую причуду начал вещать маг, я не люблю яркий свет, достаточно и свечей. Взади него появился помощник в странном старинном одеянии, больше смахивающий на кучера времён эпохи Людовика 14. Он вынес на сцену четыре кресла, сам маг уселся на скромный табурет. И так что хочет увидеть и услышать уважаемая публика. Степан был разочарован, это был не магистр, хотел уже покинуть представление, но проход был до отказу забит людьми. Тогда он смирился и стал ждать окончание сеанса. Его не интересовала, что происходит на сцене, а там кипели не шуточные страсти, маг превращал металлы то в золото, то обратно в безделушки. Отгадывал самые потаённые желания и просьбы зрителей. В конце представления пригласил на сцену четверых зрителей в их числе и оказался Степан Ильич. Он сам не заметил, как его ноги вынесли его на сцену. Прошу рассаживаться дорогих гостей, любезно предложил маг. Раздав всем простые листки бумаги, сделал пас рукой и вместо бумаги, у лиц, участвовавших в шоу, появились в руках огромные плакаты с изображением мага. Он снова сделал пас рукой и перед изумлённой публикой и участниками шоу, предстал стол уставленные заморскими яствами, рядом стояли лакеи. Прошу Вас отведать угощение, маг сделал щелчок пальцами и лакеи стали подносить изумлённым, кроме Степана угощения. К Степану подошёл сам маг и наклонившись едва слышно произнёс, зря Вы любезный пришли сюда, Вам же сообщили, что придём к Вам в гости. Степан, от удивления открыл рот. Маг приложил палец к губам и отошёл в сторону. Степана, стал бить озноб, вот случилось, чего не ожидал, за мной следят, решил Степан Ильич и стал вертеть головой, надеясь увидеть и магистра. Но сеанс неожиданно окончился, маг дамам вручил по букету цветов и дорогой бутылке французского вина, мужчинам по две упаковке сигар и бутылке французского марочного коньяка. Маг, внезапно исчез и его помощник объявил об окончании шоу, занавес опустился и публика стала расходиться. Получив фойе плащ и шляпу, Степан подарил обалдевшей от изумления гардеробщице, две упаковки сигар и коньяк. На улице ещё толпился народ, Ильич отошёл в тень колоннады. Он не стал прислушиваться, о чём беседуют, выжидал, когда толпа разойдётся и он пойдёт домой. Позади раздался хриплый голос, сигареткой не угостите. Перед Степаном стоял небритый опухший тип, не курю, ответил Степан и тип раскланявшись, исчез. Чертовщина, какая-то твориться подумал Стёпа, но надвинул на лоб шляпу и продолжал ждать, когда разойдётся народ. Он едва успел на последний автобус. Поднявшись на свой этаж, Степан с изумлением увидел, свою старенькую обшарпанную дверь со сломанной ручкой. Потёр глаза, ведение не исчезло, осторожно открыв дверь, Степан оторопел от изумления, в прихожей стояли похоронные венки. Старенькое трюмо было завешано чёрной тканью. Его бесцеремонно втолкнули прихожею. Пред Степаном Ильичём предстал неожиданно магистр по чёрной магии. Ба, любезный Степан Ильич, чего же Вы любезный не заходите к себе домой, мы Вас тут уже заждались. Прошу, очень просим, проходь до комнаты, там уже стол накрыт. В комнате была полутьма, на столе больше напоминающий гроб горели свечи и он был уставлен заморскими яствами. Во главе стола сидел уже знакомый по представлению маг и широко улыбался. Ну, вот любезный мой Степан Ильич, как и обещал, я у Вас в гостях. Грабо, зачем ты так напугал нашего дорого Степана Ильича, не видишь, на нём лица нет. Мессир, ну вы, чтобы мы нашего любезного Степана Ильича Огородникова да напугать, любим и ценим его. Мы может так сказать, всякий почёт им высказываем, а они панику изображают. Просим уважаемый Вы наш, разлюбезный Степан Ильич, яств отведать и заморского вина испить. Вы какое вино в это время суток предпочитаете, кроме «Бормотухи»? Степан Ильич моргал глазами, мало понимая, что в его квартире происходит. Успокойтесь дорогой и любезный Вы наш, Степан Ильич, мы не какие-то проходимцы, мы так сказать Ваши душеприказчики, я уже представил Грабо, магистра по чёрной магии, проще говоря, моего стряпичного, покупателя душ, промолвил, мессир. Теперь, я хочу Вам представить, уже знакомого Фёдора Злодеева, так сказать надсмотрщика за Вами. У Степана похолодело всё внутри, это был тот тип, который просил у него курево. Вижу, Вы уже близко знакомы, теперь он будет Вашей тенью. Ещё один маленький от меня презент, Степан Ильич, больше Вас ночные кошмары не будут мучить. Всё-таки скажу, мой любезный друг, дорогой Вы наш Степан Ильич, Грабо оказался столь любезен, что позволил Вам ещё прожить безбедно, десять лет, это при Вашей соц. реальности. Но не будем тянуть время, меня ждут другие клиенты, так что наслаждайтесь жизнью, мой любезный, до скорой встречи. Троица растаяла, пряма на глазах у растерявшегося Степана. Так он просидел до самой зари. Утренний рассвет застал наше горе героя сидящим на стуле, при первых лучах солнца, стол исчез. Перед несчастным убитым горем Степаном Ильичём, стоял новый стол, на котором сиротливо стояла одинокая тарелка, на которой мирно покоилась корочка чёрного хлеба, обильно посыпанная солью. Рядом стоял гранённый стакан почти доверху наполненный коричневой жидкостью, по исходящему запаху, это был коньяк. Стёпа, встал и вышел на балкон, свежий утренний ветерок, постепенно приводил его в чувства. На улице показались первые прохожие, они спешили по своим делам, весело звенели трамваи, чинно двигались троллейбусы. Вернувшись в комнату, Степан даже не взглянул на угощение на столе. В ванной комнате в зеркале его встретило отражение. Красные от ночного бдения глаза подсказали, что надо немного поспать. Вернувшись в комнату, упал на диван и забылся сном. Проснувшись после обеда, присел и долго тёр глаза, ванной Степан слегка умылся и отправился обедать. Каждый кусок с большим трудом проглатывал, помня ночную встречу. После покинул опостылую ему квартиру. Он не спеша шёл в городской сквер, летний тёплый ветерок, шевелил ещё густую шевелюру, кругом кипела жизнь. Городской сквер, встретил своей прохладной тенью, двигаясь по главной аллее, вдыхал в себя ароматы исходящие от деревьев и цветущих цветников. Но они не приносили ему успокоения. Присев на свободную лавку, предался горестным рассуждениям о смысле жизни. Его как последнего простака обвели вокруг пальца, поманив, красивой беззаботной жизнью и он купился, оставшись с носом. Внезапно до него донёся перезвон церковных колоколов, в церкви начиналась вечерняя служба. Он вспомнил записку Люси, пойду в церковь, решил Степан Ильич и осёкся, на соседней лавке увидел свою привязчивую тень. Это был чёртов Фёдор, навязанный ему магом. Всё мне конец, как бы мне избавиться от шпиона. Внезапно черты Фёдора стали искажаться и он исчез. По аллеи шёл православный священник, на груди ярко пламенел крест. Батюшка шёл не спеша, опираясь на резной посох, одетый в широкую рясу из под которых виднелись простые кирзовые сапоги. С большим трудом для себя, Степан Ильич встал и хотел подойти к батюшке, но его ноги не шли. Что это со мной? Взор священника упал на его, Степан стушевался и опустил глаза. Батюшка не спеша подошёл к застывшему Степану Ильичу и обратился с вопросом. Что Вас смущает, человече? Степан залепетал, что впервые здесь видит священнослужителя. Нет, любезный Вас что-то другое гнетёт? Вы право отче, так впервые обратился, к священнику как учила его бабушка. Я бы, хотел пройти в церковь, да дороги не знаю туда. Похвально, ну, что я Вас провожу. У Степана прошёл ступор, и он увидел, перекошенное от гнева лицо соглядая. Так они шли неспешно около часа, батюшка тихим приятным голосом рассказывал ему о проблемах с прихожанами, мало православного народу стало посещать храм божий. Впереди показались, купала церкви, неожиданно им дорогу преградил милицейский патруль. Попрошу предъявить документы, обратился капитан к Степану, он хотел возмутиться, но его опередил батюшка. Любезный страж правопорядка, что случилось? Вас не спрашивают, церковь и государство, разные понятия. Здесь Вы правы, но в чём провинился этот законопослушный гражданин, мы с ним вроде уже с час идём вместе и не чего не нарушаем. У Степана всё похолодело внутри, среди милицейского патруля заметил магистра, мне конец подумал он. Но не тут, то было, батюшка оперевшись на посох расправил окладистую бороду и упёр свой взгляд на милицейский наряд. То, что произошло дальше, Степану показалось сном. От православного креста стало исходить яркое сияние и весь наряд растворился как весенний снег при солнце. Скорее любезный человече, нам нужно дойти вот до того большого дерева, там начинаются освещённые земли. Степан рванулся и в несколько прыжков оказался у дерева, позади неожиданно раздался, как показалось ему зубовный металлический скрежет. К нему подошёл священник, впервые вижу, что так распоясалась нечистая сила. Видно Вы очень дороги, если такие силы включились чтобы заполучить Вас. Пойдёмте в священный храм, там мне всё расскажите. Батюшка трижды перекрестился прежде чем войти в церковную ограду и храм, Степан тоже повторил это. Под сводами храма, ему стало полегче, священник, взяв его за руку провёл в боковое помещение, находящиеся за церковной кассой. Своды помещения слегка давали на Ильича. Батюшка предложил ему присесть на лавку, а сам уселся, напротив, на стул. Ну, сын мой давай не спеша по порядку всё рассказывай. Стёпа собрался с духом и стал вести рассказ, постоянно утирая обильный пот катившейся со лба. Окончив повествование, опустил в пол глаза. Священник, ни разу не перебил и внимательно слушал грешника. Да, человече, ты совершил большой грех, душа бессмертна и ты умудрился отдать её на вечные мучения в Ад. Но шанс, всегда есть, насколько я понял из твоего рассказа, тебя обманул, Грабо, помощник мессира, проще сказать одна из сторон дьявола. Ловко сыграл на твоём горе, но и на старуху бывает проруха. Не замечая того они нарушили условия договора, нельзя привести договор в действие, в течении недели после повторного с ним ознакомления. А они тебя с ним повторно не знакомили и ты кровью на нём не расписался. Нам теперь может помочь третейский суд. Тебе повезло, один из тринадцати членов суда сейчас в церкви, находиться здесь и ты не можешь, с ним встретиться. Домой возвращаться тебе нельзя, остаётся один вариант, нейтральная святая земля. Только не удивляйся это церковное освящённое кладбище. Сторож этого кладбища, Тихон Тарасович Одинокий, член третейского суда, сейчас он на церковной службе. Подожди, его пока в церковной ограде и из неё не выходи, не под каким-то не было предлогом. Степан сидел в церковной ограде, на маленькой лавочке опустив, буйную голову и ни на кого не обращал внимание. Услышав знакомый голос батюшки, привстал, перед ним стоял высокий худой старик с окладистой бородой, его молодые глаза не сочетались с его возрастом. Тихон Тарасович, вот этого человека надо уберечь от сил, самих знаешь каких. Пока я буду собирать всех членов третейского суда, пусть пока у тебя поживёт. Ну, что пусть поживёт, нам не впервой. Так уважаемый, как тебя зовут, я не спрашиваю, захочешь сам представишься, нет, не обижусь. Прошу меня извинить, начал Степан Ильич и назвал свои полными данными. Ну, человече теперь слушай меня внимательно, начал говорить сторож Тихон. Не с кем пока мы будем добираться до освещенного кладбища, не разговаривай. На все вопросы буду за тебя отвечать, я. Твое дело не отставать от меня ни на шаг, по сторонам головой не верти и ни чего не бойся. Ты меня понял, грешник Степан? Он утвердительно кивнул головой. Ну и прекрасно пошли, будем ждать тебя отец Михаил. Всю дорогу как ему было велено, Степан молчал и не вертел головой и старался не отстать от сопровождающего. Когда кто окликал Стёпу, тот молчал, за него отвечал, Тихон. Два раза ему на глаза попадалась расплывчатая рожа соглядая Фёдора. Так шёл за Тихоном добрых три часа, вдалеке наконец показалась кладбищенская оградка. Возле сторожки, Тихон оглянулся, но чего молчишь грешник, мы на месте, будешь мне помогать по хозяйству. За ограду кладбища ни ногой, здесь тебя ни кто не тронет, покойников бояться не надо, надо бояться живых. День клонился к закату, Тихон подал Степану Ильичу пустое ведро и велел набрать воды в конце кладбища, там имелась водокачка. Уже смеркалось, Степан набрал воды и возвращался обратно, когда дорогу ему преградили двое молодых людей. Папаша закурить не найдётся, сзади раздался голос сторожа Тихона, он не курит. Молодёжь сразу стушевалась, извините мы пошли дальше. Не бойся, эти нам не страшны, их подкупили, чтобы вытащить тебя за ограду. Но, когда меня не будет на кладбище, тебе лучше сидеть в сторожке. Они сидели за самодельным столом и пили чай. Степана подмывало выспросить, что это за третейский суд, но решил промолчать. Тихон, хитро прищурив один глаз, неожиданно задал ему вопрос. Что, сомнения тебя мучает, что это за третейский суд над грешниками? Ладно, маленько поведаю. Он существует давно, точно сказать не могу, на нём решаются самые щепетильные споры, между тремя сторонами, добром, злом и серединниками. Добро и зло, это тебе уже понятно. Серединники, это особые люди, они как бы балансир между добром и злом, но их порой мнение бывает важно при решение запутанных проблем. Например, как твоё. В общем, сам всё увидишь, тебе мой совет будь искренен, не старайся ни чего утаить. Отец Михаил думаю, за пару недель соберёт всех членов суда, а пока наберись терпения и жди. И потянулись томительные дни ожиданий по его решению дальнейшей судьбинушке. Степану Ильичу каждая проведённая минута на освещённой земле была тяжким испытанием, в голове вертелась только одна мысль. А вдруг меня признают, виновным и тогда моя бессмертная душа будет вечно гореть в адском огне. Он не находил себе места когда оставался без работы или вечернее время коротание за кружкой чая, слушал истории рассказанные ему сторожем Тихоном. Старик, как считал его Степан, был занимательным рассказчиком, знал много удивительных случаев и событий за последние веков так десять. В его повествованиях не было нравственных и поучительных историй, все сказы были о жизни и тяжёлых заботах на матушке земле. Вот один низ них. Летом такого года, мне повстречался одинокий путник. Путник, как путник, только одно меня смущало, что, не смотря на летнею жару, тот кутался в тёплое пальто. Он едва порой волочил ноги, но вдруг встрепенувшись ускорял свой шаг. Я, стоял возле ограды своего дома и складывал дрова. Поравнявшись со мной, незнакомец присел на березовый чурбан и стал растирать слегка опухшие руки. Так мы вместе молчали пару минут. Незнакомец, словно пробудившись от сна, представился без здравствования. Меня, Никанором кличут и замолчал. Будем знакомы, меня Тихоном, ответил я ему. Издалече идёшь путник? Никанор поднял глаза и в них я прочёл огромную тоску и боль. Издалече ответил он. И куда путь свой держись, снова я обратился к нему? Да и сам не знаю отец, ответил странник, куда ноги несут туда и иду. Не болен ли ты часом, снова я спросил его? Нет, отец, грехи мои меня гонят, я бывший разбойник, отсидел в остроге положенный срок, вот, получил вольную. Эко парень, пожалел я его, по какой такой причины лихие люди подался Никанор? Молодой был глупый, хотел лёгкой и красивой жизни, теперь вот расплачиваюсь за свою дурость. Иду сам не знаю куда. Видя истинное покаяние странного путника, я-то время помог определиться Никанору в местный монастырь, послушником. Спустя несколько годов, я снова встретил его на пыльной дороге, идущей в большой город. Но это уже был другой человек, одетый в одеяния монаха и не смотря на опущенную голову, тот шёл уверенно знаю куда. Он узнал сразу меня, голос его был крепок, но ласков. Сколько меня благодарил, что мене стало стыдно. Видя теперь мою растерянность, Никанор миру, ныне инок Ефстасий, низко поклонился и продолжил свой путь. Где он сейчас я не знаю, но неоднократно слышал о его праведных деяниях, он теперь старался искупить свои грехи. За свои добрые дела, не чего не просил, но исполнял, как положено свой обет положенный ему в этой жизни.

У каждого своя дорога в этой жизни, кому дано грешить, тот будет грешить до поры до времени. Редко кому уготована праведная жизнь, да кто из нас знает, что написано в книге наших судеб, одному богу известно. Так проходил день за днём в тесной сторожке Тихона Тарасовича и трудах праведных по поддержанию надлежащего порядка на кладбище. Неделя пролетела и Степан Ильич, с тоской ожидал, что будет дальше, куда его определят? Пасмурным вечером, в окошко сторожки тихо постучали. Тихон Тарасович пошёл открывать дверь, на пороге показался незнакомый мужчина с пожилой женщиной. А, вот и члены суда неожиданно решили пожаловать, вижу, что пришли за моим постояльцем. Только любезные Аглофира и Семион, я Вам его пока не отдам. Где светлая сторона? Тут, Степан заметил, что глаза пришельцев иссяне-чёрные. Его передёрнул озноб, он в них увидел кромешный Ад. Не беспокойся Тихон, сейчас подойдут и светлые. Нам с тобой надо поговорить. Троица вышла на улицу, они отсутствовали почти час. Степан, прислушивался к плохо различимому разговору. Иногда до него доносились угрозы в адрес его и ещё кого то. Внезапно всё стихло, снова открылась дверь и в сторожку, уже вошло пятеро, во главе шёл Тихон Тарасович. Ну, что собирайся болезный мой, нам предстоит далёкий и не лёгкий путь на твоё судилище. Степан, стал собирать не хитрые свои пожитки, украдкой разглядывая новых сопровождающих. Это были молодые парни, от них исходил приятный ласкающий взор свет. Я готов, отрапортовал Степан Ильич, держа в руках свёрток со старой одеждой. Процессия неспешно двинулась на встречу угасающему дня закату. Впереди твёрдой походкой шагал сторож Тихон, сам Степан шёл в середине, процессию замыкали двое. Один представитель тёмных сил и светлых. Неожиданно Тихон остановился и стал прислушиваться. А, Григорий, выходь, не чего прятаться, громко молвил он. Из ближайших кустов вышел низкорослый худощавый тип, одетый не по сезону в тёплый тулуп, валенки и в странную рваную соломенную шляпу. А, Григорий шипящим голосом просипела пожилая Аглофира и ты тут, явился, не запылился, середник. Зря шипите Аглофира Адовна, мы Вам не помешаем, вот только зачем было тащить за собой свору адских гончих. Подойдя к кустам, Григорий за шиворот вытащил двоих мужиков, одного из них узнал Степан, это был Фёдор. Тихон Тарасович, тихим низким голосом произнёс, на неизвестном языке произнёс фразу, вспыхнуло, яркое пламя и двоица исчезла. Григорий улыбнулся в пушистую бородёнку и таким же тихим голосом, как и Тихон, произнёс. Ну, зачем так грубо вершитель, можно было в загривок вытолкать. Тихон, устремил свой взор на тёмных, ещё одна такая выходка и в морду. Ну, вот я говорю, проще надо, стал ехидничать Григорий. Кончай шутить, оборвал его Тихон, скоро на место придём. Лес неожиданно расступился, перед путниками и взору Степана Ильича предстал удивительной по красоте одноэтажный дом. На крыльце дома стояли двое, лица их скрывала тёмная вуаль. Ну, вот и стражи для грешников, снова стал ерёдничать Григорий. Уймись, адвокат стихий, будет время, тебе дадут слово. Все в сборе, вершитель, все тринадцать, через три часа начнём, Вашего подопечного мы забираем. Все расступились и к Степану подошли стражи, у Ильича заныло сердце. Не бойся, иди с ними, проговорил Тихон, здесь ты в полной безопасности. Степана привели в светлое без окон помещение, посреди помещения стоял стол, на котором была накрыта скромная трапеза. Стул отсутствовал и Степану, пришлось подкрепляться стоя. Откушав, Стёпа поблагодарил за пищу. Стол исчез. В самом углу стояла низкая деревянная лавка, куда присел Степан и стал ждать развития событий. Сколько времени прошло, Ильич не знал, едва стал дремать, как его окликнули и потребовали пройти в зал. Пока шли по длинному коридору, Степан Ильич размышлял о превратности судьбы. Ещё недавно успешный токарь, удачно женатый, а теперь его дело разбирать будет третейский суд высших сил. Все остановились перед большой дубовой дверью. Раздался удар колокола и двери открылись. Степан Ильич вступил в огромный зал обитый чёрным бархатом, под потолком и по бокам стен горели огромные восковые свечи. Члены третейского суда располагались на огромном каменном постаменте. Выше их на золоченом стуле находился уже знакомый ему Тихон Тарасович, его было не узнать. Он был одет в серый балахон, на голове находилась зелёная узорчатая шапочка. Члены суда были разделёны узорчатой оградкой, слева видно по чёрной одежде были представители тёмных сил. Справой стороны в белых одеяниях светлые. Отдельно за небольшими столами видимо располагались адвокаты и обвинители, среди них он узнал Фёдора, магистра и типа который помогал мессиру вести представление. Ещё Степан увидел, рядом с единственным огромным занавешенным окном находиться стол, за котором сидит, пересмешник Григорий. Его сейчас почти было не узнать, алая мантия, через правое плечо золотистая лента и на груди огромная золотая звезда. Что было узнаваемо в Григория, то это его окладистая серая борода. Степана подвели к железной клетке и поместили туда, закрыв дверь на амбарный замок. Ещё минут десять, стояла полная тишина. Мягкий, низкий голос Тихона Тарасовича известил всех присутствующих о начале третейского суда, которое продлится сорок восемь часов. У каждой из сторон будет ровно по двадцать четыре часа чтобы доказать свои права на этого подсудимого. В конце ровно полчаса будет предоставлено слово, серым представителям или проще сказать середникам. Григорий встал и поклонился. С началом пятого удара колокола, начнётся первая часть заседания, где обеим сторонам будет дано по двенадцать часов, предоставить свои права и обвинения. После три часа перерыв и заседание продолжиться. Степан, присел на узкую скамейку и опустил голову, как его научил Тихон и стал внимательно слушать. Здесь ему не будет предоставлено, не последнее слово и не будут слушаться его оправдания. Всё будет решаться двумя заинтересованными сторонами.

Вершитель третейского суда, ударил деревянным молотком по столу и громко произнёс, а теперь посмотрим жизнь подсудимого от его рождения до грехопадения. В зале погас свет и засветился огромный экран. Степан Ильич не смел, поднять лицо, чтобы не видеть все припятии пройденной жизни. С экрана слушались голоса, но в зале была полная тишина. Стёпа сглатывал, слюню, и утирал набегавший на лоб пот, когда до его слуха доносились ужасные проступки совершённые им за период его жизни. Через час или чуть больше показ закончился, в зале все зашевелились. Тихон Тарасович, снова ударил молотком по столу и объявил, время дано тёмным, для предъявления обвинения. Стёпа весь похолодел и ему показалось, что стал покрываться инеем, когда стал выступать магистр по чёрной магии Грабо. Эти слова, как камнепад с гор давил Степана, громом молний поражали высказывания в его адрес. Степан Ильич уже был готов потерять сознание, когда вершитель объявил время, истекло. Степан Ильич не вольно поднял голову и то, что увидел, потрясло его. Перед заседавшими стояли огромные весы с двумя чашами, одна уже была заполнена доверху чёрной кишащей массой. Перерыв десять минут, объявил вершитель. После слово светлым. Степан Ильич упал в уныние, увидев, сколько всего нагрешил, склонив буйную голову, стал ждать продолжение заседания. Ровно через десять минут, после удара судейского молотка, продолжился суд. Стёпа напряг весь свой слух, внемля, что говорят его защитники, у него ещё телилась крошечная надежда на благополучный исход. Слова мягкие как ароматный запах соснового бора в летний знойный полдень, разлились по залу. Степану Ильичу показалось, что светлые силы только начали говорить, когда раздался голос, вершителя, время окончено, объявляется большой перерыв. На клетку где находился Степан, накинули плотную на воздуха проникающею ткань. Он даже не успел посмотреть на весы. Но судя по гулу в зале, были довольные и не очень. В зале повисла тишина и он уснул. Проснулся Стёпа от нарастающего шума, в зал стали прибывать заседатели. Но с клетки, где был подсудимый Степан, не стали снимать ткань. У Степана заныло сердце, после слов вершителя. Подсудимого из зала удалить до вынесения приговора. Стёпа упал в обморок, очнувшись, увидел, что находиться на соломе в тесной келье без окон, в углу едва тлеет лампадка, освещая убогое помещение. С потолка с гулким шумом подали капли воды и постепенно стекали воронкообразное отверстие. Перед ним стояла деревянная миска с холодной гречневой кашей, накрытой куском чёрного хлеба и кружкой воды. Аппетит у Стёпы сразу пропал, присев на низкую лавочку, подогнул под себя ноги и склонив на них голову загрустил. Только шум падающих капель с потолка, был единственным шумом, нарушавший полный покой Степана Ильича. Как там, на верху, в зале заседания думал он, неужели светлые проиграют, ведь такое бывало не раз, судя по рассказам Тихона Тарасовича. Всё будет зависеть от его благородия, случая. Сон не шёл, тоска обхватила Стёпу, ему хотелось разреветься, как это не раз бывало в детстве. Но, стиснув зубы, терпеливо ждал приговора. За дверью кельи послышались тихие шаги, заскрипела дверь. Выходь грешник, донёсся голос из коридора. Степан, склонив голову и заложив за спину руки, вышел в коридор. Едва передвигая тяжёлые ноги, вошёл в освещённый зал. Клетки и весов не было, его подвели к столу, где лежали две книги в чёрных обложках. К нему подошёл Григорий и тихо проговорил, но его слова словно набат колокола пронеслись по всему залу. Человече, положи обе руки на священные книги тёмных и светлых сил. Степану не чего не оставалось, как подчиниться. Теперь повторяй за мной. Я, грешный человек, совершивший тяжкое деяние против своей совести, клянусь говорить только правду. Степан повторил слова. Вершитель подсудимый присягнул.

Тихон Тарасович встал со своего золотистого кресла и обратив взор на Степана молвил, ты обязан будешь ответить на тринадцать поставленных перед тобой вопросов, тёмными и светлыми силами. От них правдивости будет зависеть твоя дальнейшая судьба. Слова на бедного Степана стали сыпаться одним за другим, помня наставления сторожа святого кладбища, говорить честно, даже во вред себе, стал отвечать. Порой от стыда у него горели уши и обильно стекал по спине пот. Через два часа ответил на все вопросы. И так продолжим, произнёс вершитель. Как мы и обещали все, теперь получасовое слово, середнику. Григорий встал из своего стола и вышел в центр зала и низко поклонился заседавшим судьям. Уважаемый третейский суд во главе с вершителем. Григорий снова поклонился. Мы все познали все грехи и хорошие деяния подсудимого. Но все, же не учли одного, Григорий взял минутную паузу. В зале послышался гневный ропот, особенно со стороны тёмных сил. Вершитель ударил молотком по столу, шум стих. И так продолжил, середник. Мы не учли простую вами, не замеченную простую истину. Он человек, а люди, как известно Вам сосуд, как для греха, так и до добра. Вы всегда это забываете. Я буду краток, вечная борьба между человека за сытую и спокойную жизнь устлана не только лепестками и роз, но терновыми шипами. Мы все внимательно выслушали, когда отвечал грешник на поставленные ему вопросы и не услышали ни слова лжи. Я отдаю свой голос, за искупление. У меня всё. Такого видимо ни кто не ожидал из заседателей. Видимо весы стали сильно раскачиваться, судя по кислым лицам со стороны тёмных. Да и светлые стали задумчивей, видимо слова, середника, что-то затронули в чувствах добра. И так подведём итог слушаний, объявил вершитель третейского суда. Не одна из сторон не смогла доказать как виновность, так и не виновность подсудимого. В зале стояла гробовая тишина. Властью данной мне создателем, я объявляю и посмотрел со скорбью на Степана Ильича, его крестом по жизни будет «искупление». В зале, словно раскат грома, раздался рык и протяжный вой и потом всё стихло. Свет погас, Степан Ильич остался в кромешной тьме. Его взяли под руки и куда-то повели, он не сопротивлялся. В конце пути стала, видна тусклая полоска света, она приближалась и Ильич, оказался перед пыльным окном, рядом была обычная деревянная дверь. Голос позади тихо молвил, «искупление» это снова тебе придётся пройти путь, через чистилище, но когда это произойдёт, ни кто не знает. Теперь твоя жизнь будет протекать за гранью обычной жизни, ты будешь очень долго искать путь домой. Возможно, тебе посчастливиться и господь смилуется над тобой и даст последний шанс. Теперь ступай и помни, второго третейского суда не будет для тебя, теперь твоя судьба в твоих руках.

Степан, очутился на улице, в руках его была газета со странным названием «Счастливый случай», теперь он знал, что надо делать. Время клонилось к полуночи, он стоял у телефонной будке и ждал полной полуночи, чтобы набрать номер и прервать соглашения, даже пускай ценой своей жизни. Большие часы на здании показывали половину двенадцатого, поднял воротник пальто, надвинул шляпу на лоб и стал терпеливо ждать. Очнувшись без одной минуты двенадцатого, осторожно приоткрыл дверцу телефонной будки и вошёл туда. Часы стали отсчитывать полночь, не торопясь набрал номер три шестёрки и внятно произнёс, контракт расторгает и положил трубку. В небе вспыхнула молния и раздался страшный грохот, молния ударила в телефонную будку. Утром, следующего дня, патрульная машина милиции выехала на место предполагаемого преступления. Там уже находилась карета скорой помощи и дежурный из узла телефонной связи. Картина стала ясна, несчастный случай, природное явление и видимо человеку, судя по документам Степану Ильичу Огородникову, не повезло. Скорая констатировала смерть от поражения молнии. Но самое не обычное в этой истории, покойник имел, будто живой вид, широкая улыбка наводила на мысль, что тот уснул. Во внутреннем кармане вместе с советским паспортом, была обнаружена крупная сумма денежных средств дореволюционной России. Как бумажных, так в некотором количестве медных и серебра. Также лежала рядом с трупом странная выцветавшая плохо читаемая газета, которая потом, куда-то исчезла. Следователь, проводивший осмотр и прекращение уголовного дела, для очистки совести, поинтересовался у местных нумизматов, на счёт древней валюты и получил исчерпывающий ответ. Все деньги фальшивые, но очень высокого качества. Проведённый осмотр квартиры покойного больше денежных средств до революционной эпохи не выявил. Дело ушло в архив на хранение. Но почти год, запоздалые прохожие, божились, что видели возле той несчастливой телефонной будке призрака в пальто и надвинутой на лоб шляпой. Ту телефонную будку пришлось демонтировать, там стала происходить всякая чертовщина. Местный партактив был в шоке по городу стали ползти слухи о неупокоенной душе, которая хочет утащить очередного грешника в Ад. Тайно на месте несчастного случая была проведена церковная служба и всё прекратилось. Все облегчённо вздохнули, но подарили тот единственный шанс несчастному грешнику Степану Ильичу предстать пред божьим судом.

Рейтинг: нет
(голосов: 0)
Опубликовано 16.03.2015 в 15:37
Прочитано 92 раз(а)

Нам вас не хватает :(

Зарегистрируйтесь и вы сможете общаться и оставлять комментарии на сайте!